Евгения Преображенская – Освобождение чёрного единорога. Том III (страница 15)
Чародейка тихо фыркнула и вопросительно взглянула на Индрика.
– Вы нашли Финиста?
– Да, – кивнул он.
– И что, это важная птица?
– Сложно переоценить его важность, – подтвердил певец. – Весь Север нуждается в нём…
– Так вот, если бы не Фьёр, ни хрена бы вы не нашли! – гневно сообщила Дженна обоим магам. – Это она отдала мне перо! Она таскала его с собой с самого детства! Она верила в эту глупую сказку про любовь!
Сайрон с интересом взглянул на друга. Индрик покачал головой.
– Проклятые – непростые оборотни. Дженна права, Фьёр должна жить…
5 «Будь моей…»
Она редко надевала платья. Длинные юбки напоминали ей о беззащитности и слабости. Поди попробуй в них забраться на дерево или убежать – запутаешься, упадёшь, и тогда… Да, она уже не была той беззащитной девочкой, которую могли обидеть, но платья так и не полюбила.
Этим вечером Иарна нарядилась только для него: учитель сказал, что сегодня у них праздник. Вот она и облачилась в неудобное синее платье из мягкой шерсти, под узкой юбкой которого и ножа не спрячешь. Девушка даже волосы распустила. С тех пор как она встретила учителя, её неровно обрезанные космы отросли почти что до пояса.
Придирчиво осмотрев себя в зеркале и взбив блестящие чёрные волны, Иарна направилась в зал. Несмотря на боли в коленях, она сбежала по лестнице привычно легко, тонкая и изящная, словно косуля.
Гостиница под названием «Дружба» была единственной, где нашлись свободные места для двух ведьмаков. Похоже, её хозяин привык к странным посетителям – их новая знакомая Дженна тоже была здесь.
Музыкант пел под гитару красивые и грустные песни о любви. Кто-то танцевал. Кто-то даже попытался пригласить Дженну на танец – впрочем, напрасно.
Палош Вара ждал ученицу, сидя за отдельным столом. Поверх чистой белой скатерти стояли штоф с вином и праздничные угощения: соленья, варенья, колбасы и румяный хлеб. Когда девушка подошла, мужчина поднялся с места, да так и застыл, как будто забыл, что собирался сделать.
– Ты сегодня очень красивая, Иарна, – застенчиво пробубнил он.
– А я уж и не припомню, когда видела тебя таким выбритым, – улыбнулась ему девушка. Она остановилась, робко перетаптываясь с ноги на ногу, словно не желая занимать чужого места за столом. – Как твои плечи?
– Да-а, терпимо, – отмахнулся ведьмак. – А твои колени?
– Сгибаются и разгибаются, – усмехнулась ведьмачка. – И на том спасибо.
– За проклятых гильдия купцов отвалила нам столько золотых кун, что всю оставшуюся зиму мы можем отмачивать наши косточки в горячей ванне, – весело сообщил Палош и вдруг смутился. – Ну это… в смысле… в ваннах… Эх! – он махнул рукой и, вынув из кармана свёрток, протянул его Иарне. – Вот, возьми…
Девушка с любопытством развернула ткань и поднесла к глазам тоненький браслет с филигранным узором.
– Но это же золото, – шутливо возмутилась она. – Зачем? Разве можно золотым браслетом пленить нечисть?
– Это не для нечисти, – прошептал Палош, низко склонив голову и разглядывая свои сапоги. Сапоги эти, конечно, надо было начистить получше. – И… – он выдохнул, встормошил аккуратно причёсанные волосы и наконец взглянул прямо в лицо ученицы. – И это не для того, чтобы пленять… понимаешь… Это тебе. Я люблю тебя, Иарна, – твёрдо произнёс ведьмак. – Будь моей… женой. А?
– А-а… – ахнула ведьмачка, потеряв дар речи.
Палош Вара сделал шаг навстречу к девушке, обнял её тонкий стан и поцеловал в губы.
Весь город праздновал победу над проклятыми. В гостинице «Дружба» царило веселье. Индрик музицировал и напевал что-то нежное, лирическое. То и дело по залу начинали кружиться пары, танцуя под его мелодии.
Дженна очень хотела порадоваться вместе со всеми, но получалось у неё неважно. Девушка приоделась в красное платье, распустила волосы. Даже в угрюмом настроении она была так хороша, что её то и дело приглашали потанцевать, впрочем, напрасно.
– Дженна, – заговорил с ней подошедший Сайрон, – не хочу отпугивать твоих ухажёров, но я должен сказать тебе пару слов.
– Почему? – строго спросила чародейка. – Учитель, ну почему я не почуяла обмана? Мой нюх никогда не подводил меня
– Это всё, что тебя тревожит? – Маг не очень приветливо кивнул очередному отвергнутому девушкой парню, и тот поспешил скрыться в толпе.
– А что ещё должно? – нарочито удивилась Дженна. – Я не собираюсь тратить жизненную силу на пустые переживания, от которых нет проку!
Здесь она, конечно, слукавила. Когда Сайрон уходил к Индрику, чародейка немножко поплакала, потом порычала и в клочки разорвала пару листов, на которых неудачно изобразила магические схемы. Сглупила она не единожды: не только чутьё подвело лисицу, но и её смекалка. О чём она думала, общаясь с волками и нося в котомке ожерелье из зубов зверя-учителя? Еван разворошил её вещи и, разумеется, нашёл кости…
– Я хочу знать, в чём была моя ошибка? – настойчиво произнесла Дженна. – Что случилось с моим чутьём?
Мужчина кивнул на стакан вина в руке девушки.
– Посмотри, как влияют на жизненную силу крепкие напитки.
– Ах да, я видела… – вздохнула Дженна. – Они нарушают связи… Разрывают их… Как огонь изломал остатки сил тех, кто замёрз на снегу.
– Иногда брагу называют ложным огнём, – прошептал Сайрон. – Не люди её придумали, но
– Некоторые вещи… так больно
– In vino veritas, in aqua sanitas3, – сказал маг, подлив воды в вино. – Везде необходимо соблюдать меру. Не стоит вовсе отворачиваться от людей или от собственных желаний. И не кори себя за ошибки. Они наши лучшие учителя. Некоторые знания нельзя почерпнуть из уст или из книг, кое-что можно понять, только ошибившись…
– …Вы что-то хотели сказать мне? – вспомнила девушка.
– Ну, во-первых, я хотел отругать тебя за своеволие, – вздохнул Сайрон. – Кто позволил тебе бегать ночью за проклятыми? Ты забываешься! Ты больше не одиночка, у тебя есть учитель, с которым ты обязана обсуждать свои действия. А во-вторых, – он хмыкнул, – я должен похвалить тебя за… да много за что… Знаешь, Индрик в таком восторге от тебя, что готов взять в ученицы… Если ты решишь, что я не подхожу… как учитель.
– Простите, – прошептала Дженна. – Простите, что подвергла себя опасности. А Вас заставила усомниться в своих способностях учителя! И я нагрубила Вам – не стоило. Вы, конечно же, сами решаете, о чём говорить, а о чём молчать…
Маг посмотрел на девушку с нескрываемым удивлением.
– Ты была расстроена, – проговорил он. – Индрик считает, что я виноват. Я чрезмерно строг и даю тебе слишком
– Я знаю, что такое плен, – глядя перед собой, сказала девушка. – Сейчас я не чувствую себя в плену. Я чувствую… – она вздохнула, – Вашу заботу…
Дженна обернулась к учителю. От выражения его пронзительно-чёрных глаз у неё закружилась голова. «Я так скучаю по тебе», – вдруг услышала она. Или ей только показалось, и это были её собственные мысли?
Индрик пел:
Я хочу превратиться в снежинку,
Чтоб ресницы твои целовать,
Чтобы вырвать у счастья крупинку,
Чтобы тайну любви разгадать.
Пары танцевали. Остальные люди отошли к лавкам, уступая им место.
Маги стояли близко друг к другу. Дженне достаточно было сделать лишь полшажка, чтобы оказаться вплотную к мужчине. Так просто было обнять его, прижаться щекой к его плечу, а потом подняться на мысочки и… Так просто, но так тяжело, точно их разделяли не полшажка, а огромная пропасть.
– А у Вас, – выдохнула она, скользнув взглядом от его губ к подбородку и пытаясь подыскать, чем спастись от неуместных желаний, – борода не растёт, что ли?
– Что? – переспросил Сайрон. – Борода? Растёт, разумеется… – его лицо вновь приняло невозмутимое выражение. – Но я не позволяю…
– Ах, вот как оно, – с серьёзным видом, будто она узнала что-то важное, кивнула Дженна. – Просто мы тут обсуждали кое-что…
– В отличие от прочих существ, мы сами контролируем рост волос, – объяснил маг не менее серьёзным тоном, словно рассказывал о законе бытия.
–
Она достала из поясной сумки бумажный свёрток.
– Надеюсь, не чьё-то перо? – нахмурился Сайрон.
– Ну почти, – улыбнулась чародейка. – У меня же есть
Развернув бумагу, мужчина обнаружил золотистый обруч, сплетённый из обрезанного локона Дженны.