Евгения Потапова – Общежитие Феникс (страница 38)
— Да-да, сейчас вызовем такси, а то твоя старая бабушка не дойдет до вашего банка.
Все немного успокоились, снова проверили документы и собрались ехать заключать сделку.
— Удачи вам! — пожелала им Олеся.
— Ой, я совсем забыла тебя спросить, как всё прошло в суде? — остановилась Мадина в дверях.
— Отлично всё прошло. Андрей не пришел. Явилась его мать, вывела из себя судью, и та нас быстро развела.
— Алименты назначала?
— Угу.
— Ох, как хорошо, сегодня будет у нас двойной праздник, — улыбнулась Мадина, — Я на это надеюсь. Ладно, побежали мы, там уже такси приехало. Детей покормишь?
— Конечно, — кивнула Олеся, — Езжай и ни о чем не беспокойся.
Мадина с бабушкой ушли, и в доме стало тихо. Только сейчас Олеся поняла, что ей так в последнее время не хватает тишины и возможности побыть одной.
— Надо себе тоже поискать какое-нибудь жилье. Хотя бы немного помечтать об этом, — подумала она.
Она сунулась сначала на сайт с недвижимостью, а затем стала просматривать предложения банков с ипотекой.
— Н-да, — вздохнула она.
Везде требовалось наличие работы не менее полугода, да и ставка по ипотеке была немаленькой.
— Значит, придется терпеть еще пять месяцев, а потом только уже можно искать себе подходящее жилье, — с тоской подумала Олеся, — Но зато за это время она сможет немного подкопить денег. Может, удастся что-то выдрать у Андрея.
Она только собралась закрывать сайт, как на глаза ей попалось объявление: продавали две комнаты с куском коридора и туалетом, которые были переделаны во вполне приличную двухкомнатную квартиру. В коридоре владельцы оборудовали маленькую кухню. Как она поняла, что это раньше когда-то было то ли гостиницей, то ли коммунальной квартирой, то ли просто коридором с комнатами. Привлекла ее замечательная цена и потолки по четыре с половиной метра. Олеся подумала, что там можно было бы организовать второй этаж. Она снова посмотрела на это объявление, тяжело вздохнула и закрыла страницу. Надо забыть про эту квартиру. Явно ее купят до того момента, когда у нее появится возможность и деньги.
В половине второго пришли общие дети из школы. Завалились громкой и галдящей толпой, потребовали есть. Олеся накормила их и отправила всех спать. Так она могла спокойно целый час заниматься репетиторством. К тому же после сна отдохнувшая ребятня легко справлялась с домашним заданием, и ей не требовалось стоять над ними и контролировать. Кстати, дети прекрасно между собой ладили и помогали друг другу с домашкой.
Ближе к вечеру вернулись Мадина с бабушкой. Они радостно сообщили, что подали документы на оформление трехкомнатной квартиры, а деньги положили на безопасный счет.
— Теперь только остается молиться, чтобы все прошло без всяких колдобин и ухабов, — сказала Мадина. — Хозяйка квартиры послезавтра уезжает, завтра обещала нам ключи отдать. Неужели у меня будет своя собственная квартира?
— Будет-будет, не переживай ты так, — успокаивала ее Маша. — Все вместе пойдем убираться, может, и переночуешь там первую ночь, посмотришь, как там спится, и что еще необходимо сделать.
Вечером накрыли большой стол и стали праздновать два события: развод Олеси и первый решительный шаг к покупке квартиры Мадины.
— Девочки, а ведь через месяц Новый год. Как будем праздновать? — спросила Маша.
— Не знаю, — пожала плечами Олеся. — Я еще об этом как-то не думала.
— Будем ходить друг к другу в гости, — рассмеялась Маша.
— Вот точно, — улыбнулась Мадина. — Я думаю, что это будет самый замечательный Новый год в моей жизни.
— Сплюнь три раза, — сказала Олеся.
— Не мешай мне мечтать.
— А я с одним мужчиной познакомилась, — вдруг выдала Маша и зассмеялась.
— И как? — насторожились соседки.
— Он мне нравится. Мы уже с ним больше месяца встречаемся, но еще рано говорить о чем-то. Хотя он меня зовет к себе жить.
— А кто он, где работает? — спросила Мадина.
— Он плиточник, делает ремонты людям, руки у него золотые, а квартира, как конфетка.
— А про детей он знает? — спросила Олеся.
— Конечно, но я их еще не знакомила и, наверно, пока не буду. Все же следует к нему присмотреться.
— Вот и правильно, — согласились девчата.
Весь вечер соседки обсуждали свою будущую счастливую жизнь.
Нажаловалась
Следующая неделя напоминала какой-то хаос. Мадина с бабушкой сначала разбирали какие-то вещи и периодически заглядывали к Олесе спросить, нужна ли ей та или иная вещичка. Она уже не выдержала и закрылась на шпингалет. Олеся всё прекрасно понимала, что перед переездом Мадина хочет по максимуму избавиться от ненужного барахла, но и ей нужно было работать в тишине, а ругаться с соседкой она не хотела.
Маша пару раз не ночевала дома. Глаза ее светились, а на щеках играл румянец. Соответственно, ее дети в это время оказались на попечении соседок. Вроде бы это их не напрягало, но всё же где-то внутри вредный червячок ворчал про то, что это за мать, которая бросает своих детей.
Когда Мадина получила ключи от квартиры, то она попросила девчат помочь ей хотя бы в первый день. Соседки собрались, переоделись в старенькую одежду и направились с ведрами, тряпками, мешками для мусора и чистящими средствами на уборку. Детей тоже прихватили с собой, ибо оставлять их одних никто не хотел. За полдня они смогли разобрать маленькую спальню, снять старые занавески, выгрести из шкафов завалы различного барахла, вытащить и выбросить драные матрасы, тяжелые подушки, одеяла всех мастей, расцветок и размеров.
В комнате остались две пустые советские односпальные кровати с лакированными спинками, огромный коричневый шифоньер с ящиками, книжный шкаф с книгами, письменный стол и две тумбочки. Вся мебель была выпущена еще в прошлом веке и имела весьма потрепанный вид. С пола убрали затертый палас и вынесли его на помойку, а вот ковер отлично смотрелся на его месте, а не на стене. Его почистили и решили оставить.
Окно было помыто со всех сторон и замазано специальной шпаклевкой. Теперь из него не дуло, да и выглядело оно уже не так страшно, как до этого.
— Да вроде и ничего, — посмотрела на него Мадина, — Повешу тюль и шторы, и вид будет другой. Жаль, на ремонт денег не осталось.
— Но в целом, считай, детская у тебя уже готова, — сказала Маша, рассматривая комнату, — Общими силами одну комнату отдраили и очистили от старого хлама.
— Ну да, осталось поставить новый унитаз и новую ванную, и можно переезжать.
— Ремонт там будешь делать? — спросила Маша.
— Нет, потом, как накоплю.
— Тогда зачем менять ванную? — удивилась Олеся, — Залить ее хлоркой, отдраить, и можно пользоваться. Как будут деньги, так и делать ремонт.
— Вообще, по-хорошему, пока ты не переехала, надо бы отремонтировать ванную и санузел, а то потом, где ты будешь обитать вместе с детьми это время, — задумчиво сказала Маша.
— К вам стану ходить мыться, — улыбнулась Мадина, — Девчата, на самом деле нет денег на это всё, даже на самый дешевый ремонт. Сейчас столько всего нужно будет купить. Даже те же шторы в детскую.
— Я тут разбиралась в шкафу, — сказала Маша, — И нашла симпатичные гардины в акварельных цветах. Упаковка драненькая, но видно, что они новые. На первое время пойдет, только их постирать надо.
Она принесла из большой комнаты шторы.
— Я всё, что более-менее приличное, отложила. Если ты не возьмешь, то мы себе с Олеськой заберем, — сказала она.
Мадина сначала скривилась, потом подумала, внимательно рассмотрела цветастые шторы с бахромой и согласилась.
— Скоро Новый год, нужно о подарках думать, потом куплю подходящие занавески.
— Ага, когда ремонт сделаешь, а на первое время и такое пойдет. Тем более они новые, а не висевшие у кого-то, — кивнула Маша.
— Еще что там было?
— Тюль и покрывала.
— Неси, — велела Мадина.
Маша всё притащила. Мадина тяжело вздохнула, рассматривая сорокалетние аляпистые покрывала из советского габардина.
— Ладно, и это пойдет, — вздохнула она. — Мне еще нужно купить матрасы, подушки, одеяла. И это всё недешевое. А еще унитаз, и другие комнаты мы еще не смотрели.
Бабушка Нана в эту ночь изъявила желание переночевать в квартире.
— Но тут только в одной комнате чисто, — попыталась отговорить ее Мадина. — И то в ней стоят голые кровати, ни постельного, ничего нет.
— Не переживай, в большой комнате есть диван. Я там переночую, а вы с детьми поспите без моего храпа, — ответила Нана. — А то я не знаю, как дышу по ночам громко.
Девчата попытались ее отговорить, но бабушка не желала отказываться от своей идеи. Все устали, поэтому спорить с ней не стали. Так и оставили ее там одну.