Евгения Потапова – Общежитие Феникс (страница 107)

— Пусть дети подышат свежим воздухом, нагуляют аппетит, да и мы хоть немного спокойно без них посидим, — сказал Иван.

— Лечить их будешь сам, — надулась Полина.

Он ничего не стал ей отвечать. Бабушка постаралась перевести разговор и стала рассказывать, как они живут тут с дедом.

Через пятнадцать минут дети ушли с дедом на горку. Полина сослалась на то, что у нее болит голова, и ушла в детскую полежать.

— Обиделась, что ли? — тихо спросила Олеся Ивана.

— Не обращай внимания, — махнул он рукой, — У нее бывает такое, раз и взбрыкнет.

Олеся не стала лезть к нему с расспросами, видно, не всё спокойно было в датском королевстве.

— Ты сама как живешь? — спросил ее Иван, — Как там Андрей? Ты с ним приехала или одна?

— Мы развелись, — ответила Олеся и отвела глаза в сторону.

— О как. А чего так? Вроде я слышал, что вы жили хорошо.

— Жили хорошо, а вот разводились плохо.

— А почему?

— Ты чего к ней пристал, под кожу лезешь, видишь, говорить не хочет, — заступилась за Олесю бабушка.

— Вот точно, своих забот хватает, еще о чужих думать, — улыбнулся Иван, — А живешь ты всё там же?

— Нет, мы квартиру снимаем.

— Ого. Тяжко, видать, вам.

— Да нормально, одетые, обутые, не голодные, крыша над головой есть. Всё хорошо, — улыбнулась Олеся, — Главное, здоровые, а всё остальное приложится.

— Вот точно, — кивнул Иван, — Я вот думаю, если что со мной случится, то как же они жить будут?

— Не переживай, выживут, — усмехнулась Олеся. — А ты всякие мысли в голову не бери. Ты молодой, чего с тобой случится?

Стукнула калитка. Бабушка выглянула в окно.

— И кого это принесло. Чужой кто-то. Мужик какой-то, — нахмурилась она.

В дверь дома несмело постучались.

— Пойду узнаю, кто там.

Бабушка накинула полушубок и вышла во двор. Через минуту вернулась.

— Олеська, к тебе там жених пришел, — крикнула она, смеясь.

— Какой жених? — с испугом спросила Олеся. — Иди сама посмотри.

Олеся, сбитая с толку словами бабушки, медленно поднялась с места. В голове тут же начали роиться мысли: «Какой ещё жених? Кто это мог быть?» Она бросила взгляд на Ивана, который сидел за столом с чашкой чая и с любопытством улыбался.

— Ну, иди, не заставляй человека ждать, — подтолкнул он ее шутливо.

Олеся вздохнула и направилась к двери. Во дворе стоял мужчина лет сорока в потертой куртке. Его лицо показалось ей знакомым, но она не могла сразу вспомнить, где видела его.

— Здравствуйте, — неуверенно сказала она.

— Привет, Олеся. Что, не узнала меня? Богатым буду. Это же я, Витька Сазонов, — проговорил он и пахнул на нее вчерашним перегаром.

— Привет, Витя. Честно говоря, не узнала, — она немного от него отошла.

— Это тебе, — он вытащил из кармана маленький шоколадный батончик, — С Новым годом.

— Спасибо, — она с удивлением посмотрела на презент.

— Может, прогуляемся? — предложил он.

— Зачем? — испуганно спросила Олеся.

— Да как-то неудобно стоять под окнами твоей бабушки.

— А мне удобно. Ты чего хотел? Денег не дам, у меня только на обратный проезд, — сразу предупредила она его.

— Ну ты чего меня обижаешь? Я не такой, я у женщин деньги не занимаю. Я слышал, что ты развелась? Я тоже. Может, замутим? Ты мне всегда нравилась. И со временем не испортилась, даже лучше стала, хоть немного и постарела, но тебе идет. И дети мне твои не помешают. У меня самого есть два пацана. Только они с бывшей живут, — затараторил он бурно жестикулируя руками.

Олеся от такого напора даже дар речи потеряла. Она с испугом посмотрела в окно. Дверь позади нее распахнулась.

— Мужик, тебе чего надо? — строго спросил Иван.

— Ой, простите, я думал, а ладно, — махнул Витек рукой, — Что же ты не сказала, что не одна приехала, а мне соседка рассказывала. А да, ладно. Пошел я. Шоколадку отдай!

— На, — вернула ему презент Олеся.

— С Новым годом! — сказал Витя и расстроенный вышел со двора.

— Олеська, что это было? — спросил Иван.

— Не знаю. Сама в шоке, — ответила она.

Они переглянулись и начали громко смеяться.

— Мне еще для полного счастья такого жениха не хватало. Спасибо, Ваня, выручил, а то я от неожиданности даже дар речи потеряла.

— Идем, сестренка, домой, а то замерзнешь, — приобнял ее за плечи Иван.

— Ну что, погуляли? — спросила бабушка, подмигнув.

— Погуляли, — улыбнулась Олеся.

— Ну и как, жених-то хороший? — не унималась бабушка.

— Бабушка, хватит, — рассмеялась Олеся, — А то ты сама его не знаешь. Нет никакого и такого не надо.

— Вот точно, — кивнула бабушка. — Но если хочешь, то мы тебе кого-нибудь найдем.

— Бабуля, не надо мне никого, а уж кого-нибудь и подавно не надо, — отмахнулась от нее Олеся, — Я сама разберусь со своей жизнью.

Приданое

После обеда Иван с Полиной и детьми ушли по гостям. Олеся продолжила собирать плед, а бабушка стала перебирать добро, чтобы собрать для внучки «приданое».

— Бабуль, да не надо ничего, — сказала Олеся, — Тяжело же тащить.

— Я немного, всего по чуть-чуть. Если что, то тебя дед в город отвезет, — ответила бабушка.

— Ага, на своей разобранной «четверке»?

— Я ее соберу, — откликнулся дед из другой комнаты.

— Олеська, у меня столько этого добра, полные закрома. Я помру, они же все выкинут или соседским старухам раздадут, а шиш им, а не мои тряпки, — сказала бабушка.

Олеся с улыбкой наблюдала, как бабушка с азартом копается в большом шкафу, доставая оттуда то новые шторы, то вышитые салфетки, то даже пару скатертей в упаковке.

— Бабуль, ну куда мне всё это? — засмеялась Олеся. — У меня же комната съемная, места нет.

— Как это куда? — возмутилась бабушка. — Это же добро! Всё пригодится. Вот шторы на окно повесишь, салфетки — на стол стелить, а скатерть… Ну, скатерть хоть на праздники.