Евгения Потапова – Кошачий портал: вход для избранных. Сборник фантастических историй (страница 4)
– Ну всё, – сказал Барсик. – Я не люблю быть центром внимания.
Тут нас и поймали. Глава ордена подошёл ко мне:
– Уличный кот. Отлично. У таких много удачи. Они выживают вопреки всему.
– Спасибо, – сказал я. – Я стараюсь.
Он начал ритуал. Посох засветился. И тут я понял одну вещь. У меня есть сапоги. Я резко дёрнулся, вывернулся (уличные навыки!), прыгнул на колонну, оттолкнулся, проскользнул по балке и оказался над ним.
– План? – крикнул Барсик.
– Импровизация! – крикнул я.
Дальше вы знаете.
Тогда посох упал на пол и разбился. Свет исчез. Все пойманные коты освободились. Коты ордена посмотрели на своего лидера, потом на нас, а потом просто разошлись: лидер без магии стал неинтересен.
После этого нас назвали героями. Король предложил мне место в страже.
– Стабильная еда, – сказал он.
– Звучит подозрительно, – ответил я и отказался.
Зато мы с Барсиком организовали «Сеть крыш» – это братство уличных котов, которые следят за городом сверху, чтобы не появлялись новые преступники.
– Мурз, – сказал однажды Барсик, глядя на закат. – Ты понимаешь, что спас город?
– Да.
– И всё благодаря сапогам?
– Нет, – сказал я. – Благодаря хвосту.
Кстати, если вдруг ночью вы услышите быстрые шаги на крыше – не волнуйтесь. Это не воры. Это мы проверяем, всё ли в городе в порядке. И если честно… иногда всё ещё ищем колбасу.
Ирина Арсентьева
Елена Игнатюк
Страсти обиженных вампиров
Из книги "Расследования продолжаются"
Глава 1
Кому банана?
Марусю разбудил настойчивый стук. «Ну кто это так рано? – подумала она. – Филимон прибудет ближе к вечеру. А гостей я не приглашала».
Кошка открыла дверь, но за ней никого не было. В отеле по-прежнему стояла мёртвая тишина: отдыхающих так и не прибавилось. Стук повторился уже с противоположной стороны. Стучали в окно, но Маруся спросонья этого не поняла. Подняв жалюзи, она увидела двух попугаев-спекулянтов. Про то, что попугаи на острове все сплошь торгаши, она знала от Руссо.
– Чего вам с утра пораньше? – недовольно спросила она, распахнув окно. – Сами не спите и другим отдыхать не даёте.
– Некогда спать, уважаемая! – пробормотал более крупный. – Товар испортится.
Второй, с подбитым глазом, говорить не мог, так как держал в клюве связку бананов.
– Так что вам от меня нужно? – повторила вопрос Маруся.
– Кому банана? Свежий фр-р-рукт. – С подбитым глазом картавил. Он положил связку и продемонстрировал товар, сняв с одного из бананов кожуру.
– Я, к вашему сведению, бананами не питаюсь. – Марусе стало смешно, и она решила пошутить. – Чтоб вы знали, я очень люблю мясо. Если сейчас же не оставите меня в покое, придётся ощипать вас как цыплят и зажарить на завтрак.
Попугаев ветром сдуло. Осталась только связка бананов.
– Русик, – обратилась Маруся к роботу, который мигал зелёным глазом, наблюдая за происходящим, – тебе снова придётся сушить чипсы.
– Мария Васильевна, а я уж, грешным делом, подумал, что вы и вправду решили их зажарить! А вы шутница, оказывается! – Робот подмигнул и поковылял на кухню. – Вам какого чая заварить? – спросил он, гремя посудой.
– Бодрящего! – весело крикнула кошка, выходя на балкон.
Солнце светило ярко, обещая жаркий день. Маруся не собиралась вставать так рано и хотела до обеда проваляться в кровати, но её планы нарушили трусливые попугаи.
– Рус, давай почаёвничаем на балконе, – предложила Маруся, понимая, что заснуть снова ей не удастся. – Заодно решим, что приготовить на ужин. Ты, надеюсь, не забыл, что сегодня приезжает Филимон.
– Руссо ничего забыть не может, – с гордостью проговорил робот, неся на себе всё необходимое для приятного чаепития. – Моя оперативная память хранит большое количество информации.
Он было начал рассказывать, как устроено его оперативное запоминающее устройство, но Маруся прервала его:
– Рус, я тебя умоляю, не нужно всего этого! Давай спокойно проведём полчаса и поболтаем о чём-нибудь не столь сложном. Мой мозг отказывается воспринимать серьёзные вещи.
– Хорошо, Мария Васильевна, как скажете! – послушно изрёк Руссо. – Температура воздуха двадцать девять градусов, безоблачно, безветренно… – Он, по своему обыкновению, выдал всё, что считал необходимым.
Маруся, слушая Руссо вполуха, покончила с масляно-икорным бутербродом. Наблюдая за тяжёлыми бакланами, уходящими в морские глубины за рыбой, неспеша допила чай.
– А что, Русик, других новостей нет? – спросила она.
– Я, Мария Васильевна, удивляюсь. Вам что, кражи зеркал не хватило?! – Робот от возмущения часто заморгал. Все его эмоции выражались лишь в частоте световых вспышек.
– Да разве ж это дело! – Глубокий вздох говорил за Марусю. – Раскрыли на раз-два-три. А хочется запутанного, сложного. Такого, чтобы уровень адреналина зашкаливал.
– Адреналин – гормон страха. Зачем он вам? – продолжал удивляться робот.
– Не всегда… – Маруся задумалась. – Ну раз ничего интересного нет… – Она хотела было оставить Руса без внимания, но он вдруг что-то вспомнил.
– Дырявая моя голова! – воскликнул робот, начисто забыв, что головы-то у него отродясь не было. – У нас, кажется, в скором времени появится сосед.
– С чего ты взял? – В глазах Маруси запрыгали огоньки.
– Моника и Джулия шептались вчера вечером, что в отель доставили нового робота-помощника. Но я его пока не видел. – Руссо ждал реакции, но Маруся ничего не сказала. – Кларисса только и делает, что носится по этажам со своим пылесосом. Теперь будет с кем пообщаться! – Робот удалился, унося на кухню всё, что осталось от завтрака.
«И не только тебе!» – Маруся сказала это про себя. Ей не хотелось обижать Руссо, потому что с ним, конечно, было интересно, но всё же по живому общению она уже соскучилась.
Глава 2
А мыша не хотите?
Маруся опустила жалюзи и включила новостной канал, где показывали репортаж с фестиваля «Оперённые красотой», отснятый ночью Сапсом Сапсановым и Сержем Голубковым. «Какие всё-таки возможности открывают современные информационные технологии, – размышляла Маруся, глядя на экран. В эту минуту Жак Жарко как раз повязывал Нику Журавушкину атласную ленту победителя. – Репортёры ещё не успели глаза открыть, а новости уже смотрят во всех уголках мира. Хорошо работают! Молодцы!» – Она мысленно похвалила операторов.
Ж-Ж Руссо колдовал на кухне: слышалась тихая музыка и его эмоциональные возгласы. «Вот это то, что мне нужно!», «А вот с этим будет ещё вкуснее!», «Это мне пригодится!», «Жаль, этого у меня нет в запасе, а то бы я показал!» Он явно рылся в кулинарных рецептах, желая сразить Филимона наповал. Название кулинарного шедевра он оставил в секрете, сказав Марусе лишь то, что это будет рыбное блюдо.
Идиллия двоих вновь была нарушена стуком в окно. Маруся уже наверняка знала, кто это. Поэтому сразу открыла дверь балкона. На перилах сидели всё те же спекулянты-попугаи. У каждого в клюве болталась связка чего-то непонятного. Тёмные маленькие тела шевелились, издавая невыносимый писк. Марусе пришлось закрыть уши, чтобы не лопнули барабанные перепонки.
– Кому мыша? – прошепелявил большой, не выпуская связки из клюва.
– Что ты сказал? – Маруся открыла уши.
– Мыша хотите? – предложил спекулянт.
Второй, теперь уже с перевязанным глазом, вертел связкой перед Марусей, демонстрируя товар. Приглядевшись внимательно, Маруся поняла, что это летучие мыши. Закрывшись от яркого света крыльями, они только и могли что пищать, болтаясь в воздухе со связанными верёвкой короткими ногами.
– Я летучих мышей не ем! – категорично заявила Маруся. – Они болезни переносят.
– Наши чистые, со знаком качества! Не пожалеете! – не унимался большой.
– Ага, чистые! Не смеши меня! А пандемию кто развёл?
Маруся внимательно смотрела на мышей. Они перестали пищать, и одна даже высунула голову. Увидев кошку, которая отказывается от лёгкой добычи, мышка вдохнула побольше воздуха и разразилась диким криком:
– Помогите! Спасите! Нас насильно удерживают!
– Ну-ка, отдай их мне! – Маруся попыталась вырвать из попугаичьих клювов связки. Но спекулянты не хотели расставаться с дорогостоящим товаром просто так.
– А что дашь взамен? Какая у тебя валюта? – спросил с перевязанным глазом, выпуская связку из клюва.
– Могу дать статью уголовного кодекса! – смеясь, ответила Маруся. – Какую тебе? За насильственное удержание в неволе подойдёт?