Евгения Потапова – Кошачий портал: вход для избранных. Сборник фантастических историй (страница 2)

– Мне нужно средство для выращивания волос, – признался Кузьма. – У вас не найдётся?

– Не найдётся, – кошка-алхимик мотнула головой. – Рецепт есть, а средства нет. Не хватает пары свободных лап, которые могли бы помочь в приготовлении. Поэтому и ищу помощника.

Кузьма задумчиво почесал за ухом.

– А может, мои лапы сгодятся? – задумчиво проговорил кот, демонстрируя лысые подушечки.

– Твои сгодятся, – кошка-алхимик кивнула. – Одевай мантию.

– Надену! – категорически сказал Кузьма.

– Как скажешь. – алхимик протянула переднюю лапу. – Озара. Я, если что, после уроков тут работаю, отца заменяю.

– Кузьма, – кот пожал лапу Озаре.

Он накинул на себя чёрную мантию. Озара нацепила на морду защитную тканевую маску для прикрытия усов. Затем отошла от стола и покрутила ручку в горелке, над которой висел котёл. Из прибора взлохматилось пламя.

Кошка-алхимик резко схватила несколько склянок с полки, бормоча: «Так-с… Для начала нужны никотиновая кислота и миноксидил…» Содержимое склянок покапало в котёл. Энергичность кошки-алхимика заставила Кузьму округлить глаза.

– А как ты догадалась, что это нужные склянки? – пробормотал кот. – Этикетки же другой стороной повёрнуты!

– По цвету, – с нажимом ответила Озара, размешивая большой ложкой смесь.

Кузьма недоумевающе скривил выражение лица (то есть морды). И тут Озара хлопнула по лбу, словно укоряя себя. Она кивнула в сторону маленького металлического футляра, который лежал на столе.

– Там оптический прибор, – пояснила Озара. – Пользуйся.

Кузьма открыл футляр, вытащил оттуда большие круглые очки, надел их. От изумления его глаза расширились покрупнее самих очков. Как оказалось, мир обладает разными цветами! Кузьма, будучи котом, который прежде видел мир только в чёрно-белых тонах, этого не знал.

Жидкость в склянках поражала разнообразием: фиолетовая, зелёная, красная, жёлтая… А когда они перемешиваются в специальном агрегате на столе, то начинается танцевальный водоворот цветов с красочной метаморфозой в конце!

Пол с деревянными досками песочного цвета. Кузьма рассмотрел себя: бежевая кожа, тёмно-синие штаны, фиолетовая мантия. У самой Озары мантия такого же цвета. А ещё у неё розоватая кожа, изумрудные глаза… Кузьма даже загляделся в её сверкающие радужки… Только окрик Озары выдернул его из гипнотического состояния: «Эй, передай склянку, а то жахнет!»

Кузьма не позволял себе удивляться слишком долго: нужно помогать Озаре. Пока та, вращая ложкой в котле, создавала из разноцветных жидкостей воронку, кот добавлял в него дополнительные ингредиенты из склянок: белоснежную присыпку кофеина, светло-коричневый (как у молочного шоколада) порошок протеина, золотистое масло репейника, волос лабрадора, молоко единорога, а также пару капель рыбьего жира из пипетки (для вкуса). То и дело Кузьма обнюхивал компоненты, что попадались под лапу!

И вот варево в котле обрело рыжевато-огненный цвет. От его сияния у Кузьмы даже кольнуло по зрачкам. Кот снял очки и, положив их в карман штанов, принялся тщательно протирать глаза.

Озара черпнула ложкой и капнула жидкость себе на лапу. На тыльной стороне вырос кусок рыжей шерсти. Озара удовлетворённо промурлыкала. Она перелила жидкость в склянку, протянула Кузьме.

– Три на здоровье! – сказала Озара.

– Почему три, а не четыре? – недоумевал Кузьма.

– Балда, – Озара легонько стукнула по лбу ассистента, – я сказала не цифру, а глагол в повелительном наклонении!

– Ну раз повелеваешь протирать, тогда ладно… – Кузьма с благодарным видом взял склянку.

Кот посмотрел на зелье, затем на волшебницу, что создала этот препарат. И тут он понял, что именно привлекло его в лысой морде Озары!

– Ты не сфинкс! – воскликнул Кузьма. – А какая твоя порода?

– Бирманская, – спокойно ответила кошка-алхимик.

– А почему у тебя тогда… – протянул Кузьма, не зная, как поделикатнее задать вопрос.

– А, я просто побрилась, – Озара отмахнулась, – когда работаешь с огнём и химией, лишняя волосатость ни к чему. Только усы приходится маской защищать. Тебе-то везёт, у тебя усов нет.

– А тебе не жалко? – с ноткой удивления спросил Кузьма.

– Чем-то приходится жертвовать ради счастья, – развела лапами Озара.

Сняв мантию и поблагодарив Озару, Кузьма пошёл домой. Странное ощущение: вроде бы он получил желаемое средство для обрастания шерстью, но в душе кота скребли кошки. Не хотелось покидать цветной мир алхимика и возвращаться в серую повседневность.

Ближе к вечеру Кузьма добрался до родной лачуги и натёрся снадобьем перед зеркалом в спальне. Не успел он мысленно сосчитать до трёх собак, как случилось чудо. На бледной коже проступили одна за другой шерстинки – будто колосья вырастали на поляне на ускоренной перемотке. И вот Кузьма покрылся шерстью.

Сердце в груди подпрыгнуло от радости. Наконец на Кузьму обратят внимание! Правда, ходить в одежде будучи шерстяным оказалось жарковато. Но к этому можно привыкнуть.

Вечером родители по-разному отреагировали на преображение сына. Мама недоумевала: зачем он портит природную внешность? А папа отмахнулся и сказал: «Это подростковое. Пройдёт».

Следующим утром Кузьма ужаснулся отражению в зеркале: шерсть после сна оказалась такой всклокоченной! Пришлось принимать душ, потом сушиться, потом причёсываться… После стольких хлопот Кузьма прибежал в школу только ко второму уроку. Ворвавшись в класс, он ожидал получить двойку в дневник. Но учительница и одноклассники так впечатлились преображением Кузьмы, что факт опоздания канул в небытие.

А после урока Кузьма подошёл к чёрношёрстной Ждане – красавице бомбейской породы. Выпятив грудь, кот предложил сходить в галерею. Кошка, мяукнув от великолепия шерсти Кузьмы, согласилась.

Спустя несколько мучительных учебных часов, Кузьма встретил Ждану у крыльца школы. Взяв её под лапу, кот повёл пассию в галерею. Ждана с упоением рассказывала о своих кумирах сериалов, о слухах и сплетнях среди звёзд, о трендах и видеороликах, которые завирусились в «Кит-Коте»… В этом словесном потоке Кузьма терпеливо утопал. Наконец молодая пара вошла в галерею и принялась разглядывать картины.

Ждана задумчиво рассматривала одно полотно, шевеля накрашенными усами. Затем сказала:

– Знаешь ли… Этот пейзаж такой серый… Художник настолько передаёт неимоверное чувство серости, что я чувствую себя серее обычного.

Кузьма кивал, внимая её словам. Всмотревшись в картину, он засунул лапы в карманы штанов… И нащупал в них очки. Точно, он ведь снял их и положил в карман, когда протирал глаза после готовки чудодейственной смеси!

– Ох, надо бы их вернуть Озаре… – подумал Кузьма. – Но… хочется поносить ещё разок…

Кот надел очки и охнул. Серая картина на стене обрела краски! Заворожённый Кузьма подумал: «Наверное, такими очками пользуются все колдуны и творцы. Жаль, не все пока могут ими владеть. Да и мои очки – вовсе не мои».

Кузьма спорил с возлюбленной, размахивая лапами в сторону живописи: «Ты что? Да этот пейзаж пестрит красками. Зелёные луга, за ним лесистые горы, за которыми поднимается золотистый рассвет… Мир прекрасен!»

Ждана хмыкнула, скрестив лапы, посмотрела скептически и сказала:

– Ха… Фантазёр…

Кузьма насупился: неприятно, когда (вроде бы) любимая кошка не верит! Он снял очки и протянул их Ждане со словами:

– Да ты взгляни!

Ждана нацепила чудо-прибор и рявкнула от ужаса. Она стряхнулся с морды очки, будто противную муху. Оптический прибор ударился о пол, линзы разбились на несколько осколков и разлетелись.

– Какая пакость! – шокировано прошептала Ждана, прикрыв рот ладонями.

Кузьма же ошарашено рассматривал стёклышки на полу. Он забыл, как правильно дышать… В шерсти оказалось чрезмерно жарко и очень-очень противно… А слова из уст некогда любимой кошки лишь подлили масла в огонь.

Кузьма аккуратно сгрёб осколки с очками в носовой платок.

– Пакость – это ты, – выдавил кот, в последний раз взглянув на Ждану, прежде чем покинуть галерею.

Кузьма вернулся домой с потяжелевшим сердцем. Мир без очков утратил краски. В спальне Кузьма взглянул на отражение в зеркале. Смотреть на себя невыносимо: повисшие уши, тусклый взгляд. И серая шерсть, которая приносила столько хлопот и неудобств… Кузьма взял папину электробритву, которой глава семейства пользовался по утрам (отец был британской породы) … Через полчаса Кузьма избавился от шерсти, став прежним лысым сфинксом.

Этим же вечером он постучался в дом алхимика, вошёл внутрь. Озара упорно копалась в шкафу. На полу лежали пергаменты, обычные листы с чертежами и формулами.

– О, привет! – сказала Озара, повернувшись к Кузьме.

Увидев, что Кузьма по-прежнему лысый, Озара взволнованно приложила лапы к груди и пробормотала:

– Неужели смесь не сработала?!

– Сработала как надо, – Кузьма медленно мотнул головой. – Я по делу…

– Слушай, пока не забыла! – перебила его беспокойная Озара. – Ты не помнишь, куда девал очки в прошлый раз?

– Помню, – с трудом произнёс Кузьма, протягивая разбитые очки. – Я не хотел…

Озара озадачено пялилась на осколки в лапах кота.

– Их можно склеить? – нарушил тишину Кузьма, сгорая от чувства вины.

Озара вздохнула, зажмурившись.

– Такой клей нужно заварить с помощником… – пробормотала она.