Евгения Потапова – Как потратить наследство (страница 9)

— Чердак… Да. Он запрещал мне туда ходить. Говорил, что там хранится наше будущее. Но будущее так и не наступило.

— Ну что ж, — Валя сделала глубокий вдох, набираясь смелости. — Давайте посмотрим, что там. Вместе.

Анастасия Дмитриевна медленно кивнула, и её фигура стала чуть более прозрачной.

— Я буду ждать, — прошептала она и растаяла в воздухе.

В комнате воцарилась тишина.

— Вот это поворот, — нарушил молчание Аббадон. — А я-то думал, она просто странная дамочка с того света. Ан нет, несчастная любовь. Теперь я даже ворчать на неё не буду.

— Правда? — с усмешкой спросила Валя.

— Ну, может быть. Итак, утром у тебя важная встреча с капитаном, а сейчас… сейчас мы идём на чердак.

— Нет, — ответила Валя, плюхнулась назад на диван и плотно закуталась в одеяло. В комнате было всё так же холодно. — Я продолжу спать. Меня не напугаешь призраками, а дамочка ждала своего суженого сотню лет, и ещё пару дней подождёт. А я хочу спать. Кстати, а где Неля? Что-то её не видать.

— Упорхнула навещать родственников, — мрачно проговорил Аббадон.

— Что-то случилось? — с тревогой спросила Валя.

— Без понятия, — обиженно ответил он, открыл шкаф и исчез в нём.

Валентина посмотрела на экран телефона — не было никаких сообщений, ни пропущенных вызовов. — Мало ли, может, Светлана колдует, а Неля решила ей помочь. Надеюсь, с парнями всё в порядке.

— Фёдор, ты ничего не знаешь? — обратилась она к библиотекарю, чья тень колыхнулась в углу.

— Нет, она же перед нами не отчитывается. К тому же я должен присматривать за тобой, а не за ней. Спи, дорогая, Неля и её родные со своими проблемами сами справятся. А тебе действительно нужен отдых.

Валя снова легла, но сон не шёл. Мысли крутились вокруг исчезнувшей бабки, несчастной Анастасии Дмитриевны и предстоящей встречи в госпитале. Она ворочалась, пока за окном не начал светать.

Утро встретило её тишиной. Аббадон, свернувшись клубком на стуле, храпел, а Фёдора в комнате не было, так же, как и Нели. Из комнаты Лики звуков никаких не доносилось, может она спала, а может и вовсе ушла из дома.

Быстро собравшись и проглотив кофе с печеньем, Валя на прощание бросила:

— Ведите себя хорошо.

— Не волнуйся, — отозвался Фёдор. — Мы будем на связи.

Выйдя на улицу, Валя постаралась отогнать тревогу. Впереди был рабочий день, а с ним — новые загадки, куда более земные, но оттого не менее пугающие.

Госпиталь встретил её привычной суетой. Поднявшись в свой кабинет, она обнаружила на столе новую папку с грифом «Совершенно секретно». В ней лежало дело капитана Орлова.

Сердце забилось чаще. Она медленно открыла обложку.

Первое, что она увидела, была фотография. На снимке — мужчина лет сорока с жёстким, иссечённым шрамами лицом и глазами, в которых читалась бездонная усталость. Капитан Орлов.

А ниже, в графе «Особенности», была сделана пометка: «Утверждает, что находится в контакте с сущностями неземного происхождения. Обладает знаниями, не соответствующими его образованию и опыту».

Валя перевела дух. Профессор Шапиро что-то читал за соседним столом, но периодически посматривал на неё.

— Скажите, Валентина, — обратился он к ней, — а каким образом, имея гражданскую специальность, вы оказались у нас? Кто ваш покровитель?

Она с удивлением посмотрела на него.

— Покровитель?

— Ну да, или вы думаете, что сюда к нам мы берём на стажировку всех подряд с улицы? У вас даже нет медицинской специальности. Чтобы попасть к нам, нужно учиться в военной медицинской академии. А вы учитесь в каком-то обыкновенном вузе на периферии.

Валя почувствовала, как кровь отливает от лица. Вопрос застал её врасплох. Она и сама до конца не понимала, как всё вышло.

— Я… мне пришло приглашение, — осторожно начала она. — После того как я отправила своё резюме и рекомендации. Я думала, это стандартная процедура.

Профессор Шапиро смерил её долгим, изучающим взглядом. Его глаза, казалось, видели насквозь.

— Стандартная процедура, — повторил он без интонации. — Валентина, давайте будем откровенны. Ваше резюме… необычное. Опыт работы с особыми случаями в провинциальной клинике. Рекомендация от Елены Петровны, чьё имя хорошо известно в узких кругах. И вдруг — стремительный перевод в главный военный госпиталь страны. Это не стандартная процедура. Это чья-то мощная рука.

Он отложил книгу и сложил руки на столе.

— Я не требую ответа прямо сейчас. Но имейте в виду: здесь ценят честность. И настороженно относятся к секретам. Особенно когда эти секреты касаются нас и наших пациентов. — Он кивнул в сторону папки с делом Орлова. — Капитан — не просто больной. Он носитель уникальной информации. И тот, кто прислал вас сюда, возможно, интересуется именно ею.

Валя вдруг вспомнила слова Фёдора о том, что её пригласили сюда не просто так. Вспомнила загадочного «А. Д.», который сдал ей квартиру и тут же пропал.

— Я здесь, чтобы помогать, — твёрдо сказала она, глядя профессору в глаза. — И чтобы учиться. У меня нет никаких скрытых мотивов.

Шапиро снова внимательно посмотрел на неё, и в его взгляде мелькнул интерес.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Тогда приступайте к работе. Капитан Орлов ждёт в кабинете № 14 в старом корпусе. — Он сделал паузу. — И, Валентина… будьте осторожны. То, что вы услышите, может изменить ваше представление о реальности.

Ты дверь!

Валя медленно шла по длинному коридору старого корпуса. Воздух здесь был спёртым и холодным, пахло лекарствами, пылью и какой-то едой. Стены, окрашенные когда-то в голубой цвет, были покрыты сетью трещин.

Она остановилась перед дверью с номером 14, чувствуя, как сердце колотится бешено в груди. Из-за неё не доносилось ни звука. Собравшись с духом, Валя постучала.

— Войдите, — раздался низкий, хриплый голос.

Она открыла дверь. Кабинет был небольшим, с одним зарешёченным окном, сквозь которое слабо пробивался свет. За простым столом сидел капитан Орлов. Вживую он казался ещё более измождённым, чем на фотографии. Его глаза, тёмные и глубокие, смотрели на Валю с немым вопросом.

— Капитан Орлов, я Валентина, клинический психолог, — представилась она, садясь на стул напротив.

Его лицо на фотографии не передавало главного — глубины взгляда. Казалось, он смотрит не на Валю, а сквозь неё, на что-то невидимое, происходящее прямо здесь, в комнате.

— Наконец-то, — его голос был низким и хриплым. — Я чувствовал, что ко мне направляется кто-то новенький. Не из их числа.

— Из чьего числа? — осторожно спросила Валя.

— Врачей. Надзирателей. Они не верят. Они думают, что я сошёл с ума. — Он горько усмехнулся. — А вы? Вы верите в то, что нельзя потрогать?

Прежде чем Валя успела ответить, в углу комнаты воздух задрожал, и появился Фёдор. Его лицо было непривычно серьёзным.

— Валя, будь осторожна, — произнёс он, и только она одна могла его слышать. — Он не просто контактирует с сущностями. Он… видит нас. Или чувствует.

— Я верю, что реальность многогранна, — честно ответила Валя, не отводя взгляда от капитана.

Орлов внимательно посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на удовлетворение.

— Хорошо. Тогда я покажу вам кое-что. — Он протянул руку, и на его ладони возникло слабое голубоватое свечение. В воздухе заплясали искры. — Они повсюду. Информационные сгустки. Осколки мыслей, чувств, событий. Я научился их читать.

Валя замерла, заворожённая зрелищем. Это не было галлюцинацией. Она чувствовала энергию, исходящую от этого свечения, — ту самую, что витала в её квартире и в коридорах госпиталя.

— И что же они вам говорят? — с интересом спросила она.

— Они говорят о войне. Не о нашей. О другой. Которая идёт всегда и везде. И они говорят о вас. — Его взгляд стал пронзительным. — Вас привели сюда не случайно. Ваша нить сплетена с нитями этого места. С тем, что случилось в доме, где вы живёте. И с тем, что произошло со мной.

— Что произошло с вами? — спросила она.

Капитан Орлов печально улыбнулся.

— Я заглянул туда, куда не следовало. И кое-что оттуда последовало за мной. Оно здесь, в этой комнате. Сейчас. И оно очень заинтересовалось вами.

Перепечатка, копирование и таскание по социальным сетям запрещено автором Евгенией Потаповой.

Валя ясно ощутила на себе чей-то пристальный, недобрый взгляд из самого тёмного угла. Она не стала вглядываться в темноту.

— Вы ведь видите его? Да? Я прав? Здесь нет камер, вы можете мне признаться.

Капитан Орлов медленно кивнул, и в его глазах вспыхнул странный огонёк — смесь страха и торжества.