Евгения Потапова – Как потратить наследство (страница 34)
Она попыталась проникнуть туда, но тут же ее сознание обожгло ледяной пустотой, и она от резкой боли чуть не потеряла сознание. Валя пошатнулась и чуть не упала. Ее тут же подхватил Тимофей.
— Никогда не слушай старуху, слушай себя, — проговорил он и погладил ее по голове.
От ладони потянуло теплом, и головная боль потихоньку отступила.
— Идем? — спросил Илья, глядя на своих друзей.
— Да, — кивнула Валя, потерев виски.
— Илюха, ты заходишь первым и будь готов к разным сюрпризам, — сказал Тимоха.
— Как говорили наши предки, всегда готов! — усмехнулся Илья, включил мощный фонарик и шагнул в дверной проем.
За дверью оказался не просто морг, а некое подобие заброшенного патологоанатомического отделения. Воздух был спёртым и холодным, пахло пылью, формалином и чем-то ещё — сладковатым и гнилостным. Луч фонаря Ильи выхватывал из мрака покрытые инеем стены, разломанную мебель и следы чьих-то босых ног на пыльном полу.
— Следы свежие, — тихо сказал Илья, присев для осмотра. — Не её размер. Детские.
— Прекрасно, — проворчал Аббадон, вглядываясь в темноту. — Маленькие, злые и наверняка холодные. Люблю деток.
Внезапно из глубины коридора донёсся приглушённый звук — нечто среднее между всхлипом и смешком. Илья мгновенно насторожился, сжимая в руке фонарь.
— Лика! — громко позвала Вика. Её голос гулко отозвался в пустых помещениях. В ответ — лишь тишина, ставшая ещё зловещей.
Они двинулись вперёд, следуя за странными следами. Коридор раздваивался.
— Разделимся? — предложил Тимофей.
— Нет, мы же не в кино, — твёрдо ответил Илья. — Здесь не место для геройства. Держимся вместе.
Именно в этот момент из-за угла показалась фигура. Невысокая, в багрово-оранжевой рубахе до колен. Лика стояла к ним спиной, совершенно неподвижно.
— Лика? — осторожно окликнула Валя.
Фигура медленно, почти механически, повернулась. Это была Лика, но не та, что осталась на улице. Её лицо было безразличной маской, глаза закатились, оставив лишь белки, а из полуоткрытого рта струился лёгкий пар. В поднятой руке она сжимала клок собственных поседевших волос.
— Её нашли раньше, чем мы успели, — сдавленно прошептала Вика. — Трещина уже работает с ней.
— Лика, послушай мой голос, — твёрдо сказал Илья, делая шаг вперёд. — Ты не одна. Держись за нас.
В ответ её голова дёрнулась, и раздался хриплый, не её голос, словно скрип ржавых петель:
— Здесь тесно… Мало места… Вынесите кого-нибудь…
Из соседнего проёма, ведя в бывшую прозекторскую, выползла тень. Не одна. Их было несколько — низких, сгорбленных, с неестественно вывернутыми конечностями. Они медленно приближались, шелестя чем-то по бетонному полу.
— Бабка, морок на выход! — скомандовал Тимофей, становясь в боевую стойку рядом с братом. — Чтобы ни одно существо не ушло! Валя, ищи якорь! Вика, с нами! Аббадон, попробуй до неё докричаться!
— Эй, хламида оранжевая! — завопил кот. — Очнись! Там же новые подписчики в Интернетике ждут, а ты тут в прятки с безликими играешь!
Лика дёрнулась, и на лице на мгновение мелькнула гримаса боли и осознания.
— Илья… — прошептала она едва слышно. — Здесь… так много… мёртвых детей… Они не могут найти выход…
И тут из прозекторской с тихим плачем повалили они — бледные, полупрозрачные фигурки в больничных рубашках. Трещина выплёскивала наружу всё, что собирала и копила в этом месте годами, десятилетиями.
Битва началась.
Илья выбросил вперёд руку, и в воздухе вспыхнул ослепительный шар пламени. Огненная волна прокатилась по коридору, заставив призрачных детишек отхлынуть с тихим визгом. Но они не исчезли — лишь стали чуть прозрачнее.
— Огонь их не берёт! — крикнул Илья, готовя новый заряд. — Они питаются другим!
— Страхом и отчаянием, — уточнила Вика. Её демон зашевелился у неё за спиной, и воздух вокруг заструился. — А Лика сейчас — просто генератор этих эмоций. Надо её выдернуть оттуда!
— Я попробую до неё дотянуться! — Валя закрыла глаза, пробиваясь сквозь ледяную пелену чужого ужаса, что исходил от Лики. — Лика! Вспомни, как ты злилась на бабку Нелю! На Аббадона! На их тупые шутки! Эта злость — твоя! Верни её!
Тимофей, не двигаясь с места, создавал ментальные барьеры, не давая маленьким призракам окружить группу. Его лицо покрылось испариной от напряжения.
— Быстрее, Валя! Их слишком много!
Аббадон, увеличился в несколько, ощетинившись, метался между товарищами.
— Да она сейчас сама как та самая трещина! Лика, ну подумай о чём-нибудь приятном! О… о новых платьях! О том, как все эти приведения сейчас разбегутся от твоего крика!
В этот момент один из призраков, похожий на девочку с огромными печальными глазами, дотронулся до руки Вики. Та тут же побледнела, пошатнулась, но её демон рывком впитал в себя атаку, ненадолго став более осязаемым и жутким.
— Не давайте им касаться! — предупредила Вика, с трудом переводя дух. — Они высасывают жизненную силу!
Илья, видя, что огонь неэффективен, сменил тактику. Он создал вокруг Лики кольцо из огня, не давая призракам подступать к ней ближе.
— Валя, что с ней?
— Она… она потерялась в их воспоминаниях, — со стоном выдохнула Валя. — Они все умерли в одиночестве и страхе, от разных болезней и голода… Она чувствует то же самое…
— Надо сменить тактику, — проговорил Тимофей.
Ты нужна нам
— Надо сменить тактику, — вздохнул Тимофей.
— Верно, — сквозь зубы проговорил Илья, осматривая поле боя. — Мы сейчас не можем их уничтожить, но можем перенаправить. Бабка, ты говорила, они не могут найти выход?
— Души-сиротки, заблудились, — жалостливо сказала Неля, её полупрозрачная фигура колыхалась в такт вибрациям трещины. — Им нужен проводник.
— Лика и есть проводник! — внезапно осенило Валю. — Но не как точка закрепления, а как маяк! Она их чувствует, значит, может и вести!
— Лика, — Илья снова обратился к ней, но теперь его голос звучал мягче, не как приказ, а как просьба. — Они не могут уйти сами. Им нужна твоя помощь. Проведи их.
В глазах Лики, полных чужой боли, мелькнула искра понимания. Она медленно, преодолевая тяжесть навалившихся на неё чужих воспоминаний и боли, кивнула.
— Я… попробую, — прохрипела она. — Но мне нужна… музыка.
— Музыка? — недовольно фыркнул Аббадон. — У нас тут оркестр не выступает!
— Тихо, Аббадон! — прикрикнула на него Вика. — Она медиум. Ей нужен ритм, чтобы не потерять себя. Валя, можешь?
Валя закрыла глаза. Через секунду в воздухе зазвучал едва уловимый, на грани слуха, мелодичный напев — простой, как колыбельная, но пронизывающий до костей. Это была музыка самой жизни, тихая, нежная, убаюкивающая колыбельная.
Лика глубоко вздохнула. Она выпрямилась, расправила плечи под безразмерной оранжевой рубахой и подняла руку. Её пальцы выписывали в воздухе сложные узоры, оставляя за собой серебристый след.
— Идите за мной, — прошептала она, и её голос приобрёл странное, эхообразное звучание. — Ваши муки окончены. Вам больше не будет больно.
Призрачные дети замерли, глядя на неё. Их печальные лица начали смягчаться. Один за другим они потянулись к её светящейся фигуре, образуя вереницу.
— Тимофей, прикрой их с флангов ментальным щитом, — скомандовал Илья. — Вика, твой демон — сзади. Пусть подталкивает отстающих. Я и Валя обеспечим охрану с тыла.
Группа двинулась обратно к выходу, превратившись в странную процессию. Впереди шла Лика в своём нелепом, но теперь сияющем изнутри «пончо», ведя за собой вереницу детских душ. Замыкали шествие остальные, отбиваясь от тёмных сущностей, которых привлекал этот свет.
Когда они вышли из здания, Лика остановилась в центре сквера. Она подняла обе руки к небу, и из её груди вырвался сноп ослепительного белого света. Души детей устремились вверх, растворяясь в лунном свете, словно капли росы.
С последним исчезнувшим призраком Лика медленно опустилась на колени, тяжело дыша. Её волосы постепенно возвращали свой обычный цвет, а рубаха перестала светиться, снова став просто уродливым куском ткани.
Первым нарушил тишину Аббадон, снова принявший размеры обычного кота.
— Ну что, поздравляю. Ты устроила самую масштабную эвакуацию призраков в истории этого города. Думаю, тебе за это положена премия. Или как минимум нормальная одежда.
Илья подошёл к Лике и молча протянул ей руку. Она посмотрела на его ладонь, потом на его лицо, и после секундного колебания приняла помощь, поднимаясь на ноги.
— Спасибо, — тихо сказала она, обращаясь ко всем. — За то, что не бросили.