Евгения Потапова – Как потратить наследство (страница 16)

— Нет, морг здесь, вернее там, — он показал в противоположную сторону. — А там чулан. Там даже окон нет.

— Странно, — пробормотала Валя, приоткрыла дверь и чуть не получила шваброй по голове.

В чулане действительно стояли вёдра и швабры, висели тряпки и синие халаты, на полках хранились всякие чистящие средства.

— Вот видите, — врач развёл руками. — Чулан и только. Вам, наверное, показалось. Вы, может, из нового персонала? Заблудились?

Валя отступила от двери, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Она же только что вышла из морга! Она видела тело Орлова! Аббадон и Фёдор... Где они? Она оглянулась — никого. Её незримые спутники исчезли.

— Да, кажется, я... заблудилась, — выдавила она. — Простите за беспокойство.

— Ничего страшного, — успокоил её врач. — Первое время все путаются. Вам в какое отделение?

— Мне надо на улицу, на воздух, — проговорила она.

— Идёмте, я вас провожу, — улыбнулся врач.

Он потушил окурок в медицинском лотке для инструментов, используемом в качестве пепельницы.

— Спасибо, — кивнула Валя, стараясь идти ровным шагом.

Пока врач вёл её по лабиринту коридоров, её ум лихорадочно работал. Исчезновение того морга доказывало — противник обладает могуществом, меняющим саму реальность. Аббадон и Фёдор, должно быть, остались по ту сторону барьера, хотя не факт. Теперь она была совсем одна.

Врач, представившийся Игорем Петровичем, без умолку рассказывал о работе в больнице. Валя машинально кивала, улавливая обрывки фраз.

— ...да, многие сначала путаются в наших коридорах. Вот на прошлой неделе одна медсестра поклялась, что видела...

Он внезапно замолк, словно споткнувшись о собственную мысль.

— Что вы видели? — тут же спросила Валя, почуяв неладное.

— Да так, ерунда... — он замялся, но Валя остановилась и пристально посмотрела на него. Под её взглядом он сдался. — Ладно. Говорят, иногда в старом крыле появляются другие коридоры. Те, которых на плане нет. И двери, ведущие не туда. Все списывают на усталость, но... — он понизил голос до шёпота, — я сам однажды... видел дверь, которой не должно было быть. Она вела в какую-то комнату с зелёными обоями. А на следующий день на её месте была глухая стена.

Ледяная рука сжала сердце Вали. Это было подтверждением.

— И что было в той комнате? — тихо спросила она.

— Я не зашёл, — признался он, смущённо покраснев. — Побоялся. Но теперь иногда думаю... Может, надо было зайти? Кстати, до войны морг находился в другом крыле. Может, вы попали в параллельную реальность?

— Не знаю, — пожала Валя плечами. — В этом мире всё может быть.

Они вышли на улицу. Свежий воздух ударил в голову, и Валя с жадностью вдохнула.

— Спасибо вам, Игорь Петрович. Вы очень помогли.

— Валентина, вы очень красивая девушка. Может быть, как-нибудь попьём вместе кофе? Патологоанатомы очень весёлый народ.

— Я и не сомневаюсь, — усмехнулась Валя. — Но у меня уже есть молодой человек.

— Ну вот, опять я не успел, — улыбнулся он. — Но если вдруг вам станет грустно и не с кем будет попить кофе, то я с удовольствием составлю вам компанию.

Игорь Петрович сунул в карман Вали визитку и быстрым шагом удалился.

— Какой милый подкат, — рядом с ней материализовалась бабка Неля.

— Ты где была? — строго спросила Валентина.

— Где была, там меня уж нет, — хмыкнула старуха.

— А ты не знаешь, где Аббадон и Фёдор?

— А я почём знаю? — Неля обиженно поджала губы. — Я не нянька твоим хвостатым да прозрачным. Я, между прочим, важным делом занималась!

В этот момент из-за угла ближайшего куста послышалось возмущённое фырканье.

— «Хвостатый»... Вот уж благодарность! — из зарослей шиповника появился взъерошенный Аббадон, с которого сыпались листья и прошлогодняя хвоя. — Пока ты тут флиртуешь с патологоанатомами, нам с Федькой пришлось из холодильника выбираться!

Рядом замерцал Фёдор. Его полупрозрачная фигура казалась особенно бледной.

— Переход из аномальной зоны дался нелегко, — тихо сказал он. — Нам пришлось покинуть морг через другую точку соприкосновения миров. К счастью все обошлось.

— Да, «к счастью», — язвительно повторил Аббадон, отряхивая лапу. — Там холодно, как в холодильнике!

— Ладно, хватит болтать, — перебила Неля, нетерпеливо подпрыгивая на месте. — Давайте уже быстрей свалим из этого места, пока ещё кто-нибудь не активизировался.

— А давайте, — согласилась Валя. — Мне вообще что-то эта история перестала нравиться. Поеду я, наверно, на дачу, пообщаюсь с нашим дорогим Григорием Аркадьевичем. Может, он какой дельный совет даст. Да и Тимохе не мешало бы позвонить, а то мы только с ним в последнее время переписываемся, да и то короткими сообщениями.

Неля как-то после последней фразы смутилась и исчезла.

Аббадон многозначительно фыркнул, следя за тем, как растворяется в воздухе призрачная спина старухи.

— Ну да, конечно. Позвонить Тимохе. А то старушенция наша что-то слишком часто к твоему телефону тянется, когда ты ему пишешь. Я вот думаю, это неспроста.

Валя нахмурилась, доставая телефон. Действительно, последние сообщения Тимофею были какими-то... краткими. Слишком. И стиль не её.

— Ты хочешь сказать, что это Неля...?

— А кто её знает, что она там себе в своей призрачной головушке задумала, — кот начал вылизывать лапу с видом полной невинности. — Может, ревнует. Может, боится, что тебе всё надоест и ты нас прогонишь. А может... — он бросил многозначительный взгляд на Фёдора.

— Может, она пытается его оградить, — тихо закончил за него Фёдор. — Если «трещина» проявляет активность, то все, кто рядом с тобой, в опасности. А Неля, при всей её вредности, способна на своеобразную заботу. Грубую и нелепую, но искреннюю. Тем более Тимоха её внук. Хоть она его и не любит, но это её работа — защищать его от всяких опасных ситуаций.

Валя смотрела на экран телефона, на последнее своё сообщение Тимофею: «Привет. Всё ок. Спишусь позже». Она бы так никогда не написала, то есть это писал кто-то другой.

— Ладно, — она сунула телефон в карман. — Сначала дача. Будем вытягивать информацию из вредного родственника. Тимофею позвоню по дороге.

— О, отлично! — Аббадон оживился. — На даче, я помню, у него в погребе были запасены... э-э-э... исторические документы! Очень старые и ценные. Особенно рядом с банками с огурцами.

— Ты о варенье? — уточнил Фёдор.

— Вот нужно мне твое варень! Я же не Винни-Пух. Я о самом ценном, что может быть в погребе! — обиделся кот. — О тушёнке! Запасы 1978 года! Это же раритет!

— Где ты их откопал? — удивилась Валя.

— В погребе, дорогая моя, в погребе.

Пока Аббадон мечтал о тушёнке, Валя направилась в сторону квартиры, чтобы забрать свои вещи. Её взгляд скользил по местному пейзажу. Она мысленно готовилась к встрече с призраком-затворником. И где-то на задворках сознания зрела тревога — не столько из-за «трещины» или подменыша, сколько из-за коротких сообщений и таинственно исчезающей старухи. Может, Неля действительно таким образом пытается защитить Тимофея от Вали? Хотя его работа тоже связана с риском для жизни, но, видно, около неё этот риск выше.

Вредный призрак

В квартире Валентина быстро собрала свои вещи в рюкзак и направилась к выходу. Дверь в комнату соседки отворилась, и оттуда выглянула Лика.

— Ты куда? — спросила она шёпотом.

— На дачу поеду, — пояснила Валя.

— С друзьями или мужиками? - поинтересовалась соседка.

— С котом она поедет! — рявкнул Аббадон.

— Ох! — испуганно шарахнулась Лика.

— Аббадон, не пугай девушку, — строго сказала Валя.

— Это её личные проблемы, — фыркнул кот.

— А что за дача? Ты же вроде не местная.

— Не местная, но дача у меня в области, — ответила Валя. — Прости, мне разговаривать некогда, надо успеть на электричку до час-пика, а то потом народу будет много.