Евгения Оул – Демон в подарок (страница 6)

Тот лишь хохотнул, а потом стал успокаивающе поглаживать как по волосам, так и по спине. Он не стал шутить, оскорблять или поддевать. Не стал приставать или требовать — раз возбудила, то давай, раздвигай ноги, — как делали это столичные аристократы. Хотя на тот момент весь мой соблазн заключался в том, что я стояла в тёмном уголке и хомячила маленькое канапе, которое удалось незаметно стащить со стола.

Правда, в итоге мужчинчик получил разбитые яйца, а я — гору матов и общений, меня прикончить. Мужу-недоноску я не стала рассказывать, как и не ожидала, что он мне поможет. Ведь этот урод видел, как меня пытались утянуть подальше от бального зала, но вместо беспокойства он лишь криво оскалился, продолжая обнимать любовницу и беседовать с другими.

Но я смогла дать отпор, сбежала, не попавшись другим на глаза, ведь не хотела потом снова выслушивать новые упрёки и смешки себе в спину.

И вот тогда, пока сердце колотилось в груди, а в глазах стояли горькие слёзы обиды, я придумала свой план побега.

Но теперь, кажется, мне предстоит не только разобраться, как освободить и демона от проклятия прабабки, так и себя от брачного договора, но ещё и не влюбиться, дабы потом не наблюдать за тем, как меня оставляют позади, найдя истинную.

Молчаливую идиллию, во время которой я всё так же лежала на демоне и думала о своём, нарушило громкое завывание моего желудка. Кушать хотелось сильно.

Демон издал тихий беззлобный смешок, чмокнул меня в волосы, и за миг я оказалась уже сидящей на нём.

— Надо тебя накормить, — убрал прядь волос за ухо. — А то ты худая, но аппетит знатный.

— В дороге не было возможности нормально питаться, — невольно повела плечом, вспоминая, в каких условиях проходил мой грандиозный побег.

— Тогда иди умывайся, а я пока всё приготовлю. Потом расскажешь своё приключение.

От такой заботы хотелось снова уткнуться в сладко пахнущую кожу и просто забыть всё, что происходило в этом мире ровно до прибытия в поместье.

На его слова лишь угукнула и поспешила в сторону ванной комнаты. Ледяная вода, как я надеялась, сможет смыть тягу к Зефиросу и заморозить странные, полыхающие чувства, которые возникали каждый раз, когда он оказывался слишком близко.

Мои знания не были идеальны, а сведения о демонах могли быть сфабрикованы, так что стоило быть осторожной и не вестись на сладкие речи так легко.

Приведя себя в порядок, покосилась на сковородку, которая послушно лежала на тумбочке у изголовья огромной кровати и внушала мне спокойствие. Разум ворчливо твердил, что без неё лучше не передвигаться, а интуиция упорно шептала, что рядом с демоном ничего не грозит — как бы наивно это ни звучало. У него ведь за короткое время было масса шансов мне навредить, но он лишь утешал, поддерживал… и кормил. А ещё гладил, словно кошку приручал. Честное слово, он относился ко мне именно так — и, увы, это со мной работало идеально.

Поэтому в знак благодарности, чтобы показать своё доверие к нему хотя бы как к партнёру по договору, стоило бы не тыкать ему в нос моим орудием массового поражения.

Он не был рядом, но всё равно занимал все мысли. Демон противный.

Обычно я бы доверилась интуиции и оставила сковородку, но разум был категорически против. Я ведь в чужом мире, и так наивно доверять мужчине, который пока ничего плохого не сделал, — опасно. Ключевое слово здесь: «пока».

Закусив губу и колеблясь, всё же подошла и взяла оружие в руки. Эта штука уже не раз меня выручала. Вспомнив, как схватила её чисто случайно при побеге с кухни и сразу же использовала, вырубив стражника, я злорадно зазубоскалила. Звук удара был такой звонкий — хотя попала по носу, а не по железному шлему.

Оказавшись на кухне, наполненной прекраснейшими ароматами, едва не подавилась слюной. Кажется, я готова этому демонюке руки целовать, лишь бы он и дальше готовил, ведь сама я это дело ненавидела всей душой. Мне было куда приятнее просто всё жрать.

Зефирос, явно почувствовав моё присутствие, обернулся.

Я же сразу подметила несколько вещей.

Первое — он успел переодеться. Новая белая рубаха была из тонкой ткани, поэтому рельеф его мышц и вьющиеся по ним татуировки просвечивались, притягивая взгляд.

Второе — в печи уже запекалось мясо (и когда только всё успел?). На кухне от жара становилось душно.

Или это мне так казалось, потому что гад мало того что надел полупрозрачный верх, так ещё и застегнул только нижние пуговицы.

Рука сжала сковородку сильнее. И не потому что мне грозила опасность и демона хотелось треснуть. Нет.

Я подумывала влепить оплеуху себе, потому что снова зависла, пуская на него слюни. И даже с учётом ароматов мяса, которое я очень хотела попробовать (после выплеска эмоций хотелось заесть всё к чёрту), я каким-то образом улавливала сладковатый запах карамельки, исходящий от Зефирки.

Интересно, какими духами он пользуется? Надо будет как-то спросить.

— Не могу понять: это ты думаешь меня убить или накинуться со страстным поцелуем? — задумчиво, но с весёлой ноткой протянул демон.

Я мысленно себя обматерила. Да что ж такое! Веду себя как полная дура.

— Думаю тебя на своей сковородке зажарить, — буркнула, чтобы хоть что-то ответить.

Но соседа моего это только повеселило. Губы растянулись ещё шире.

— Отжарить, говоришь…

Намёк я поняла, едва не улыбнулась, хотя шутка была тупой. Но демонстративно закатила глаза, чтобы он не догадался, что уже начал мне нравиться.

— Почему ты готовишь сам, если владеешь бытовой магией и мог бы сделать всё быстрее? — решила сменить тему, иначе могла невольно начать с ним флиртовать.

Демон усмехнулся.

— У меня было так много свободного времени, что я пытался занять себя чем угодно, лишь бы не сойти с ума от безысходности и безделья.

Вот ведь, дурная моя бошка. Он тут закрыт давно, вот и развлекался, как мог.

— Прости. Глупый вопрос, — потупила взгляд, ощущая угрызения совести. Я уже частично знала и понимала, каково это — быть запертым, без поддержки и возможности сбежать.

— Ха, а ты достаточно легко извиняешься, — сказал он беззлобно, даже с лёгким интересом, и сел напротив меня за стол. — Обычно люди до последнего не то что извиняться не хотят, они даже себе боятся признаться в совершённой ошибке.

Я смотрела в рубиновые глаза и видела там осадок разочарования. Печально, что даже здесь он сталкивался с такими индивидами, которые явно нанесли ему раны.

Но ковырять этот мозоль я не собиралась, поэтому лишь угукнула и снова сменила тему. Да, я трусливая мадама, предпочитающая избегать щекотливых разговоров. Социализация никогда не была моей сильной стороной.

— Научишь меня магии? — с надеждой спросила, уже предвкушая, как по щелчку пальцев появится чистая одежда, горячий ужин и убранная комната. — Хочу поджарить одну драконью задницу… — только когда увидела вытянутое лицо мужчины, с ужасом поняла, что последнее произнесла вслух.

Вот ведь! Всех подряд хочу зажарить — маньячка, а не ведьма. Осталось только табличку повесить: «Осторожно, ведьма сковородочная».

И смех демонюки только усилил эти чувства, из-за чего я не выдержала и спрятала лицо в ладонях, мечтая провалиться сквозь землю. Почему-то рядом с ним я была расслаблена и не боялась ляпнуть что-то не то. Словно он давний знакомый, перед которым не нужно носить маски и стыдиться того, какая ты есть на самом деле.

— Ты заставляешь меня смеяться снова и снова, какую магию используешь, ведьма? — он был искренне весел, и это одновременно радовало и раздражало.

— Заклинание «отключение мозгов говорящего», — проворчала себе под нос, пытаясь придумать, как вести себя дальше. Морозиться и делать вид, что ничего не было — не смогу. Избегать его — тоже глупо. Нам же договор составлять, а потом решать общие проблемы.

Зефирка же снова проявил понимание: поддевать или играть на нервах не стал, а просто мило улыбнулся.

— Хорошо, обучу тебя магии как бытовой, так и боевой, чтобы ты могла под… — заметив мой взгляд из-под лба, кашлянул, будто воздухом подавился. Да и моя рука уже потянулась к сковородке. Видимо, зря я посчитала его милым и понимающим, да?

Красные глаза скользнули на сковородку, потом на меня.

— Чтобы ты могла дать обидчикам отпор, — благоразумно исправился. — Но сперва расскажи, как это обычная сковородка может причинять вред другим расам?

Я задумалась. А ведь и правда — я ею вырубила не только стражника, но и дракону нос разбила, когда он встал на моём пути, истерично вереща, что я принадлежу ему. Хотя обычно даже меч не способен оставить царапину нелюдям.

Словно впервые увидев, уставилась на свою прелесть.

— Моя хорошая… — погладила её нежно, радуясь, что хоть кто-то (а точнее, что-то) стало на мою сторону в том злополучном поместье.

Да и другая ведьма, которая на одну ночь пустила меня к себе отогреться, откормила и дала пару серебряных монет на дорогу, тоже со смехом говорила, что эта сковородка стала волшебной из-за меня.

— Кажется, мои эмоции были столь сильны, что я неосознанно влила в неё магию, — повторила слова ведьмы Рози, с улыбкой вспомнив её яркие, красные волосы, которые полыхали, как пламя. Она была молодой, но во взгляде читалась мудрость, а ещё усидчивость — редкая для ведьмочек её возраста.

И после того, как она была ко мне столь добра, хотя сама явно не жила богато в старенькой и хлипкой хижине, я пообещала себе, что потом, как только разберусь со своими проблемами, её отблагодарю как следует.