Евгения Никулина – Остаюсь с тобой. Лайза (страница 10)

— Матвей, задержись, пожалуйста.

Голос прораба нагнал не только меня, и те, кто ещё не успел отойти далеко, замедлили шаг, стали оборачиваться. Я сделал то же самое и, когда повернулся, увидел обращённые на меня взгляды прораба, Дугласа, и, естественно, Лайзы. На остальных я даже не смотрел — мне хватило и этого пристального внимания. В том, что позвали именно меня, можно было не сомневаться, так как на объекте я не встречал больше ни одного рабочего с моим именем.

Теряться было некогда, и я быстро подошёл к ожидавшим. Наш прораб тоже был из людей, не привыкших тянуть время, а потому сразу пояснил:

— Завтра понадобится твоя помощь. Не на объекте.

Тут в разговор вступила Лайза. Она скромно улыбнулась, что, по-видимому, заменило личное приветствие, а я так опешил, что не нашёлся сразу, чтобы поздороваться в ответ. Лайзу это нисколько не смутило, и она обратилась ко мне:

— Все помнят моё упущение в подборе напольной плитки. Как обещала и как того требуют мои должностные обязанности, я приступаю к поиску другого варианта, наиболее подходящего. Завтра я планирую посетить наших партнёров и ознакомиться с альтернативными продуктами. Я решила предоставить специалистам компании на рассмотрение несколько образцов. Возможно, их будет много, и мне потребуется… помощь, чтобы отнести всё в автомобиль. Вдруг и совет твой на этот раз понадобится. Хотя прежде всего проверим, настолько же профессионально ты работаешь физически, как и языком?

Я это услышал? На самом деле? И не только я. Лайза проговорила всё, особенно последнюю фразу, так громко, что её не могли не услышать ребята, которые стояли тут же. Как будто она специально хотела поставить всех в курс своих сугубо деловых намерений относительно меня и тем самым избежать кривотолков. А ведь большинство из них присутствовали при нашей с ней первой встрече и очень хорошо помнили, как я тогда не смог удержаться от критических замечаний. Но только я здесь уловил двоякий смысл её последних слов. Можно было, конечно, съязвить в ответ что-то ещё более дерзкое, открывающее характер нашего непрекращающегося спора, но тогда всё, что произошло в подсобке, было бы уже трудно скрывать от окружающих, тем более от её мужа. Я выбрал меньшее — смолчать.

Не насытившись произведённым на меня эффектом, Лайза продолжила с ещё большим равнодушием:

— Не переодевайся завтра в рабочую одежду, я заеду за тобой утром.

Она дала понять, что мы встретимся здесь в самом начале смены.

Руководство отправилось дальше по неотложным делам, а я остался со своими мыслями. Наверное, любой на моём месте воспарил бы в ожидании, считай, свидания с такой обворожительной девушкой, да ещё без посторонних, но я перед нашей поездкой был больше обеспокоен, чем взволнован.

***

Я пришёл на работу раньше обычного, хотя делать это было необязательно — я понятия не имел, во сколько сегодня вернусь на объект. Даже остальных я не дождался, так что все трое — Андрюха, Толик и Ден — проводили меня недоумевающими переглядываниями. Я выбрал удобную одежду попроще — свободные спортивки и немаркую футболку, так как предполагал, что придётся заходить на склады и таскать коробки.

На площадке стали собираться рабочие. Подтянулись и мои соседи, шумно обсуждавшие вчерашний вечер, который они провели вне дома. Меня с ними не было, и я даже не поинтересовался, где они зависали до часу ночи, поскольку голова моя ломилась от соображений насчёт того, что же приготовила для меня Лайза. В том, что это будет не сугубо рабочая езда по городу, без карательного замысла, я был абсолютно уверен. Нашлись и среди парней те, кто так же полагали, что уязвлённая архитектор не простила мне публичного разоблачения своей некомпетентности, и воспринимали её поручение как обременительную повинность. Но в целом привлечение меня для выполнения работы вне объекта не казалось для остальных чем-то вызывающим, поскольку и до этого нередко кого-то могли забрать с площадки или попросить съездить, например, на производство или в офис, если того требовали сроки отделки и другая необходимость. Случалось, кто-то отсутствовал несколько дней, так как был временно переведён на соседний объект.

Некоторые смотрели на меня с сочувствием, от Андрюхи исходило явное насмехательство, ведь, по его словам, я получал по заслугам, а между тем рабочий день начался, и только я стоял у выхода, озираясь по сторонам, всё чаще бросая взгляд на расчерченную парковку. Хорошо, что на меня больше никто не смотрел, а то мой прыжок на месте вызвал бы гром хохота — так сильно я вздрогнул от того, что в кармане зазвонил телефон. Я вытащил его и увидел на экране незнакомый номер. С посторонних номеров мне звонили редко, но бывало. Я ответил, как уже привык тут, на английском:

— Алло.

— Доброе утро! — пресёк тишину в трубке бойкий голос Лайзы. — Ты на месте?

Её голос я узнал бы даже под звуковыми эффектами. Невозможно было его спутать!

— Здравствуйте, — я стал вертеть головой ещё быстрее. — А откуда у вас мой номер?

— Ты полагаешь, что мы не берём контакты, когда нанимаем кого-то на работу? — она удивилась моей неспособности догадаться самостоятельно. — Так ты на площадке?

— Да, как и договаривались, — в моём голосе пробивалось оправдание, потому что я начал сомневаться, правильно ли запомнил всё, что она говорила вчера.

Похоже, моя интонация волновала меня одного, поскольку Лайза продолжила, едва дослушав:

— Выходи, поворачивай налево и в конце строительных ограждений снова поверни налево.

Она отключилась. Это уже напоминало мальчишечью игру с рациями. Я убрал телефон в задний карман и, крикнув прорабу, что за мной приехали, двинулся по указанному мне маршруту. Не успел я завернуть за угол, скрывший вход на строительную площадку, как в конце тротуара увидел Лайзу, которая стояла в расслабленной позе, скрестив ноги и уткнувшись в глухой забор согнутой в локте рукой, подпиравшей голову. Но выглядела она совсем не небрежно, а изящной и так беззастенчиво улыбалась, точно позировала для толпы светских фотографов. И даже не это внезапное видение заставило меня замереть на месте, а то, как Лайза была одета. От деловых манжет и натянутых строчек не осталось и намёка; стройную фигуру не менее изысканно, чем его предшественники, но не так плотно облегал спортивный костюм молочного цвета с искрящимися на солнце серебристыми лампасами и такими же полосками вдоль рукавов. Спущенный капюшон выглядывал из-за шеи, а волосы были собраны под бейсболку, усыпанную сверкающими камешками и бусинами. Вместо строгих туфель на ногах её красовались белые с чёрными полосками кроссовки неправдоподобно маленького размера.

Было заметно, что другой реакции Лайза от меня не ожидала — для чего же ещё она заняла такую выжидательную позу в столь выгодной своей неприметностью позиции?

— Ты идёшь? — поторопила меня Лайза.

Я, как после мощного толчка, оторвался от земли и устремился ей навстречу. Вообще-то двигался только я, она же стояла на месте и наблюдала за моим приближением.

— Доброе утро! — повторила Лайза.

— Доброе утро, — откликнулся я.

— Не выспался? — улыбка не сходила с её губ.

— Почему? Нет, вовсе…

— Знаешь, вид у тебя… — Меня окинул изучающий взгляд: — Не собранный.

— Напротив, я готов. Просто я ожидал, что вы подъедете туда, на парковку.

Лайза развернулась и стала переходить дорогу, я последовал за ней, и уже совсем скоро мы оказались среди рядов стоящих автомобилей у задней части небольшого торгового центра.

— Я и подъехала на парковку. Только на эту.

Лайза не сбавляла шаг. Мы курсировали между машинами и прохожими, пока не подошли к низкому автомобилю чёрного цвета (вплоть до салона и чехлов), блестящему не меньше, чем безукоризненно начищенные лодочки. Мне стало казаться, что Лайза специально подбирает себе чёрные вещи и аксессуары какого-то определённого глубокого оттенка. Я даже представил, что если она сядет в салон в чёрном костюме, то сделается в нём предельно незаметной.

— М… Мэ… Мэтью, — Лайза уставилась на меня вымученным и в то же время извиняющимся взглядом.

Я сообразил — ей тяжело произнести моё имя, на что улыбнулся и добродушно махнул рукой, давая понять, что не возражаю, если она будет называть меня так, как ей удобно, как получается.

Лайза заметно оживилась:

— Ну что, Мэтью? Надо запастись провиантом на весь день, как думаешь?

Лёгким движением руки Лайза сняла с головы бейсболку, однако волосы её не расплескались, как я ожидал, по плечам, потому что были собраны в хвост. От мелькнувшей россыпи страз и бисера по её автомобилю пробежали радужные дорожки. Я завис взглядом на её обнажившихся волосах, но вовремя заметил, что она проследила за ним, и затараторил:

— Да, можно. Давайте купим пончиков и попить. Или можно будет заехать в какое-нибудь кафе, выпить кофе и по-быстрому что-нибудь перекусить.

— Что-нибудь мучное и калорийное? — неодобрительно прищурив глаза, она закивала головой.

— Ну… все так делают.

— Меня с детства приучали следить за своим питанием и тем, как оно влияет на моё здоровье.

«И фигуру?» — чуть не сболтнул я, но сразу осёкся. В этом у неё определённо не было нужды. Не думаю, чтобы Лайза изнуряла себя бесконечными диетами и беготнёй по тренажёрным залам. Я больше склонялся к тому, что она родилась с «природной гармоничностью».