Евгения Ник – Мне тебя подарили (страница 9)
– Поскольку тебе уже восемнадцать, пора серьезно вникать в дела Альбы, – говорит отец, пока мы едем в сторону его строительной компании. – Считай, что сегодня произойдет твое первое знакомство со своим новым рабочим местом. Официально владелец моей компании – Герман. Ты об этом в курсе. Но сам понимаешь, лучше, если она будет на ком-то из нас, поэтому как только ты полностью вольешься, мы перепишем все на тебя, сын. И очень надеюсь, что ты повзрослеешь как можно скорее. По поводу этого кретина Шутова и его дочери: в ближайшее время мы заключим договор сроком на пять лет, – отец косится на меня и достает из кармана пачку сигарет. – Что лицо вытянул? Это его условия. Володя – упырь посмел меня шантажировать. Меня! Ты прикинь! Нащупал подходящее время и слабое место. Ничего, позже отыграюсь, этому гандону не жить. Ну а ты, только дернись и попробуй выкинуть еще какую-нибудь дичь. Вылетишь на помойку и никаких тебе встреч с матерью и сестрой не будет, на километр к дому не сможешь подойти. Посмотрю на тебя, когда с голой жопой на улице останешься. К хорошей жизни быстро привыкаешь, а ты и вовсе нищеты никогда не видал.
Стискиваю зубы. Гашу в себе тотальное отвращение и ненависть к собственному старику. Киваю. Я тоже еще отыграюсь за все. Папа.
Машина плавно останавливается, и водитель сообщает, что мы прибыли на место. Выходим с отцом, и уверенным шагом направляемся вперед. Поднимаемся по ступенькам, подходим к стеклянным дверям, которые тут же разъезжаются в стороны и попадаем в отцовское детище – ООО “АльбСтрой”, или как указано на вывеске здания – “AlbStroy”.
Насчет Германа, думаю, стоит пояснить, что это за персонаж. Итак, Герман Эдуардович Витман – родной брат моего отца. Мой дядя, проще говоря. Да, он имел ранее какую-то незначительную долю в компании, но основным владельцем был мой отец. Но тут тоже стоит пояснить. Старик много лет метил в политику и давно Альбу передал в собственность своего брата. Хрен знает как договорился, но он очень крепко держит дядю за яйца. Себе же, выделил должность проектного директора. Звучит круто – да. Объясняет, почему наша семья не бедствует – да. Подчеркивает наличие у него управленческих навыков – безусловно! То есть, это не какой-то там Вася с сеновала, которому взбрело в мэры податься, а человек с достаточными для этой должности качествами. Надо быть ближе к народу (избирателю), но при этом вызывать уважение, быть авторитетным.
Почему же он сейчас тащит меня сюда? Тут еще проще, между братьями хоть и хорошие отношения, внешне, но старшенький, то есть мой отец не до конца доверяет младшенькому. Тот вроде и пляшет под его дудку, но вдруг взбрыкнет и что тогда? А я все-таки сын. Добавил бы еще, что папина гордость, но это уже будет наглый пиздеж. Но, какой-никакой…
– Герман привет! – басит отец, бодреньким голосом, подходит к нему, пожимает руку, после чего они обнимаются и хлопают друг друга по спине.
– Привет, – бросаю своему дядьке.
Он слегка хмурится, но все равно выдает улыбку. Идет ко мне навстречу.
– Давно не виделись племяш, – подает руку, и мы точно так же, скрепляем приветствие рукопожатием и скупой мужской обнимашкой. – Какими судьбами?
– Ну, вроде как работать, – пожимаю плечами.
Отец бросает на меня раздраженный взгляд и стискивает зубы. И что не так я сказал?
– Пора Злату вливаться в бизнес. Думаю, для начала в отдел продаж поставить его. Посмотрит, немного освоится за лето, а с осени в проектный или в коммерческий. Тут надо будет еще подумать.
– Ты парня не загоняешь? – Герман подходит к столу, берет чистый лист бумаги и задумчиво колдует над ним. – Бизнес-школа, институт… – крутит в руке получившийся бумажный самолетик и запускает его в воздух.
– Справится. У Злата энергии столько, что на пятерых хватит.
– Ну да, ну да… Слышал, ты отлично отметил день рождения, – дядюшка слегка улыбается одним уголком губ.
– Нормально, – бросаю, без излишних эмоций.
– Дело молодое, – отец разводит руки в стороны, прохаживается по кабинету и замирает у окна. – То, что ты слышал, гнусные слухи. Сын через год женится на той девушке.
Герман резко впивается в меня взглядом и вздергивает брови.
– Не понял? Племяш, ты у нас по пампушкам, что ли? Вот так новости. Не удивляйся, я уже видел фото и видео с той девочкой.
– Ага, обожаю, когда есть за что подержаться, – усмехаюсь, толкаю руки в карманы брюк и тоже нарезаю круг почета по кабинету, чтобы накатывающий нервяк скинуть.
– Охренеть. Ладно, принял, – мастер оригами качает головой и вновь складывает из бумаги самолетик.
Спустя пятнадцать минут в сопровождении начальника отдела по продажам я уже шел постигать абсолютно новую и неизведанную для себя сферу деятельности…
Глава 12
Златослава (Слава)
Никогда в жизни не пила алкоголь, но после встречи у отца в кабинете с проклятой семейкой Витманов было ощущение, что я пьяна. Прошла мимо машины, которая ждала меня у школы и, покачиваясь, бесцельно поплелась вперед.
– Златослава? – окликнул водитель, нанятый отцом специально для меня.
Не обернулась. Никак не реагируя, шла дальше. Парень быстрым шагом догнал и осторожно взял меня за локоть.
– Злата, идемте в машину. Вам плохо?
– Да, Паша, мне очень плохо. Очень… – слова слетели с губ омертвелой дымкой.
Парень обошел меня и встал, заглядывая в глаза.
– Кто-то обидел? Ваш отец просил рассказывать о подобных инцидентах.
– Угу… – вытолкнула из себя и сглотнула с трудом вставший в горле комок.
– Кто?
– Эти монстры. Все они… Все… – подняла на него взгляд. Тело тряслось, словно последний осенний лист на холодном ветру. Глаза зажгло, и поток слез ринулся на волю.
– Можете объяснить мне, я не…
Водитель не успел договорить, как я до надрыва связок выплеснула свою боль:
– Все они! Папа, Витман и его отец! Я ненавижу их! Ненавижу их всех!
– Черт! – Паша быстро оглянулся по сторонам и вдруг обнял меня. – Не плачь. Идем в машину, и ты расскажешь мне все. Окей? – внезапно перешел он на “ты”.
Я отчаянно замотала головой и вцепилась в его рубашку на груди.
– Паш, просто сделай вид, что не видел меня и я уйду.
– Куда?
– Не знаю. Куда глаза глядят.
– Э, нет, так не пойдет. Давай в машину. Тебе успокоиться надо.
***
И вот мы с моим водителем уже час сидим в кофейне недалеко от дома отца и просто молчим. У меня и слов-то нет, а он, видимо, пребывает в шоке и не знает, что со мной делать. Весь треш ситуации, в которую я попала, вылила на него еще по пути сюда. Умолчав, лишь некоторые детали про отца Злата. Паша то бледнел, то открывал рот, то обкусывал губы от избытка эмоций. Выдал лишь одно слово: “пиздец” и с тех пор, кажется, превратился в немого.
Официант приносит нам вторую порцию кофе, тактично улыбается и удаляется в зал.
Поднимаю взгляд на Пашку. Этот симпатичный, светловолосый парень с необычайно яркими голубыми глазами сидит, подперев лоб пятерней. Взгляд в стол.
– Сколько тебе лет? – наконец, нарушаю наше затянувшееся безмолвие.
– Двадцать два, – отрывая голову от своей руки, говорит он.
– Мне в начале февраля будет девятнадцать.
Водитель кивает, берет кружку с кофе и подносит к губам.
– Давай поженимся?
Напиток брызгами вылетает из Пашкиного рта, и он начинает закашливаться. Судорожно хватает салфетки, вытирается ими.
– С ума сошла? – выпаливает и смотрит на меня ошалелым взглядом, подрагивая бровями.
– Я серьезно. Моя свадьба с этим уродом будет после выпуска. Можно опередить их. Помоги! – смотрю на него умоляющим взглядом.
– Злата, ты прости, но это что-то из области фантастики. Как ты себе вообще это представляешь? А главное, что мы будем потом делать? В семью, что ли, играть? Бред.
Киваю и делаю глоток своего флэт уайт.
– Прости, что вывалила на тебя все. И пообещай, что никому не расскажешь.
– Не расскажу. Знаешь, запиши мой номер телефона. Будет совсем дерьмово, чирканешь. Ну или если обидит кто. Заступлюсь, как старший брат, – выдает он робкую улыбку.
– Угу, правда, у меня телефона нет.
– В смысле?
– Утопила.
– И что мне с тобой делать? – смотрит на часы и тяжко вздыхает.
– Взять в жены и спасти от злых драконов, – выдаю с грустной улыбкой.
– Думаю, все не так страшно, как кажется. Это просто на эмоциях. По факту ничего не будет. Сама подумай, какая блин, свадьба по принуждению в двадцать первом веке? Смешно даже. Ваши предки просто решили вас проучить. И судя по всему, у них это получилось. На тебе, вон, лица нет.