Евгения Мэйз – Секретарь для дракона. Книга 2 (страница 42)

Глупо подставилась, надо было ей тогда смолчать, но она не была уверена в том, что он и дальше не стал бы цепляться к ней. Терять ей было нечего.

Вэлиан опустила руку в холодную воду, тут же выдернув ее и выругавшись про себя. В прошлый раз вода была теплой, но и занятие не было первым, сейчас же просто-напросто она была ледяной. Никто и не подумал о том, чтобы нагреть ее, просить об этом магистра Вэл бы не стала, не желая выслушивать очередную порцию насмешек и нравоучений.

Ей еще полтора часа тут торчать, в этом склепе. Простынет, как пить дать!

— В чем дело Бэаквуа? Владеете магией хаоса, а воду себе нагреть не можете? Попробуйте согреться смехом и шутками.

Вэлиан, уже снявшие ботинки, свесила ногу с каменного бортика, замерев от сковавшего ее тела холода.

— Шутки у тебя не шибко смешные, — проговорила она себе под нос, наплевав на то что тот может услышать ее.

Сжечь тонкую книжицу это одно, а согреть такое количество жидкости совершенно другое. И он прекрасно понимает это.

— В центр, сегодня потребуется полное погружение.

Бассейн не был глубоким, только в центре вода доходила ей до пояса. Как она могла погрузиться в него полностью, Вэлиан пока не представляла. Она посмотрела на своды потолка, на резные стоки в форме вытянутых лепестков лилий, с них срывались тоненькие струйки воды, наполняя огромную чашу прозрачной водой, ядовитой и соленой, совсем непригодной для жизни.

Вода в бассейне циркулировала, со стороны это было прекрасное, завораживающей в своей плавности действие. Никакого шума от бежавших вниз потоков, лишь легкое журчание, как если бы шумел ручей в самой чаще леса.

Она пошла к центру, гадая чем ей обернется сегодняшнее неповиновение, достигнув середины, Вэлиан обернулась к собравшимся в аудитории эльфам. Ребята смотрели на нее теперь уже с интересом, быстро забыв о прежнем сочувствии. Еще бы! Ей бы на их месте тоже было бы очень интересно, что на этот раз продемонстрирует преподаватель и главное, как именно сделает это мастер дисциплины.

— Как вы знаете, любое существо состоит на более чем восемьдесят процентов из воды и минералов. То, что я сейчас продемонстрирую вам называется “экраном” и будет доступно в полной мере лишь к концу четвертого курса.

— Тогда зачем вы показываете нам это сейчас? Мы ведь только первый курс.

— Чтобы вы поняли на какие предметы вам стоит обратить более пристальное внимание. Магия стихий, энергий и магия жизни, полный курс анатомии…

— Эльфов?

— А вы собрались лечить только эльфов?

Поинтересовался он с насмешкой. Ответом ему было молчание.

— Кое-что будет доступно вам уже через пару занятий, например, отсечение мелких хворей, насланных недобрым словом. Уверен в каждом из вас есть нечто подобное, даже если у вас нет врагов. Так что займемся этим.

— Ей будет больно?

— Нет, ваша одногруппница ничего не почувствует.

Роэль продолжил. Он очень любит свою дисциплину, но с первокурсниками всегда так скучно. Ничего серьезного от них не потребуешь, ничего стоящего с них не спросишь.

— Магия слова и действия, то есть полный курс темной магии.

— Полный? Но это ведь запрещено!

— Полный низший курс темной магии, — проговорил он терпеливо, каждый год одно и тоже, — и про некромантию не забудьте.

— Ничего себе списочек.

Проговорил кто-то, закончив скрипеть стилусом по пергаменту

— Нам это еще изучать и изучать.

Магистр для наглядности сделал пас рукой. В воздухе промелькнула серебристая лента энергии, тут же “нырнувшая” в воду и подсветившая ее голубоватым свечением, словно на каменном дне рос флуоресцентный планктон.

— Вы куда-то торопитесь? Или я что-то пропустил и теперь обучение в академии ограничивается одним лишь годом, а не десятилетием?

Ни на один из своих вопросов он так и не получил ответа.

— В любом случае вам придется постараться, если вы хотите стать настоящими лекарями, чтобы потом в храме Араэнере не справляли последствия ваших ошибок. Итак, начнем.

Вэл посмотрела себе под ноги, только что воды ей было ровно по колено, а теперь едва ли доходила до щиколоток. Она покачнулась от обрушевшейся на нее массы воды, тут же промокнув до последней нитки. Она устояла, делая шаг вперед, с трудом удерживая себя, чтобы не упасть на колени. Уж лучше бы и вправду легла, не ровен час, как в прошлый раз упадет на колени.

Целитель сконцентрировался, удерживая воду на месте и заставляя ее обтечь тело женщины.

Ему, как и в прошлый раз, это далось ему с большим трудом. Она сопротивлялась, что-то не давало ему завершить процесс, зациклить заклинание и отпустить его, позволив тому действовать самостоятельно.

Эта была вторая причина почему он вызвал ее.

Он был в день отбора у камня, видел, как тот “промолчал”. Вопреки распространенному заблуждению обелиск светился лишь тогда, когда к нему притрагивались истинные эльфы, с чистой кровью, лишенной всяких примесей. Эта девушка была полукровкой.

— Бэаквуа расслабься! Прекрати уже сопротивляться!

Легко ему говорить.

Она не могла сделать этого. Все внутри сопротивлялось этому действию, кожу жгло, глаза, нос и горло щипало, все внутри ощетинилось, не позволяя волшбе проникнуть вовнутрь.

— Я не могу, — прохрипела она.

Ее стало раскачивать из стороны в сторону, жутко хотелось пить, вдохнуть полной грудью свежего воздуха, а еще лечь и больше не вставать.

Сегодня было еще хуже, чем два дня назад. Хотя, она подготовилась, прочитала все об этой ванне и о том, как должен проходить процесс от начала и до самого конца.

Девушка упала, заскользив руками по скользкому дну. Она радовалась, что может дотронуться еще до чего-то., тело как будто стало невесомым.

Ее затрясло, но теперь уже не от холода, а от поднявшегося в теле жара, как если бы она вдруг стала замерзать на морозе. Такое не было редкостью: очень часто умирающий, в предсмертной агонии, принимался срывать с себя одежду, замерзая при этом окончательно.

Ей рассказал об этом отец, когда в очередной раз, в деревню, спустили закоченевшее и совершенно обнаженное тело путника, пытавшегося преодолеть горную гряду границу между Эландилем и Маглах-Эйне.

— Расслабься я тебе говорю!

Вэлиан поползла к бортику, наплевав на то как это будет выглядеть со стороны, ей надо на что-то опереться. Пусть делает, что хочет, пусть орет. Он мастер, вот и пусть добивается желаемого. Пусть вырубит ее, да и демонстрирует то, что задумал.

— Я не могу, — ее голос был мало похож на голос живого существа, скорее это было похоже на беспрестанное бульканье, в котором можно было различить слова.

Девушка, больше походившая на элементаль воды, выпрямилась, пытаясь держаться за бортик, ее руки скользили и по нему. Как у нее получалось передвигаться и преодолевать сопротивление воды Этрери было непонятно, но тем не менее интересно.

— Ты слышишь?!

Вэлиан вновь покачнулась. Она задохнется или сварится, а он будет смотреть на нее словно она насекомое под колпаком. Картинка перед глазами смазывалась, плыла, но теперь причиной тому была не вода.

— Я не могу!

Вода до этого удерживаемая силой его мысли, неожиданно бросилась ему навстречу, отшвырнув эльфа в сторону, на один из цветков из синего мрамора, что украшали зал по всему периметру. Удар вышел страшным: кажется, что вместе со звуком отколовшегося камня студенты услышали, как треснул позвоночник эльфа. Жидкость, лишенная контроля, вновь возвращалась в бассейн и в стоки, минуя при этом остальных учащихся

— Вытащите ее оттуда, она же утонет!

— Я позову кого-нибудь!

Дверь хлопнула, заглушив удаляющийся стук каблуков.

— Что с магистром?

Один из студентов перевернул эльфа на спину, он еще не знал, что этого делать ни в коем случае нельзя, тут же отдернув руки.

— Ты чего?

Ответа не последовало, все и так было понятно. От потерявшего сознания мага шел пара, а лицо и все открытые части тела быстро покрывалась волдырями.

Глава 10

Пока Вэлиан рассказывала историю из своей университетской юности, они слово за слово как-то очень быстро и незаметно вышли на каменный пустырь за городом. Официально — эта территория принадлежала городу, а неофициально — храму.

Огромное продуваемое ветрами плато, с гуляющими и поющими ветрами в этом оранжево-красном море известняков. Его склоны были похожи на каменные волны: причудливо изогнутые, нависающие, где-то наоборот впалые, но идеально правильные в своей гладкости.

Кому-то постороннему могло показаться, что некогда здесь волновалось море лавы, а потом произошло нечто, отчего температура воздуха резко понизилась и они застыли вот так, став молчаливым памятником далекой, страшной и очень суровой эпохи. Одни говорили о войнах магов, другие рассказывали о великой битве драконов, от дыхания которых кипела и плавилась земля и только тогда, когда они успокоились, поделили этот мир на равные части, все вокруг застыло, оставив после себя это напоминание о далеких событиях.

Но реальность была куда проще и прозаичнее всех тех легенд, фантазий и баек, рассказанных у костра темными вечерами возле детских постелей или в кабаках, где грели уши путники, впервые побывавшие в столице Эландиля.