Евгения Мэйз – Секретарь для дракона. Книга 2 (страница 22)

Из продуктов дома лишь то, что осталось после вчерашнего пиршества, да и то, что не испортится в тепле квартиры. Молока и того нет, ни омлетом, ни кашей обойтись не получится.

И к тому же, кормить мужчину легким завтраком после продолжительного рабочего дня — это плохая идея. Тем более, я и сама бы съела ногу слона, никак не меньше!

Так что пришлось идти в магазин, проклиная все и вся. Хорошему настроению не способствовало ничего: ни ноющая поясница, ни высокие каблуки, ни очереди, особенно огромный магазин, по которому пришлось рассекать в поисках того или иного продукта.

Не за покупками пошла, а в квесте решила поучаствовать: найди спрятанное сокровище! На секундочку у меня возникла мысль, что у людей специально все так устроено, сделать все, чтобы посетители побродили и набрали кучу ненужной ерунды, вместо запланированного списка продуктов. Так я благополучно упустила из виду анчоусы, но зато не пропустила стойку с чипсами. Вновь.

И в этот раз не обошлось без них, но только теперь мне никто не помогал расправиться с ними, не подшучивал и не приглашал на ужин. Кстати — да! В следующий раз не стоит отказываться от таких заманчивых предложений, готовит дракон очень даже неплохо.

Но сейчас, стоит смириться с теми двумя килограммами, не меньше, что осядут на моей талии, ладно бы где-нибудь повыше! На-пле-вать, что-то должно было порадовать меня, хотя бы таким примитивным образом.

Одно хорошо — магазин недалеко от дома. Хотя, я знаю, что не все отовариваются в черте города, кто-то планирует покупки и закупается на неделю, а то и на месяц, отправляясь в более дешевые магазины на окраине города. Это очень правильный подход. Мне бы тоже взять его на заметку, если бы не одно «но», даже два — у меня нет машины и я не умею водить, перемещаться на дальние расстояния на велосипеде — я пока еще не сошла с ума.

Ключи выпали из сумки, прогремев в тишине пустынного коридора, не хуже брошенной в сердцах хрустальной вазы.

— Вот же…

— Черт! Это ты хотела сказать?

Раздалось надо мной очень знакомым голосом, с не менее знакомыми насмешливыми интонациями. Я взглянула перед собой: как раз на том месте, где только что находилась дверь моей квартиры, стояли мужские сапоги из отлично выделанной воловьей кожи с характерным узором, выдающим инструмента мастера их изготовившего. Мягкие, удобные, зачарованные. Им сносу нет, но и цена на них не малая. Я подняла глаза, так и не поднявшись, поглядев на хозяина весьма узнаваемой марки обуви, в пределах Эландиля так точно.

Трист Ис’хид.

— Нет, бездну хотела помянуть, теперь я понимаю, что не зря.

Я все-таки поднялась, зажав уже такие бесполезные ключи между пальцев, зажимая их наподобие кастета.

Вот так встреча! Что мне сказал Сулдемир: чтобы я не пыталась найти Триста, равно как не искала неприятностей на свою голову? Они нашли меня. Неприятности вломились в мою квартиру, забыв о таких понятиях, как закон, правила хорошего тона, воспитание и уж тем более о том, что это частная собственность.

Трист посторонился, пропуская меня во внутрь. Наглости этому эльфу не занимать, ведет себя так, как будто он не у меня в гостях, а у себя дома.

— А где же объятья? Не ощущаю радости от неожиданной, но такой долгожданной встречи. Ты расстраиваешь меня, Бэаквуа.

Я задержала на нем взгляд, до боли в руке сжав металлическую связку, затем кивнула на пакет с продуктами, у порога. Второй раз я за ним не нагнусь. И еще, он второй раз, за наше с ним знакомство, назвал меня по фамилии и взгляд такой, совсем не отвечает заданному тону, его лишь на первый взгляд шутливых обвинений.

— Неужели, — проговорила я ровно, с предвкушением доживая последние мгновения на каблуках, — попробуй в следующий раз дождаться меня с той стороны двери. И ты увидишь совершенно другую реакцию.

Я прошла в квартиру, не спеша раздеваться, скидывать пальто с лежащим в нем телефоном.

Не то, чтобы я была удивлена, но явно не ожидала того, что он заявится ко мне. Приятно черт возьми, что я нахожусь в списке тех, кому он может довериться, но я-то думала, что есть у него более надежные пути отхода и такие знакомые, у которых можно укрыться, не вызвав при этом первых ассоциаций и ненужных подозрений.

Так кстати мне вспомнился кабинет Сулдемира и его внезапно изменившееся поведение, когда он стоял у окна. За ним следили, и он не просто понимал это, даже больше — видел.

Что до кандидатуры, то ко мне сейчас слишком много внимания и даже больше — подозрений, к тому же я на службе у короны и просто обязана выдать его при первом удобном на то случае.

Если говорить об этом мире, то я ничего такого не заметила. Но сегодня я из помещения практически никуда не выходила. Что до остального, то все может быть.

Вот придет сейчас Сфайрат там и поглядим, был ли кто-нибудь еще в этой квартире, кроме убийцы королей.

— Это все, что заботит тебя на данный момент?

Позади раздался шорох бумажного пакета, дверь мягко захлопнулась. Его шагов и шелеста одежды я не услышала, но это привычное дело, странно было бы если бы наоборот. Несколько секунд эльф смотрел мне вслед и оценивал увиденное, думать о том, что он увидел что-то, он любуется чем-то с другого ракурса (не читабельно и не понятно), я бы не стала.

— То, что я вломился к тебе в дом, а не…

Я очень хотела опуститься на один очень удобный стул и просто посидеть на нем в течение нескольких невозможно приятных минут. Если сейчас так нестерпимо больно, то что же будет завтра?

— Приготовил ужин?

Я опустилась на стул, медленно откидываясь на его спинку, Трист возник передо мной незамедлительно, глядя на меня с самым серьезным выражением лица. Я же обратила внимание совсем на другое, на то во что он одет. На нем была все та же одежда, что и на балу, темно-серый, пепельный камзол теперь уже расстегнутый, кажется даже потрепанный, как если бы Трист попал в хорошую драку, пуговицы на нем были срезаны. Брюки, заправленные в сапоги, однако на балу он был в туфлях. Исчезли кое-какие праздничные аксессуары; шелковый черный кушак, шейный платок, украшения, амулетов на нем тоже не наблюдалось, впрочем, и какого-то серьезного оружия тоже. Кинжалами, спрятанными за голенища сапог можно сражаться только в ближнем бою и то, если противников несколько, максимум два, ну три и то на мой взгляд это уже перебор.

Двоих можно убрать на расстоянии, а вот третий разделает тебя под орех. Он словно только с бала вернулся, после того как погульбанил два дня к ряду, а очнулся в переулке возле какого-то кабака. Но это не так, тогда бы он пришел в куда более плачевном виде. Что еще? На нем сорочка свежая. Этот вывод можно было сделать потому, что от нее пахнет мылом, моим мылом с оливковым маслом, которое вчера мне подарила Керри, в количестве одна небольшая, но доверху набитая коробка. Как давно он здесь находится? Когда успел переобуться и почему не взял с собой оружие?

— Даже если и так? — он окинул меня взглядом. — Что с тобой? Выглядишь ты неважно.

— Ты готовишь неважно, если говорить об ужине, — я отразила его слова, так и не пошевелившись. — Если отвечать на твой следующий вопрос, то я устала, сегодня был тяжелый день.

Его взгляд переметнулся мне на руки, на руку, если уж быть совсем точной, в которой я продолжала зажимать связку ключей, а другую продолжала прятать в кармане.

— Как дела в Гавани?

Взгляд уже бывшего главы разведки изменился, став цепким, колючим и даже холодным, не осталось и следа от его былой тревожности, хотя мимика на его лице осталась прежней, доброжелательно-заботливой. Я усмехнулась: уверена, сейчас мы подумали об одном и том же уроке, что он мне дал когда-то, вдалбливал воспользоваться им незамедлительно, чтобы только спасти свою шкуру.

«Вэлиан, если тебе грозит опасность, но существует такая возможность отвести ее от себя, не страдай благородными, дружескими, приятельскими и любыми другими чувствами, что обязывают вести себя как-то иначе. Поверь мне, твой мнимый друг обязательно сделает тоже самое, быстрее чем ты сможешь себе это представить, так что постарайся предвосхитить его действия. Твои симпатии должны отойти на задний, самый дальний план.»

Я усмехнулась этому воспоминанию. Я сжала связку посильнее, до боли, уверена, что и до побелевших костяшек. Я должна сделать это, мой долг велит мне сделать это.

— Столица скорбит, жизнь продолжается. Правда, у короля дела идут похуже, чем у тебя.

Я оглянулась на дверь, мне показалось, что я услышала какой-то шум в коридоре. Когда я повернулась к Тристу, то только и отметила про себя, что эльф не повелся на мое движение, слух у него получше моего будет.

— Ты ведь помнишь, что я на службе у короны? Теперь я задам тебе самый главный вопрос: что ты делаешь здесь?

Он напрягся, видно, что сгруппировался. Мои слова не обрадовали его.

— Прости, Трист, но я должна была это сделать.

В следующее мгновение, эльф прыгнул на меня. Боль ушла на задний план, совсем уж дальний, когда я дернулась в сторону, отходя в сторону, с ужасно заскрипевшими ножками стула по полу. Недостаточно быстро. Он держал меня за руки, легко сцепив пальцы на моих запястьях.

— Беаквуа!

Его лицо оказалось очень близко к моему, глаза с расширившимися зрачками, смотрели на меня очень зло.