Евгения Мэйз – Дачница для сбежавшего олигарха (страница 2)
— Возьми их с собой, но придется купить ошейники от блох и клещей. Ну, а там посмотрим!
Танька знала о чем грустит Вика. Несколько раз до всего случившегося Таня приезжала к ней в гости в такой же загородный дом и много раз хотела взять с собой котов, но все-таки оставляла их дома, боясь, что те сбегут, потеряются, а дороги назад так и не найдут. Так произошло с котом Вики. Он ушел и больше не вернулся, где бы ни искала его женщина позже.
— Ну и шлеек возьми. Будет тебе занятие распутывать своих проходимцев.
Таня кивнула, улыбнулась темной стене и отпустила ногу. Перспективы отдыха, смены обстановки, свежего воздуха так захватили ее, что она не обратила на боль в ягодице.
— Хорошо. Я согласна.
Глава 2
— Приехали!
Танька сдула с лица, приставшую прядку, посмотрев на маячивший неподалеку дом. Вещей она взяла немного, но коты придали ее путешествию неповторимое очарование — мяукали, скреблись, а в итоге проспали у нее на коленях всю дорогу. Никаких электричек, такси и автобусов! Она бы чокнулась, если бы проделала это расстояние самостоятельно. Выручил Тимур — сын Виктории, несмотря на напряг в общении, подвез до самой калитки, проболтал всю дорогу, не касаясь тем о расставании с Олегом и как она будет жить дальше.
«Мама, я скучаю!» — Таня улыбнулась пиликнувшему сообщению, ответила, что тоже и очень-очень, прибавила сердечко и спросила, чем занимается Матвей в данную минуту. Сына не было всего несколько дней, а она уже чувствовала, что соскучилась, но пришло время справляться самой.
Матвей не ответил. Наверное, написал, заскочив в дом, а затем убежал с товарищами во двор. Танька даже пожалела, что отправила его к бабушке, но только на мгновение. Маме тоже нужна компания и она ждет лета целый год, хоть и жалуется потом на выходки и шалости внука.
Таня села на чемодан, подставив лицо горячему солнцу и вновь задумалась о возвращении в Оленегорск. Если она переедет обратно, вернется в ненавистный ей городок, то ее жизнь бесспорно наладится. У нее будет свой угол, относительно низкие цены и заработок, который по меркам тех мест более чем достойный и не позволит им перебиваться, а то и влачить жалкое существование, но эта трясина засосет ее и не выпустит уже никогда.
Однако, Таня этого сделать не могла. Не могла смириться с тем, что, однажды вырвавшись и почувствовав себя свободной, ей вновь придется возвращаться в эти силки, но что еще хуже слышать шепотки, чувствовать взгляды и терпеть приносимые мамой «новости». Она не сможет устоять, не промолчит и в конце концов заразит Таньку своей мнительностью, а там и до ходьбы с палками не далеко.
— Вылазьте, — Танька поднялась, выбросив из головы тревожные мысли. — Изучайте!
Выпустив ремни на максимальную длину и привязав их к двум корявым яблоням, она погладила спрятавшихся в высокой траве перепуганных котов и, взявшись за ручку чемодана, покатила его к дому, нашла ключи в указанном секретном месте, преодолела первую преграду, оказалась на складе каких-то вещей, чихнула от взвившейся золотистой пыли, а потом увидела Вику.
Та сидела на крыльце, по обыкновению рисуя что-то в своем толстенном блокноте. Спокойный профиль, склоненная к рисунку голова с короткой стрижкой, майка на загоревших плечах и индийские шаровары делали Викторию запоминающейся, если не сказать, что не забываемой.
— Сюрприз!
Подруга обняла ее, поднявшись.
— Девочка моя! Ну наконец-то! Не видела тебя целую вечность!
— Тимур уехал!
Растерялась Танька, вмиг озаботившись тем, как Виктория станет добираться до дому, но тут же укорила себя. Человек приехал в гости, а она уже думает, как ее выпроводить из дому.
— Как же?! Почему не зашел? Ничего не сказал мне?!
Таня прижала к себе женщину еще сильнее. У нее была опора в виде сына и поддержка в лице Виктории.
— А он и не в курсе, заехала сюда по пути, — Виктория вздохнула и кивнула на дом. — Доберусь до Дегунино самостоятельно.
Таня была рада компании, но знала, что Вика никогда и нигде не гостит подолгу, повторяя любимую фразу: «хозяйство, сад и долбанные куры!». Птиц у нее не было, но зато был пес и кошка, которая гуляет сама по себе. Их требовалось кормить, а Вике заниматься. В свои шестьдесят с хвостиком она не переставала удивлять Таню своей тягой к знаниям, энергичностью и желанию постичь тонкость человеческой души.
— Алина просила проинструктировать и показать все еще раз.
Таня была рада компании. Уж очень сильно она боялась того, что просто разревется в пустом и чужом для нее доме. Она побродила с Викой по постройкам, посмотрела, где хранятся нужные в быту вещи и выслушала все наставления, разобралась в выключателях и с охранной системой, попила с Викой чаю и наконец осталась одна, принявшись распаковывать свою немудренную технику — ноутбук, кабель, коврик, мышку и микрофон. С последним она собиралась практиковаться и наконец записать свое маленькое приветствие, а там и минуту предполагаемого радиоэфира.
— Все! — произнесла она и взглянула на засветившийся экран. — Работа-работа, перейди на Федота!..
Она чуть было не забыла про котов, распутала их шлейки, накормила, перенесла их «на палубу» (так называла Алина и Вика крытую, но не жилую часть дома) и весь их нехитрый скарб поближе к теплу. Ночи в Подмосковье еще были холодными.
— Ты знаешь, какая она беспокойная, — проговорила Вика, прежде чем сесть в авто и покинуть ее. — Еще позвонит и не раз, а ты не скучай и звони мне.
Так Танька осталась одна посреди странной дачи, состоявшей из двух домов, запущенного сада, заросшего огородика и множества бесполезных вещей. Разобрав чемодан и расстелив кровать, она еще села поработать, наваяла парочку статей, отправила заказчикам, убедилась, что средства поступили на карту и легла спать.
— Сплю на новом месте, — начала Таня и не договорила.
Глаза закрылись, а сознание отключилось, стоило лицу прижаться к пышной и немного прохладной подушке, пахнущей травой, мылом и кажется, детством.
Первое утро на новом месте выдалось ясным, немного прохладным и напряженным. Снилось Таньке всякое. Образы нагромоздились друг на друга и теперь не давали воссоздать картину происходящего во сне. Таня помнила, что кричала и отчаянно искала кого-то среди множества лиц, пыталась вспомнить лицо, но так и не смогла.
— Вот ведь!
Крыльцо и трава блестели каплями влаги, а коты, забравшиеся в одну переноску, встречали укоризненными взглядами. Они привыкли спать рядом с хозяйкой, клубясь на подушках и на теплых одеялах, но уж никак не в одиночестве враждебной и незнакомой для них обстановки.
— Яська! — Танька взяла серого и такого мягкого кота на руки, прижала к груди и поставила на пол, затем подобрала рыжего, тисканула и его, отправив к своему более молодому компаньону. — Сейчас принесу вам поесть.
Холодильник к ее немалому удивлению оказался полон, поколебавшись немного, она стащила у хозяйки пару яиц, отрез капусты, морковку и соорудив уже привычный завтрак сидящей на диете, уселась за ноутбук, придвинув к себе самую большую кружку с уже заваренным ягодным чаем. Стол и широкий подоконник радовали обилием вкусняшек — печеньки, зефирки, пластинки из яблочного пюре, мятные конфеты с халвой внутри. «Радовали» — потому что Таня любила сладости, но расплывшаяся фигура требовала иного.
— Как дела? — набрала она на смартфоне и тут же стерла сообщение.
Олег сменил номер и сколько бы она не отправляла сообщений, безумно коря себя за это, но они так и оставались непрочитанными. Это ранило, било по самолюбию, но в тоже время позволяло удалить их на тот случай, если тот вдруг выйдет в сеть под старой сим-картой. Она тешила себя надеждой, что он все-таки делает это — заглядывает к ней в профиль, просматривает сообщения и пусть не также, но как и она ждет, когда кто-нибудь из них возьмет и нарушит обет молчания.
— Работать! — сказала она себе и вновь взялась за мышку, устремив взгляд на десятки открытых вкладок. — Работать, работать и еще раз — работать!
После нескольких часов отсидки за компьютером она все-таки поднялась. В напряженных глазах двоилось, а wi-fi клавиатуру хотелось выбросить в окно. Птицы за окном пели, солнце пекло спину через огромные окна, а спина ныла от часового сидения за компом. День манил присоединиться к себе, а коты распутать их. Провозившись с ними, она наконец уселась на крылечко, отстегнула рыжего любимца и пересадила его к себе на колени. Бумажно-табачный столбик завился в ее пальцах сизым дымком. Смолить было вредно для здоровья, но привычку эту в себе Таня изжить так и не смогла, время от времени тянулась к пачке, созерцала мир и думала о…
Как всегда, о делах, об Олеге и как будет жить дальше. Вот и сейчас она смотрела на запущенный сад, выпустила наконец Рыжика, нашла глазами лопату, натянула старенькие резиновые сапоги, стоявшие тут же на крыльце, и принялась раскапывать поросший густой травой холмик.
— Фуф! — выдохнула она спустя время, смахнула пот со лба и оглянулась на исследующего пространство Яську. — С такими занятиями и фитнесса не надо!
Участок под клумбу был готов и требовал освобождения от травы. Переодевшись и найдя невысокий табурет, она принялась за дело, время от времени отвлекаясь на потихоньку отходящих котов. Они шарили по траве, наблюдали за насекомыми, размахивали пушистыми лапами, пытаясь поймать залетевших на участок бабочек. Ясь — более молодой, смелый и смекалистый устроил охоту над кружащим над мать-и-мачехой шмелем.