Евгения Малинкина – Который кот подряд (страница 20)
– Вроде неглупый кот. Неужели ты думаешь, что старуха спустя сто с лишним лет жива и ждёт своё ожерелье?
– Нет, но возврат должен завершиться, а круг замкнуться.
– А если нет? Ты меня тоже повесишь или столкнёшь?
– Не говори вздор!
– Я сейчас же возвращаюсь в Питер! Мне надоели эти столетние страшилки, ненормальные соседи, говорящие коты и бабники-айболиты. Я хочу жить нормальной жизнью, а не оглядываться в ожидании очередного удара.
– Глупости, тебе отсюда не уйти!
– Ах не уйти? Да?
Даша разозлилась не на шутку. Она помчалась в гардеробную и принялась быстрыми движениями закидывать одежду в рюкзак.
– Позвоню Кириллу, пусть он сам за тобой смотрит! А я возвращаюсь в город!
Кот ухмыльнулся в усы и продолжил умываться.
Даша вылетела из калитки. Сердце колотилось где-то в ушах. Растрёпанные волосы лезли в глаза. «Точно ведьма на помеле», – пронеслось у неё в голове.
Кирилл ответил после первого же гудка. Даша толком не успела ничего сказать:
– С меня хватит, Кирилл! Так больше…
– Я занят, перезвоню.
Возвращаться не буду, решила она. Пусть делает что хочет.
На платформе многолюдно, значит, электричка на подходе. Пожилая пара, девушка в наушниках, парень с телефоном, группа туристов. Внезапно все засуетились. Даша выглянула из-за спин, нос электрички бежал вдоль платформы. Вдруг кто-то сильно толкнул Дашу в спину, выдернул сумку, она подалась вперёд и упала бы на рельсы прямо под поезд, если бы не рука, выдернувшая её в последний момент за рукав. Анна. Толпа вскрикнула, кто-то завизжал. Электричка заскрежетала. С платформы упал человек. Испуганная Даша на негнущихся ногах подошла к скамейке, Анна опустилась рядом с ней на корточки.
Послышались крики:
– Доктора!
– Она в обмороке!
– Машинисту!.. Скажите машинисту!
– Он и так знает!
Электричка ухнула и опустила усы.
– Граждане, разойдитесь! Ей дышать нечем!
– Ей плохо?
– Дед её упал под электричку. Видишь, машинист полез.
– Скорую!
– Звоните в полицию!
– Туда, несите туда!
Даша с безучастным видом наблюдала за происходящим. Анна сидела рядом и гладила её по коленке. Старушку, потерявшую сознание, привели в чувства и под руки препроводили к скамейке. Даша попыталась встать, чтобы уступить место, но не смогла, ноги не слушались: внезапно на неё обрушился весь ужас произошедшего.
Несколько человек в форме транспортной полиции оттеснили людей от первых двух вагонов и попросили перейти на другую сторону платформы. Однако Дашу никто не тронул.
Огромный, как медведь, мужик притащил откуда-то парня с закрученными за спину руками. Того самого, который ждал электричку недалеко от Даши. Парень гримасничал, орал какую-то глупую считалку, из его зелёно-серого рта текли длинные слюни. Мужик-медведь протянул Даше сумку, отобранную у парня.
– Выродок! Совести нет! – заверещала женщина, не переставая обмахивать синей косынкой полулежащую на скамейке старушку. Её крик потонул в звуках сирен подъезжающих «скорых» и полиции.
Внезапно старушка довольно ловко поймала рукой мелькавшую перед глазами косынку и обвела взглядом платформу.
– Дима? – позвала она. – Дима? Где он?
– Успокойтесь, вам нельзя волноваться, – попросила хозяйка косынки.
– Ты в порядке? – спросила Анна.
– Да, кажется, да, – ответила Даша.
– Я сейчас! – Анна поднялась на ноги и подошла к подоспевшим на вызов полицейским, тем самым, что приезжали, когда убили деда Николая. Она, по всей видимости, была с ними знакома. Потому что полицейские не попросили её отойти, а, напротив, один заинтересованно выслушал, кивая, как китайская собачка, потом принялся что-то объяснять и показывать, другой в этот момент разбирался с наркоманом. Наркоман извивался, пытаясь ногой задеть Анну. Полицейский оттащил его в сторону. Наркоман гнусно рассмеялся и харкнул в стража порядка, однако силы ему хватило лишь на то, чтобы слюна свесилась с губы и по подбородку сползла за ворот.
Где-то под платформой работала бригада скорой, туда спустили носилки. Из чего стало понятно, что упавший на рельсы человек жив, иначе скорой с носилками там делать нечего.
Через пару минут Анна вернулась. Фельдшер как раз уговаривал старушку сделать успокоительный укол.
– Вы были с мужем? – спросила Анна у старушки.
Фельдшер глазами показал, что не нужно сейчас ни о чём спрашивать.
– Да, я была с мужем. Дмитрием Сергеевичем. Что с ним? Он погиб, да? Скажите мне правду, девушка. Он упал под поезд, я видела.
Фельдшер пожала плечами, словно соглашаясь, чтобы Анна говорила дальше.
– Ваш муж жив. Он упал под платформу, но поезд его не задел, он жив. У него возможен перелом ноги и сотрясение, его сейчас отвезут в больницу.
– В какую больницу? Я хочу поехать с ним!
– Да, да, не волнуйтесь, мы сейчас поедем за ним, только давайте измерим давление, – вмешалась фельдшер. – Я вас тоже так просто не отпущу.
– А вы точно в ту же больницу меня отвезёте?
– Точно, точно.
– Вам не нужна помощь? – поинтересовалась фельдшер у Даши. – Вы бледная.
– Нет, спасибо.
– Может, укольчик?
– Я тоже врач, могу помочь подруге сама, – встряла Анна.
– Как знаете, – пожала плечами фельдшер и полностью переключилась на старушку.
Наконец на платформе из служб остались только полицейские, да и те вскоре ушли, уводя присмиревшего наркомана. Машиниста, пережившего стресс, увезли на «скорой», как только подоспела бригада сменщиков. Электричка тихо тронулась с места. На платформе снова стал скапливаться народ, который ничего не знал о случившемся и просто ждал ближайшую электричку в город.
– Пойдём? – спросила Анна. – Или ты в город?
Даша помотала головой.
– Я передумала.
– Я тоже решила не ехать. Тогда пойдём отметим твоё чудесное спасение и то, что всё закончилось хорошо.
– Спасибо. Я, наверное, не готова отмечать.
– Не волнуйся, однозначно нужно снять стресс. Не каждый день участвуешь в таком.
– Спасибо тебе, ты спасла меня.
– На моём месте так поступил бы каждый, – смешно по-военному отчеканила Анна.
Даша улыбнулась.
– Спасибо.