Евгения Малинкина – Который кот подряд (страница 19)
Может, и мне пора варенье варить, чтобы мозги в порядок привести?
Четверг-пятница,
17–18 июля 1914 г., Тярлево
Пятница, 18 июля 1914 года, Тярлево
Даша в ужасе закрыла дневник. В Тярлево век назад творились необъяснимые жуткие вещи. Сто лет назад. А сейчас? Гибель деда Николая, отвратительный сосед с его странными замашками. И дом, дом, в котором она живёт, хоть и модернизированный, но всё тот же, в котором повесился странный Ика. Какие дела происходили здесь в прошлом веке? Что за ужасный мистический чёрный кот? Неужели Василий? Как такое может быть? Почему эти странности происходят именно с ней?
Даша не заметила, как вышла из парка и дошла до дома. Василий спал на диване, приобняв подушку. Увидев Дашу, он зевнул и потянулся.
– Пришла в себя?
– Нет, я в шоковом состоянии. Ты знал ту женщину из дневника, Елену?
Кот принялся увлечённо вылизывать хвост.
– Вася, я к тебе обращаюсь!
Вася не отвечал. Видимо, хвост был неприлично грязный, до него практически никогда дело не доходило.
– Василий!
– Да!
Даша опустилась на подлокотник кресла.
– Ты знал?
– Да! Я знал Елену, или как её там. Но это было давно. Несколько жизней тому назад. Я уже всего и не помню.
– Каких жизней?
– Моих, конечно. Ты что-нибудь слышала о реинкарнации?
– Слышала, но я думала это сказки, выдумка такая, чтобы было проще жить.
– Выдумка – демократия, а реинкарнация – сермяжная правда. Однажды меня вынудили охранять ожерелье, и это в некотором роде мой кармический долг. Отлучаться от него надолго не могу, мне становится физически плохо. Ожерелье нужно передать хозяйке, только тогда зацветёт мой жасмин.
– Ничего не понимаю. Какой ещё жасмин?
– На кой чёрт спрашивать? Что ты хотела услышать?
– Я хочу знать, виновен ли ты в смерти садовника Нила и владельца этого дома Иннокентия Ильича?
– Много лет прошло, всего не упомнить. Я стал мягче, осмотрительней.
– Ты убил их?
– Никого я не убивал. Нил сам спрыгнул на рельсы, когда меня увидел. А этот сумасшедший повесился спустя десять минут после того, как я с ним поговорил. Просто попросил его отдать ожерелье. С тех пор с мужчинами я не разговариваю. Вообще ни с кем не разговариваю.
– А как же я и твоя хозяйка Полина?
– Ты исключение из правил, у тебя есть дар, как у той девы, что обрекла меня на столетние муки. Она слышала и видела больше, чем говорила. Сильная и несчастная. Ведьма, одним словом.
– Что за намёки? Ты хочешь сказать, что я ведьма?
– Нет, ты не ведьма, ты сильная и в скором времени станешь ещё и прозорливой. Но пока знание спит, поэтому только с котами и разговариваешь.
Даша не знала, что и сказать. Были моменты в её жизни, когда она замечала за собой некоторые аномалии, которые необъяснимым образом складывали обстоятельства в её пользу. Но чтобы вот так?! Например, в школе она всегда заранее знала, когда её вызовут к доске. В институте тянула тот билет, который лучше всего выучила. Но происходили вещи, которые Дашу откровенно пугали: если она рассеянным взором смотрела сквозь предмет, тот мог упасть. Люди спотыкались, некоторые падали, если она в раздражении бросала быстрый, как молния, взгляд. Ветка эта рухнула. Это дар? Вот уж спасибо.
– А как же Полина?
– Полина, Елена – их много прошло за сто лет. Просто они обретаются там, где живу я.
– То есть с ними ты не разговаривал?
– Нет, с ними я не говорил. О чём?
– А со мной ты почему заговорил?
– Я же сказал, что ты слышишь, как ведьма. Значит, пришло время. Считай, что это начало. Но ты задаёшь столько лишних вопросов!
– Нет, погоди, что значит пришло время? А Николай? Это ты его убил?
– Вот ещё! Повторяю, никого я не убивал.
– Просто поговорил?
– Николай много знал, он почти нашёл ожерелье и тебе недаром доверил эти записи, чутьё у него на людей было, но записи пустые. Только я знаю истину.
– Что ты сделал с дедом?
– Ровным счётом ничего. Я не знаю, как он там оказался. Наоборот, я был уверен, что он поможет тебе найти ожерелье и отдать его хозяйке.