Евгения Максимова – Охотница за насекомыми (страница 12)
– Окей, – механически ответила Уля и на несгибающихся ногах потащила себя к белевшему смутно дверному проёму…
– Уля, вы знаете, у нас ведь дочка родилась!
– Что?.. Ах, дочка… А когда? – Уля не знала, что спрашивать и положилась на внутреннего бота-автоответчика.
– Двадцать шестого апреля, месяц ей уже.
– Поздравляю! Ваша супруга, наверное, счастлива, возраст ведь у нее уже не совсем молодой.
– Ей сорок два, но сейчас и не такие рожают, медицина!
Уля уже выключила бота и убегала сломя голову (внешне это было не видно, она шла медленно и степенно, не теряя чувства собственного достоинства, но внутри был полный хаос и безобразие)
Два дня она переваривала. С тяжелой душевной отрыжкой. Хотелось вообще никого не пускать, что хотят, у себя пусть делают. Но визит соседа и Ульянин уход на полчаса из квартиры не остался без внимания матери, она поинтересовалась, что происходит. Уля рассказала.
– Ну что, пусть приходят. Ты же сама хотела трубы менять, нет? В прошлом году, помнишь? Вот, будет удобнее.
– Ма, в прошлом году у нас кухня ещё без ремонта наполовину была, вот тогда и нужно было менять, а сейчас уже с этим поздно возиться. Придется стену переделывать.
– Ну все равно, когда-то же придется трубы менять, хорошо, если соседи упрощают тебе задачу.
Про все ремонтные работы мать говорила всегда, что их делает Уля. И ей говорила, что “вот, ты сделаешь то, а потом сделаешь сё”, и знакомым говорила, что “вот, Уля у меня хочет поменять старое то на новое это”, как будто дочь одна занималась ремонтом, что было, в общем и целом, не совсем правдой, материны были финансирование и некоторые организационные моменты, все работы практически выполняли нанятые работники, а Ульяна только подбирала, выбирала, находила, покупала материалы и по окончании работ доводила отремонтированное место до приличного жилого состояния. Просто мать имела в виду, что ремонт – дело молодых, для молодых и им нужнее, а ей-то и так неплохо, но желаниям дочери не противилась.
***
В понедельник она точно решила “не пущать”.
Никто не звонил, не спрашивал более ни о чем, ну и хрен с ними.
Но звонок раздался вечером, она не взяла трубку. Мессенджер на постоянно включенном компе беззвучно высветил сообщение.
«Ульяна! Не могу до Вас дозвониться. Звоню Вам, не берете трубку, видимо номер мой в телефон не забит…
Хотел с Вами согласовать на завтра работы по замене стояка ГВС и стояка полотенцесушителя. Будет возможность пустить моих специалистов для проведения данных работ? Стояк ХВС решили у Вас не трогать, сделаю только у себя».
Да забит, забит твой номер. Ладно, она перезвонит.
Во вторник пришли “специалисты”, немолодая супружеская пара, подчинённые Андрея. Полотенцесушитель внизу отрезали быстро, заменили часть трубы на нержавейку. А вот с трубой горячей воды произошла заминка.
В кухне Ульяны эта труба проходила за стыком между двумя тумбочками кухонного гарнитура, и чтобы добраться до нижней ее части, как требовали того работы по замене, нужно было их отодвинуть от стены и раздвинуть в стороны. Они были так плотно пригнаны друг к другу, что Ульяна сначала полчаса разбирала одну тумбочку, чтобы с трудом вытолкать ее из проема, а потом и вторую тумбочку, чтобы отодвинуть и ее.
Мама несколько раз заходила на кухню и пыталась помочь, но Уля прогоняла ее и огрызалась:
– Я сама, иди к себе. Я разберусь.
Мать ушла, пробормотав в дверях, что соседям нужно помогать, мы же соседи…
Уля была на грани срыва, она не предполагала, что потребуется столько усилий ради ненужного ей благоустройства. Чужим людям приближаться к ее посуде было запрещено, поэтому Уля даже и не подумала подождать рабочих и вместе с ними разобрать мебель от кухонной утвари, она знала, что это нужно сделать самостоятельно.
И когда пришедшие специалисты, только что доблестно справившиеся с полотенцесушителем, вдруг в раздумьях нависли над Улькиной трубой ГВС, она тоже замерла от отчаяния. Посовещавшись между собой, они выдали:
– У вас труба очень близко к стене, у нас нет инструментов, чтобы тонко ее спилить, не задев стену. Давайте мы сейчас не будем делать здесь ничего, а вечером вы свяжетесь с Андреем Владимировичем, и договоритесь конкретно по этому вопросу. И мы завтра – послезавтра придем и доделаем.
Видно было, что “специалисты” уже устали, они начали свой рабочий день с этажа под квартирой Андрея Владимировича, имели там некоторые накладки и проблемы, потому что были всё-таки не слишком великими специалистами по замене сантехники, а просто хорошими подчинёнными своего начальника.
– Завтра? Нет, я завтра уезжаю. И в другие дни меня тоже не будет дома.
– А ваша мама?…
– А моя мама уходит в поликлинику. Делайте или сейчас, или нет. Неужто мы тут два дня с этим хламом будем жить на кухне?? – она показала на горки посуды, кастрюлек, сковородок, сложенных на небольшом кухонном столе и подоконнике.
Делать нечего, уставшие специалисты негромко поспорили, кому из них набирать начальство, достался разговор мужчине, потом трубку передали Уле. Она сказала, что стена, где проходит труба, хоть и отремонтирована, но заставлена мебелью, и ей, в принципе, в данный момент не очень важно, будет она в идеальном состоянии, или нет.
– Хорошо, – сказал сосед, – я оплачу Вам эти неудобства. Могу отремонтировать, когда у меня стены будут делать.
Уля представила, как она опять выгребает утварь из тумбочек, выдвигает их от стены, ждёт, когда снизойдут (вознесутся) до нее соседские рабочие, и запротестовала:
– Нет, спасибо, ремонтировать не надо. Я просто задвину мебель обратно.
– Ну окей, с меня причитается.
Трубку передали главному в бригаде прибывших специалистов, и он смиренно выслушал распоряжение: стенку долбить можно, но очень аккуратно.
Возились они часа полтора, воды, естественно, уже не было никакой, с утра была только горячая. Хорошо, Уля успела набрать таз и ведро в ванной, этим и пользовались весь день. Ни туалет, ни умывание, ни души там всякие, а теперь ещё и ни питание, даже ни о каком чае речи не шло.
Уля проклинала себя за свою мягкотелость. Зачем ей эти пластиковые выходы? Когда она ещё соберётся этим заниматься…
А ещё эта тетка постоянно бегала к ней и что-то спрашивала:
– Ульяна, а карандаш не найдётся у вас?
– Ульяна, дайте, пожалуйста, нитки, да любые, надо грузик подвесить, проверить.
– Ульяна, нет у вас мела, случайно? Мылом нельзя, здесь влажное, не видно будет.
Вы, блин, какого … без инструментов пришли, специалисты??
Наконец, они сообщили, что работа закончена. Но убирать пока ничего не надо и задвигать тоже. Они сначала должны сделать замену уже в самой ремонтируемой квартире, и тогда включат воду, и нужно проверить, нет ли течи. Они зайдут. Взяли свои инструменты, которые у них всё-таки были, и ушли, мусор после работ сгребать, конечно, ей оставили.
Прошло полтора часа. Воды всё не было.
И вот, наконец, зашипело в кранах, в туалете стал с шумом наполняться бачок. Уля побежала на кухню. Ура, вода идёт. Горячая грязная, как нефть, а холодная нормальная, напор разве что слабоват. Труба не текла, она посветила фонариком от телефона. Да и стену они поковыряли совсем слегка.
В дверь постучали. Скромные специалисты не звонят, они стучатся. Женщина была уже в куртке, мужчина прошел на кухню, проверил, чтобы всё работало и текло строго в трубах.
– Вода есть?
– На кухне есть. Сейчас посмотрю, в туалете есть, спускает. В ванной тоже должна быть.
Уля крутанула ручку ванного смесителя, и… ничего не пошло.
– А где вода? Вы вообще открыли воду-то?
Ах, да, на кухне есть, в туалете есть.
– А почему здесь не идёт? Никакая?
Кран в ответ на повороты выдал наконец тонюсенькую струйку черной жидкости.
Женщина-специалист начала было читать лекцию об особенностях поведения труб горячего и холодного водоснабжения после ремонта, их возможных проблемах и способах их устранения.
Уля прервала теоретический материал:
– Вы давайте раздевайтесь и устраняйте все проблемы. Вы их своим ремонтом мне создали, давайте делайте, как было.
Женщина пыталась объяснить, что такие “временные” проблемы возникают часто просто при отключении и обратном включении ГВС и ХВС, но Ульяна уже разъярилась и перешла на крик:
– Ничего не знаю! У меня вода была! До ваших отключений и выключений! После вашего ремонта у меня воды нет, никакой! Давайте чините.
Дама-специалист поняла, что работы не избежать, и решила надавить на жалость:
– Ульяна! Мы устали. Давайте мы завтра придем.
– А мы не устали, целый день без воды, а сейчас ещё до завтра мыться перестанем! Ещё и завтра вас ждать, нет уж, испортили сегодня, делайте сегодня.
Муж женщины-специалиста, по большей части молчавший средь этой словесной бури, тихо сказал супруге:
– Езжай домой. Я сам почищу. Здесь засор.