Евгения Ляшко – Капалик и казачий патруль (страница 34)

– Что ты предлагаешь? – прошептал Алик.

– Мы можем воспользоваться легендой, которую рассказал Вахром, но под другим углом. Ты узнал, насколько могущественны, наги и не сомневаешься в их победе над верховными жрецами, которые, несмотря на всю твою доблесть, ничего тебе не предложили. Ты пришёл со своими верными людьми, открыв с помощью капалика проход в подземный мир, чтобы узнать, что ты можешь получить, если будешь сражаться на стороне нагов, – сказал Асиферт.

– Я должен сыграть роль предателя? – спросил ровным тоном Алик.

– Ты должен убедить врага, в том, что он мудр и силён, и увидев Агнию, разыграть радостную встречу, сказав, что все решили, что она погибла. Дальше по её реакции ты поймёшь, как себя вести. Если она теперь с ними за одно, то мы не сможем против её воли вернуть Агнию обратно. А вот договориться о совместной работе против жрецов вполне убедить сможем и тогда уже, доставив её в крепость, найдём способ избавиться от морока, – ответил Асиферт.

– А что если и на нас морок наложат? – спросил Алик.

– Я думаю наш Вахром, выручит нас из беды, – сказал Асиферт, подмигнув капалику.

– Хорошо. Я готов. Что делаем дальше? – сосредоточился Алик.

Асиферт не успел ответить, так как их стали окружать шипящие змеи с человеческими головами. Впереди которых стоял человек, с лицом ящерицы.

– Меня зовут Вирксаза, я начальник стражи. По чьему приглашению вы прибыли? – спросил весьма вежливо ящероголовый.

Алик, входя в новую для себя роль, в небольшом поклоне громко, чтобы весь отряд слышал, объявил:

– Приветствую тебя Вирксаза, моё приглашение – это мой зов сердца! Я прибыл сюда со своими надёжными людьми, с желанием присоединится к стороне будущего победителя верховных жрецов! Будь любезен отведи нас к царю нагов!

Лица казаков, как всегда, остались не проницаемыми. Вахрам лишь поглаживал бороду, прикрывая в ней ужа. Асиферт стал в стойке со склонённой головой, давая понять, что он командует отрядом и готов следовать за своим молодым господином.

– Проходите, я провожу вас, – сказал Вирксаза.

Шипящие гады расступились с дороги, пропуская казаков. Вирксаза шёл неторопливой поступью.

«Как же они уверены в своей непобедимости здесь. Насколько же глубоко мы вошли в их логово» – думал Алик, пока они следовали за начальником стражи.

Подземный город становился всё изящнее, за каждым своим поворотом. Широкая дорога была выстелена тщательно подогнанными отшлифованными булыжниками. Статуи украшали входы пещер. Каменная мебель и стены были покрыты, различными рисунками. Часто встречаемый орнамент, украшающий всё вокруг, напоминал рисунок на теле гадюк. Присмотревшись, проходя мимо, Алик понял, что эти рисунки выложены драгоценными самоцветами. Но большее великолепие их ждало внутри дворца царя нагов. Малахитовые, вперемешку с мрамором полы и стены дворца, словно обволакивали пришедших своей мощью, предупреждая любые мысли о непочтении. Высокие колонны, в четыре ряда поддерживали куполообразный потолок. Гигантские люстры с множеством масляных ламп свисали с потолка, освещая тронный зал. Шикарно выполненная из камня мебель была покрыта толстыми коврами. Золочёные карнизы выпирали в несколько ярусов на высоких малахитовых стенах. С левой стороны на уровне примерно второго этажа находился огромный балкон, на котором, в роскошном пурпурном ложе почивал царь нагов. Громадное змеиное тело с двумя короткими рукообразными лапками, свилось кольцами, на которых лежали его две гигантские человеческого вида головы. К балкону вела трёх маршевая лестница, богато украшенная самоцветами, к которой подходил пол выложенный мозаикой. Обогревателями, как и в крепости у верховных жрецов, выступали огромные ниши с серебряными конусами внутри.

Вирксаза взялся рукой за шнур, и где-то наверху раздались мелодичные переливы колокольчика, от которых огромные глаза двухголового царя нагов сразу же открылись и уставились двумя парами глаз на вошедших казаков.

– Приветствую в Нагалоке. Что вас привело ко мне? – убаюкивающим голосом сказала одна из голов царя нагов присутствующим, а вторая голова высунула свой раздвоенный язык и, улыбаясь, уставилась на Алика.

– Мы ищем твоего покровительства, о великий царь царей! – сказал Алик, склонив голову.

– И что вы готовы сделать, чтобы заручиться моей поддержкой? – спросил царь нагов.

– Возможно, тебе будет интересно узнать, что я вхож к верховным жрецам и тебе нужны там доверенные люди, – сказал Алик.

– В их крепости у меня достаточно преданных людей. Что ещё ты мне можешь предложить? – ответил царь нагов.

– А у всех ли твоих преданных людей течёт в жилах жреческая кровь? – спросил Алик.

– Это интересно, но что непосредственно ты можешь для меня сделать? – сказал царь нагов.

– Моя сестра может управлять временными переходами, и я уверен, что смогу её убедить тоже служить тебе, царь нагов, – сказал Алик, чувствуя, что его аргументы иссякли, и если диалог продолжиться в том же ключе, то ему просто нечего будет предложить этому хитрому змею.

– Хм, ты первый, кто мне такое предложил. Что ты ждёшь в награду? – спросил царь нагов.

– Меня вполне устроит высокий чин в военной касте, – ответил Алик.

В этот момент в тронный зал вошла Агния, неся клубок змеек в корзиночке. Алик, как и обговаривал с Асифертом, изобразил удивление с восторгом, увидев её.

– Агния! Ты жива! А мне сказали, что тебя съели волки! – воскликнул Алик.

Агния, мило улыбаясь, промолчала.

– Я же не обознался! Агния это я Алик, ответь же мне! – продолжал настаивать Алик.

– Не утруждай себя вопросами, она не ответит тебе. Это милое дитя дала обет молчания, пока не пройдёт следующий уровень просвещения, – сказал царь нагов.

– Я не слышал, что так делают жрецы, – сказал Алик.

– Это особый обряд, который мы ей помогли принять, – ответил царь нагов, а Алик догадался, что, скорее всего этот обряд, есть не что иное, как морок, который наги наложили на Агнию.

– Тогда я очень рад, что она теперь сможет пройти следующую ступень познания под вашим мудрым руководством, – сказал Алик, склонив голову и в этот момент, он увидел, как маленькая ручка Агнии, как бы случайным движением руки подтянула сапоги повыше.

«Такое движение характерно лишь для тех, кто носит в сапоге засапожник или нож» – пронеслось в мозгу Алика.

– Вирксаза, проводи наших гостей в их покои и накорми их. Позже я приглашу вас, и мы поговорим подробнее, – сказал царь нагов, и снова уложил головы на своё змеиное тело и прикрыл глаза.

Глава 40

Пока одиннадцать человек отряда казаков сопровождал начальник стражи Вирксаза со своими ползучими подчинёнными в им отведённые покои, Асиферт предупредил Алика, что за ними будут следить и подслушивать, поэтому прямым текстом не изъясняться. Выделенная комната, напоминала армейскую казарму. В прямоугольной площади по периметру в два яруса в скале были выдолблены ниши, застеленные толстыми циновками. Освещение составляли восемь факелов по два в каждом углу. На круглом столе посередине комнаты, окружённый каменной скамейкой, гостей ждал кувшин воды, свежие лепёшки, сыр, виноград и варёные цыплята. Вахром пустил своего ужа на стол, как только они зашли в помещение, и за ними закрылась дисковая дверь. Уж покрутился по столу и вернулся к Вахрому, который сказал:

– Приятно когда путника ждёт свежая еда, неначинённая приправами. Давайте я вам положу на тарелку мой господин.

– Благодарю, Вахром, за твою заботу, – сказал Алик, понимая, что капалик сообщил, что еда не отравлена, и можно приступить к трапезе.

Казаки поместили верхнюю одежду в нишах и собрались вокруг стола. Все ели молча. Алик тоже хотел помолчать, но потом понял, что их поведение подслушивающие могут расценить как подозрительное и затеял беседу.

– Ну что, для начала не плохо нас тут встретили, – сказал Алик.

– Ты прав мой юный господин, – поддержал его Асиферт.

– А почему с нами сразу не стали разговаривать? – спросил Алик у Вахрома.

– Наги мудрые и гостеприимные. Путники должны отдохнуть с дороги, а сам царь нагов поразмыслит, как нас лучше применить после испытания, – ответил Вахром.

– Какого ещё испытания? – удивился Алик.

– Как ты понимаешь, доверие нужно заработать и чтобы откровенно общаться с тобой, царь нагов предложит тебе пройти испытания на честность, – сказал Вахром.

– Я надеюсь, мне не надо будет бежать стометровку с раскалёнными камнями в руках? – спросил Алик.

– Ты прав, подобный обычай существует, испытуемому дают лизнуть раскалённый меч и если у него от страха разоблачения пересохло во рту, то на его языке останутся ожоги, и все поймут, что этому человеку доверять нельзя, – спокойным голосом ответил Вахром.

– Просто превосходно! Надеюсь, у испытуемого пересыхает во рту не от страха прикоснуться языком к раскалённому железу! – воскликнул Алик, внутренне содрогнувшись.

– Но есть и более мягкие способы узнать говорит ли человек правду, – сказал Вахром.

– Например? – спросил Алик.

– Волнующийся человек не замечает, что у него подрагивают руки от неконтролируемых сокращений мышц. Если дать ему во время допроса хрупкие яйца в руки, то он непременно их раздавит. Или вместо яиц дать барабан и попросить отстукивать лёгкие удары во время ответов на задаваемые ему вопросы. Нечестный человек ударит сильнее, отвечая на провокационный вопрос. Бывают специально обученные шаманы, которые могут, облизав кожу волнующегося человека понять, что он напуган и значит виновен. Или же дают рисовую муку, чтобы испытуемый подержал её у себя во рту, через некоторое время невиновный выплюнет шарик теста, а у виновного мука останется сухой. А ещё могут позвать на помощь чёрного петуха. Испытуемый, зайдя в тёмное помещение должен погладить его, если петух закричит, то поймали обманщика, – пояснил Вахром.