Евгения Лифантьева – Дело о краже артефактов (страница 41)
— Сегодня эпоху мрака помнят единицы, поэтому многим история низвержения Темного Властелина кажется очень романтичной, — продолжила рассказ монашка. — Работы Кипера-младшего с удовольствием покупали. Он много времени проводил в хранилищах древностей, изучая найденные в Темных землях артефакты. Надо сказать, что после Темного Властелина практически не осталось произведений искусства. Художества были не в чести в его мрачной державе. Но Тайтрил умудрялся находить прелесть даже в грубо вытесанных големах. Состояние семьи и собственные заработки позволяли молодому «лесному» претендовать на роль коллекционера, он покупал артефакты, рисовал их. Потом он закинул в одно из издательств идею создать иллюстрированный каталог вещей, находящихся в хранилищах, и получил доступ к самым богатым собраниям…
Эльфийка немного помолчала, словно подбирая слова, и продолжила:
— Кипера-младшего считали существом, которое нашло себя, несмотря на отсутствие магического таланта. Идея о том, что способности к волшбе — не единственное, что может прославить разумного и поднять его на весьма почетное место, сегодня весьма популярна. Вечный Император… впрочем, вы сами знаете, как он относится к этому. Он ценит любой талант, не только магический. При дворе сегодня занимают высокие посты те, кто раньше не посмел бы пройти дальше прихожей эльфийского дома: механики из подгорных народов, северные варвары, дети моря, песчаные всадники, выходцы из смешанных семей, даже короткоживущие… Мы, эльфы, лишь одни из многих, пусть и самые древние, но не единственные достойные уважения разумные…
Монахиня произнесла эти слова так, словно их можно было оспорить. Впрочем, Иван не сомневался, что в странном магическом мире немало проблем связано с попытками доказать превосходство одной расы над другой.
А наставница Анастис продолжала:
— Никто не знал, что творится в сердце этого успешного на первый взгляд разумного. А он смертельно завидовал братьям, считая, что природа обделила его своими милостями. Он даже заподозрил, что кто-то из предков по женской линии изменял мужу… Но однажды он нашел в своем поместье свитки, касавшиеся Темной магии и понял, что его талант больше, чем думают окружающие. Ему оказались подвластны силы Смерти. Отец и браться никогда не пользовались теми запрещенными заклинаниями, которые стал учить Тайтрил. Впрочем, и Темный дар молодого Кипера оказался не так велик, как ему хотелось бы. Однако есть в магии Смерти одна грань, о которой сегодня почти не знают. В определенных условиях даже слабый маг может подчинить сильного и использовать талант последнего в своих целях. Подчинение сознания разумных — значительная часть Темной магии. Кипер-младший, проведя несколько экспериментов, ощутил вкус безусловной власти и… сошел с ума. По-другому никак это нельзя назвать. Он жаждал власти, жаждал повелевать…
Монахиня прервалась и поманила рукой Фраса:
— Мальчик, раз уж ты тут, налей, пожалуйста, мне… да и всем, наверное, вон того вина. А то что-то слишком много разговоров.
Когда бокалы у всех были наполнены, наставница Анастис продолжила:
— Однако в нашей Империи, каких бы высот в обществе ты ни добился, над тобой всегда будет Вечный Император. Можно быть его правой рукой, но… единоличным властелином ты не будешь никогда. А Кипер-младший хотел власти…
Эльфийка резко оборвала рассказ, дотянулась до стола и выбрала один из разложенных на нем рисунков:
— Посмотрите, это — эскиз к батальному полотну, которое купил потом один известный коллекционер. Художник сумел искусно передать саму суть власти. Все существа, спускающиеся с горы, подчинены жесту вот этой маленькой фигурки наверху. Кажется, что тела чудовищ — это огромный хлыст, которым этот некто на горе хлещет по шеренге гномов. Видите?
Иван присмотрелся: действительно так. Справа на рисунке темнело монолитное нечто, ощетинившееся копьями, а сверху, с горы, изгибаясь серебристой дугой, мчался поток ящеров…
— Можно долго рассказывать о страстях, терзавших сердце безумца. Я говорила с ним и не решусь утверждать, что это доставило мне удовольствие.
Эльфийка отхлебнула из бокала и, казалось, сменила тему:
— Двоюродный дед Тайтрила, Туатаас Кипер, участвовал в захвате цитадели Темного Властелина. Среди трофеев, которые он привез в родное поместье, оказался и «ключ-камень», или «камень власти мертвых над мертвыми», эту вещь называют по-разному.
Эльфийка порылась в небольшой сумочке, которую держала на коленях, и достала большой хризопраз, ограненный так же, как виденные Иваном алмазы. Больше всего он походил на вытянутое ребристое яйцо.
— О том, что это такое, известно достаточно много. Такие камни имели при себе личи — погонщики големов. Особой ценности артефакт не представлял, поэтому после войны оказался в собрании редкостей дома Киперов. Но, когда Кипер-младший читал отчеты Амадеуса Суволли об экспедиции в подвалы цитадели и сопоставил их с рассказами деда, то предположил, что камень этот — из тех, что не был использован. Такие «ключи», работая, постепенно темнеют, а этот, как видите, имеет очень светлый оттенок и чрезвычайно прозрачен. Так что Тайтрилу пришла в голову идея: если в подвалах есть големы, никогда не принимавшие участия в битве, если есть «коробка лича», полная алмазов, которые заменяют големам «огненные камни» в современных самобеглых колясках, то нужно только совместить все это — и станешь владыкой бессмертной армии. В дальнейших планах безумца было быстро добраться до границы и захватить власть в одном из южных княжеств. Думаю, четыре сотни големов дали бы ему немалый шанс добиться своей цели и стать единоличным владыкой над жителями княжества…
В комнате повисло молчание.
Первым не выдержал Бурегаг:
— Не понятно лишь одно. Кипер убил Веспара Сима, выпытав у того, где находятся алмазы. Но почему он сам в ту же ночь не залез в конюшню? Наставница, вы что-то знаете об этом?
— Дхорки, мой милый мальчик! — мелодично рассмеялась эльфийка. — Во всем виноваты дхорки. Мэтр Оорно рассказал мне, какую выволочку он устроил конюху. С тех пор мужик добросовестно каждую ночь выпускал зверей в сад. А дхорки не откликаются ни на какую магию, кроме магии жизни. Такой вот парадокс. Дело в том, что создал этих тварей не сам Темный Властелин, а один из несчастных, попавших к нему в плен. И артефакты управления способны создать лишь те, кто властен над силами живой земли.
— Кстати, — вмешался Пфалирон. — Злодей украл амулет управления дхорками у этого идиота Акира. Господин Оорно, узнав о потере, был страшно раздосадован… Поэтому господин Оорно дождался, когда все покинут поместье, и сам выпустил дхорков задолго до темноты…
— Кипер даже не смог перенастроить амулет на себя, — улыбнулась эльфийка. — В магии жизни он абсолютно бесталанен…
К удивлению Ивана, никто из собравшихся не спросил, что же теперь будет с Тайтрилом Кипером. Видимо, ничего хорошего его не ждало. Для остальных история закончилась счастливо. Тем более, что бестактный Буригаг, когда эльфийка закончила свой рассказ, вдруг встал во весь рост посреди комнаты и торжественно произнес:
— Достопочтимая госпожа наставница Анастис! Не сочтите мою просьбу излишне смелой, но мне хотелось бы попросить вас присутствовать на нашем с леди Фантолиной бракосочетании! Вы много говорили о равенстве народов, но эльфийское благословение все же многое значит. Пусть это и суеверие, но нам было бы очень приятно увидеть вас…
Монахиня не дала ему закончить:
— Хорошо, присылайте приглашение! Вы будете красивой парой…
Глава 26
Впрочем, для землянина приключение еще не закончилось. Он вернулся в пансион, собрал вещи и уселся на диване, обдумывая, что же делать дальше. Как Олаф Дурин, он должен дождаться почтовой кареты и уехать в столицу с отчетом. Но Ивана-то там не ждут! Там-то он не выдаст себя за «столичную штучку» — все столичные.
Пускаться в бега? Но куда и зачем?
От тягостных размышлений отвлек стук в дверь.
— Не заперто! — крикнул сыщик.
В комнату вошла наставница Анастис. От удивления Иван подскочил и согнулся в поклоне.
— Ну, зачем же такие почести, — рассмеялась монахиня. — Вы — герой, избавивший Кнакк от злодея, а я — всего лишь скромная служительница Великой Матери! Да, господин Томот сообщил мне, что вы пострадали, задерживая убийцу?
— Ерунда, — отмахнулся Иван. — У меня крепкая голова, ничего с ней не случилось.
— И, тем не менее, она до сих пор болит, — не спрашивая, а утверждая сказала монахиня.
— Немного, — признался Иван.
— Поэтому я приглашаю вас посетить монастырь Зеленой Девы. Там служат прекрасные целительницы…
«А что? Это — вариант, — обрадовался сыщик. — Несколько дней в монастыре, а там уже можно будет думать, что делать дальше».
— Ну, я не знаю, — неуверенно произнес он вслух. — Я должен написать отчет…
— Не беспокойтесь, я все улажу, — наставница развернулась на каблуках и открыла дверь. — Идемте.
Дорога в карете, запряженной ящером, заняла не более нескольких часов.
Анастис и Иван болтали о пустяках: о ярмарке, о его предпочтениях в еде, о цветах… Землянин уже неплохо изучил местную кухню, так что не боялся быть пойманным на каких-то неточностях. Хвалил кабачки на ярмарке… Потом незаметно для себя уснул: все же за последнюю неделю он порядком устал.