Евгения Кретова – Танго sforzando (страница 30)
— А ты меня на понт не бери, для тебя стараюсь, твои же бабки тебе же даю отработать.
Горан отмахнулся нетерпеливо:
— Тебе сколько лет, Лопата? Балаболишь, как подросток в подворотне… И мозгов столько же.
Лопата внезапно успокоился, посмотрел зло:
— Ну, это мы еще посмотрим, кто сколько мозгов от мамы с папой получил, — крутанул головой так, что хрустнули шейный позвонки. От неожиданного звука Горана едва не вырвало. Он поморщился, отвернулся.
Хлопнула входная дверь: Лопата рванул за дружками.
На Питер надвигалась мутная беззвездная ночь, поливая чернильным небом мокрые мостовые. Мужчина прикрыл глаза, представляя оранжево-красный закат в горах. Заснеженные пики, расписывающие розовато-лиловое небо облаками.
Закончить все и домой.
И черт с ней, с брюнеткой.
Не бабское это дело — большие бабки делать. Он выключил камеру и направился спать.
Глава 23. Гимназия
Первый урок в 8А классе прошел бодро, подготовленный кроссворд ребята расщелкали на ура, хоть и споткнулись на несложной аналитике. Стеша немного успокоилась.
Вторым к ней пришел 9Б. Урок пролетел на крейсерской скорости. Учитывая, что ребятам сдавать экзамен, она провела его в форме блиц-опроса на базе практикума ОГЭ и ЕГЭ, уводя уточняющими вопросами в сторону аналитики, давай классу почувствовать глубину под ногами и не растеряться на ней.
Уходя из кабинета, девятиклассники перешептывались: «Крууть, у меня мозг вскипел».
Стеша улыбнулась и успокоилась окончательно. Отчего-то переживала она именно из-за 9-х классов. Старшие ребята представлялись уже серьезными детьми, мотивированными на учебу и поступление в ВУЗ. Вот сейчас, судя по вводным рекомендациям завуча, к ней должен прийти именно такой класс — сильный, устремленный в будущее. Стеша приготовила материал для десятиклассников: набор сложный фабул — правовых задач, для решения которых им придется воспользоваться всем комплексом полученных знаний.
Ребята группками проходили в класс, кто-то удивленно останавливался на входе, кто-то молча занимал свое место.
— Мы думали, Зинаида Львовна выздоровела, — пробасил невысокий коренастый парень, застыв напротив учительского стола.
Стеша подняла на него глаза:
— Увы, Зинаида Львовна еще на больничном…
— А ты кто такая? — парень с вызовом разглядывал девушку. Класс замер. Двое ребят, вошедших следом за ним, демонстративно сели на первую парту, уставились на Стешу. Девушка под откровенными взглядами покраснела, лоб покрылся испариной.
— Во-первых, тыкать я вам не разрешала, а во-вторых, я ваш новый преподаватель основ права, Сомова Степанида Андреевна, — Стеша старалась держаться спокойно, с достоинством. В груди разрасталось предчувствие опасности.
— «Вы» еще заслужить надо, девочка, — медленно процедил коренастый, словно пощечину отвесил.
Стеша усмехнулась в гробовую тишину, повисшую в классе. Оглушительно прозвенел звонок на урок, но никто из присутствующих так и не вышел из оцепенения.
— Слава богу, сейчас в этом нет необходимости: введенная система тестирования и контроля за уровнем образования выпускника перекладывает ответственность за его будущее на плечи самого молодого человека. Это в ваших интересах воспользоваться комплексом образовательных услуг, которые предоставляет вам образовательное учреждение, — Стеша старалась говорить спокойно, размеренно, словно вбивая гвозди в крышку гроба этого юнца, с наслаждением наблюдая, как в его глазах наглая самоуверенность сменилась непониманием и удивлением.
Улыбка коренастого становилась все более жалкой. А Стеша продолжала, не меняя интонации:
— Учитывая, что педагог защищен Уставом школы, предписывающим ученикам помимо добросовестного выполнения требований образовательной программы, определенный тип поведения, в том числе уважительное отношение к педагогам, я могу не беспокоиться об уровне вашего воспитания, передав материалы дела в директорат школы, а затем — в дисциплинарную комиссию. — Она посмотрела холодно уже не на растерянного десятиклассника, а на его притихших дружков. — Вы поступили в 10-й класс, что предполагает ваше намерение поступить в ВУЗ. В этой связи проблемы с дисциплинарной комиссией, указанные в вашем личном деле, безусловно, закроют перед вами некоторые двери. Но если вы готовы рискнуть своим будущим ради мальчишеского вяканья, то это, конечно, ваше решение. — Она посмотрела на коренастого. — Так вы готовы занять свое место и приступить к ответам на вопросы, которые я для вас приготовила?
Парень не пошевелился. В ватной тишине было слышно, как мелкий дождь шелестит по крыше, смущенно барабанят по подоконнику холодные капли. Стеша смотрела равнодушно, всем видом демонстрируя, что ею сказано всё. Чтобы отвлечься и случайно не вздрогнуть, не показать, как клокочет в груди сердце, она принялась считать утекающие сквозь пальцы секунды. Девять, одиннадцать… Двадцать. Минута.
Коренастый качнулся.
Стеша мгновенно воспользовалась этим, отпустила его взглядом, будто расценила его движение как намерение подчиниться и занять, наконец, свое место.
— А пока молодые люди ищут свои места, вы мне ответите на несколько вопросов.
И она, не обращая больше внимания на мявшихся у первой парты подростков, включила проектор, высветив условия первой задачи.
— Итак, перед вами один из распространённых кейсов, отраженных, именно в силу своей частой повторяемости, в совместном Пленуме ВАС эРэФ и Верховного суда, — она специально использовала специфическую терминологию — «кейс», «ВАС», «пленум» — специально не расшифровывала аббревиатуру.
Не поворачиваясь к классу и не сбавляя темп повествования, она зачитывала фабулу, размечая на доске условия, записывая фамилии и роли, одновременно обращая внимание ребят на нормативную базу. Она знала, чувствовала, как становится для этой группы ребят небожителем, совершенством, как половина притихшего класса уже представляет себя в роли адвоката или прокурора, чтобы вот так же виртуозно оперировать мудреными терминами и понятиями, словно жонглер — булавами.
— …В соответствии с изложенным вам в оставшиеся десять минут урока необходимо ответить на вопросы с первого по четвертый. Обратите внимание на слайд. рекомендую записать и…
— Степанида Андреевна, — из-за последней парты встал коренастый, все тот же. Стеша напряглась. — Вы адвокат?
По замершим в ожидании лицам девушка поняла, что она выиграла не только эту битву, но и войну. Позволила себе расслабиться и улыбнуться.
— Нет. Я выпускница Московской Юракадемии. Специалист в области гражданского права и процесса. Специализировалась на коллизиях в сфере защиты гражданских прав и свобод.
— Отличница? — в голосе парня уверенность.
Стеша кивнула:
— Иду на красный диплом, — она прислонилась бедром к учительскому столу. — Кто из вас собирается связать свою жизнь с юриспруденцией?
Она окинула взглядом зачарованных школьников. Несколько человек подняли руки, потом к ним присоединилось еще двое. Стеша удовлетворенно вздохнула:
— Что ж, хороший выбор. Юриспруденция — наука энциклопедическая. Хороший юрист-практик должен обладать обширным кругозором, быть грамотным, внимательным к деталям. Должен разбираться в психологии, философии, делопроизводстве. Ведешь дело о неправильно залитом асфальте — изволь знать всю технологию, состав используемых материалов и так далее. Защищаешь права пациента, которому неправильно вылечили пульпит — изволь разбираться в мельчайших нюансах медуслуг.
— А вы… вы в суде выступали? — с восхищением в глазах спросила девочка со второй парты.
— Самостоятельно — нет, только в составе адвокатской группы. В моем случае — адвоката Руслана Лебедева[17]…
По классу пробежал шумок:
— Того самого?
— Того самого, — снисходительно улыбнулась Стеша. — Рада, что вы следите за громкими делами.
Прозвенел звонок.
Стеша вздохнула:
— Что ж, задачку вам придется решать дома, принесете на следующий урок. Не забудьте подписать работы.
Класс медленно покидал кабинет. Последним к выходу прошел коренастый.
— Простите, — он задержался около учительского стола. Хотел сказать что-то еще.
Закусил губу и выскочил в коридор.
Глава 24. Следователь Чернов
«С эгоистической точки зрения я страшно страдаю от этой разлуки. Мы не привыкли к ней, и я так бесконечно люблю моего драгоценного милого мальчика. Вот уже скоро двадцать лет, что я принадлежу тебе, и какое блаженство это было для твоей маленькой женушки!
Любовь моя, мои телеграммы не могут быть очень горячими, так как они проходят через столько военных рук, но ты между строками прочтешь всю мою любовь и тоску по тебе.
Мои усердные молитвы следуют за тобой днем и ночью. Пуст Господь хранит тебя, пусть он оберегает, руководит и ведет тебя, и приведет тебя здоровым и крепким домой.
Благословлю и люблю тебя, как редко когда-либо кто любил, целую каждое дорогое местечко, прижимаю тебя нежно к моему сердцу.
Навсегда твоя жена.
Образ будет лежать этой ночью под моей подушкой, прежде чем я перешлю тебе его с моими горячим благословением».
«Мой родной, любимый,
Пишу в страшной спешке несколько строк. Мы были заняты все утро, умер во время операции солдат — кровоизлияние. Всех это расстроило, у Княгини это случилось впервые, а она уже сделала тысячи операций. Все держались хорошо, никто не растерялся, и девочки были молодцами. Они и Аня еще никогда не видели смерть, но он умер мгновенно. Ты можешь себе представить, как это всех нас опечалило. Как близко всегда ходит смерть! Мы продолжаем другую операцию, а завтра снова такая же, и снова может быть летальный исход. Дай Бог, чтобы не так, нужно попытаться спасти человека.