Евгения Кретова – Посох Велеса (страница 19)
— Ну, бывай!
И хлопнул широкой ладонью по начищенному по блеска лошадиному крупу.
Ярослава облегченно выдохнула:
— А я думала: все, споймали нас, — и вытерла вспотевший лоб.
— А что б нам было, если бы поймали?
Ярушка хмыкнула, помолчав, мрачно отозвалась:
— Да одними батогами бы не обошлось…
Они вышли за городские ворота, какое-то время еще шли вместе с обозом по дороге, а затем сошли с нее и направились через поле к лесной опушке.
Катя вздохнула полной грудью. Она редко бывала за городом. Да еще и без толпы одноклассников, врубающих на полную громкость музыку, снующих с едой и напитками и скулящих от одного вида летающих насекомых.
Дурманяще пахли душица и мята, клевер и ромашка. Яркие васильки игриво клонили короны, поворачиваясь к деловитым пчелам. Пузатый шмель выглянул из цветка и, недовольно прожужжав в адрес девочек, вернулся к своему занятию. Издалека доносились протяжные вздохи коров, которые не перекрывали трескотню кузнечиков, гудение пчел и назойливые нападки жирных, откормленных мух.
Из-под ног то и дело выскакивали мелкие серые лягушки с коричневыми пятнышками на тощих спинах или испуганные мыши, беспокойно гомонили полевые жаворонки, потревоженные человеком.
— Ну, как тебе наш мир, сказывай! — Ярослава, наконец, успокоилась и расправила плечи. Кажется, сейчас она уже не опасалась быть замеченной и начала говорить «в голос».
— Здорово, — Катя улыбнулась, подбирая слова так, чтоб не обидеть — все-таки они очень разные с Ярушкой. — У нас так многие живут, в деревнях. Тоже деревянные дома, хозяйство, воду из колодцев носим.
— За столько лет ничего не изменилось, что ль?
— Ну, как не изменилось, — Катя уклончиво улыбнулась и пожалела, что не успела захватить телефон, вот бы сейчас Ярославе показать фотографии ее школы, дома. Да и города, конечно. — Города у нас большие теперь, каменные дома, в них много-много квартир. Вот у вас дороги в Тавде деревом уложены, а у нас сейчас смесь специальную делают, асфальт называется, — Катя улыбнулась, вспомнив здоровую дыру, появляющуюся каждую весну напротив входа в ее подъезд. — Только, похоже, у вас все же лучше.
— А еще что? Ты про новое сказывай, чего у нас еще нету!
Катя отбилась от здоровой мухи, назойливо вертевшейся перед носом.
— Вот вы в телегах и верхом передвигаетесь, а у нас много уже всего понапридумано. Есть и автомобили — это такие телеги с механическим двигателем, в котором спрятана сила многих-многих лошадей, есть самолеты — они как птицы по воздуху летают. Есть поезда, они по специальным полозьям — рельсам передвигаются. А еще есть электричество — это такая штука, которую еще не придумали, вроде твоего светового шара, только свет по проводам течет, как вода. И пользоваться им могут все подряд, не только волшебники…
— Чудно, — Ярушка задумчиво сорвала травинку.
— Ну, да, наверное. Хотя, чудес здесь больше будет, один дом бабушки Могини чего стоит, то расширяется, то уменьшается, то сам с собой разговаривает, словно живой, — она опасливо взглянула на спутницу. — Яруш, а как твой световой шар работает?
Ярушка рассмеялась:
— Это ж светлый морок! — воскликнула она. — Только самый-самый простой.
— А что за морок такой?
Ярушка хохотнула:
— Вот у вас, в будущем, слово «заморочить» есть? — Катя кивнула. — Что означает?
— Ну, запутать, смутить…
— Вот и здесь что-то похожее. Есть темный морок, есть светлый. Все, что ты вчера видела — это все через Темный морок делается. Он, наш, живой, земной. Он с нами от рождения и до смерти. Он — друг нам. И его много-много. Это самая простая сила, она повсюду, и вызвать ее могут, почитай, что все. Он вызывает сумрак — тушит свет, звуки и голоса. Нам надо было секретно поговорить, вот я его и призвала…Он подходит для всего тайного, скрытого. Его используют знахари при излечении тяжелобольных.
Она задумалась.
— А светозар — та самая сфера, про которую ты спрашиваешь, — она из Светлого морока к нам приходит, только света особого, не жгучего, не жалящего.
Катя кивнула, но ничего особо не поняла. Ярослава глянула на нее, хмыкнула — догадалась:
— Катя, тебе иногда в голову приходят идеи?
— В каком смысле?
— Ну, будто сидишь-сидишь в потьмах, а потом, р-раз, — она подпрыгнула, — и идея?
— Бывает, да…
— Так вот мой светозар — это такая идея, только не в голове, а рядом!
Катя искоса посмотрела на Ярославу. Вспомнив, как вчерашняя световая сфера любопытно вертелась вокруг них, ей стало понятно, какие идеи приходят в голову ее новой знакомой.
Она улыбнулась.
— Получается, есть светлый и темный морок. Так?
Ярослава кивнула, перепрыгнула через корягу — они уже вошли в лес, все дальше удаляясь от Тавды.
— Не только. Есть еще Черный морок, он — чистая тьма. Со Светлым мороком они находится по ту сторону жизни. И даются не каждому. А кому даются, — Ярушка добавила совсем тихо, — не поймешь, дар это или проклятие.
— Это как?
— Больно многим жертвовать приходится, вот как.
И она постаралась поменять тему разговора:
— Мне Темный морок нравится! И мне думается, тебе, к примеру, не больно сложно ему выучиться.
Глаза у Кати округлились от удивления:
— Это с чего это тебе так думается?!
— А больно ты любопытная! — и она легко толкнула подругу в бок. Катя слетела с дороги, с силой треснувшись о ветку черемухи. — Давай, попробуем!
— А как? — у Кати уже руки зачесались от любопытства и желания попробовать что-то волшебное. Сама мысль, что у нее может выйти нечто похожее на вчерашние Ярушкины туманы, волновала… Это все равно, что получить заветное письмо с зеленой печатью в день одиннадцатилетия.
Ярушка тем временем остановилась, огляделась по сторонам.
Они дошли до небольшой полянки, усыпанной, словно горохом, яркими ягодами спелой земляники, стыдливо выглядывавшей из-под лучистых листиков. Вокруг — молодые сосенки да елки, посреди — здоровенный пенек, на котором белки рассыпали объеденные шишки. Ярушка расчистила его и присела.
— Ну вот, погляди, — она показала на тень от высокой сосны, — видишь эту тень? Попробуй ее позвать да оживить. Ну, придумай, как она движется, представь.
Катя уставилась на длинное темное пятнышко на траве.
От натуги у нее вспотели ладони, и засосало под ложечкой. Она очень старалась придумать, как этот маленький кусочек сумрака отделится от сосны и заживет своей собственной жизнью, заскользит к ней по земляничному ковру. Даже зажмурилась, чтобы легче представлялось.
«Допустим заживет он как… как заяц!» — подумалось легко. — «Почему заяц?»
Наверно потому, что, как и многие дети нашего времени, живущие в городах далеко от реальной природы, она с трудом представляла себе животных. Нет, она, конечно, знала, как выглядит лось или, скажем, медведь. Но в целом, так сказать. Примерно.
А вот зайца видела — познакомилась с ним в контактном зоопарке.
Задание, которое ей дала Ярушка, Катя поняла именно так — представить что-то живое, при чем, конкретное. И ей подумалось вот про зайца, которого она кормила капустой, пушистого, с нежной серой шерсткой, длинными смешными ушами и черным влажным любопытным носом.
Она зажмурилась и представила того милаху перед собой.
— Ого-го!!! — услышала Катя у себя за спиной и резко открыла глаза.
У корней высокой сосны промелькнули длинные серые ушки, показался носик-пуговка на маленькой пушистой мордочке. Он нервно трепетал, изучая окружающие запахи, и, видимо не найдя ничего опасного, нечто круглое выскочило из-под корней.
Это был обаятельный, пушистый серый заяц со смешным куцым хвостом и длинными ушами, прижатыми к спине! Его шерстка серебрилась на солнце, окутываясь, словно дымом от костра, легким серым облаком.
Он еще раз огляделся по сторонам, внимательно посмотрел глазками-пуговками на Ярославу, потом на Катю, подошел к самым ее ногам, и уселся на задние лапки и смешно приподнял передние.
— Как тебе удалось? — воскликнула Ярослава. — Это же самый что ни на есть настоящий темный морок! Это же Дух Темного морока!
Чтобы лучше разглядеть вызванного Катей духа темного морока, явившегося на зов подруги, Ярослава даже на корточки присела. Тот искоса, немного с опаской, на нее поглядывал, но не уходил, ждал.
— Ничего себе!!! — восхищалась Ярушка. Катя при этом рассеянно оглядывала загадочное существо, живое, но словно сотканное из клубящегося дыма: