Евгения Кретова – Покрова Ахерона (страница 72)
– Даже легче, чем вам кажется… Я сейчас расскажу вам одну историю, чтобы вы понимали, о чем я. В системе Гра́вос – три обитаемые планеты. Все три – на примитивном уровне ментального развития. Вышли чуть дальше освоения колеса. – Наталья кивнула, еще не понимая, к чему он клонит. – Население верит в нас как в богов, оказывает все почести: подносит в виде даров плоды, металлы, драгоценные камни, например клептони́т… женщин. На го́ре жителей одной из планет, они приняли за богов беглых преступников. Те, совершив заказное похищение высокопоставленного чиновника, спрятались на планете и были уничтожены заказчиком похищения. Вот так, заметая следы, были уничтожены 250 миллионов жизней.
Наталья почувствовала, как у нее в груди оборвалось сердце:
– Господи… Вы говорите об Альну́е? Высокопоставленный чиновник – это же посол Намбул? – Теон чуть склонил голову к плечу в знак согласия. – А кто заказчик? Это известно?
Теон усмехнулся:
– В таких делах имя заказчика – все равно что смертный приговор. Но в нашем случае нам повезло, нам известно имя того, кто связывался с похитителями последним.
– Он и есть заказчик? Он задержан? Что он говорит?
Теон снисходительно усмехнулся. Отозвался уклончиво – внутренний следователь нашептывал не разглашать данные уголовного дела:
– Хм, очевидно, что был кто-то крупнее его, кто стоял над ним и руководил операцией. Он решил молчать. Вероятно, надеясь, на снисхождение. К сожалению, теперь и не спросить – с ним случилась неприятность, его отравили в камере предварительного заключения на Калипсо…
Девушка не понимала. Теон смотрел на нее и не мог решить – говорить ли ей о смерти Кромлеха.
– Наталья, вы мне показались умной девушкой. Вы влезли в большую политику. Очень Большую Политику. Вы спутали карты не только регенту господина Танакэ, но и двенадцати домам Клирика и провинций, претендовавшим на роль его оайли. Конечно, вы находитесь на их территории, поэтому взрывать вас вместе с планетой не будут. Зато вы станете легкой мишенью за пределами резиденции Адальяров. Вам нужно довести Ираля до коронации и стать Всеобщей матерью. А еще лучше – родить ему наследника. Вы ведь готовы родить ему наследника? – Он заметил лихорадочный румянец на ее щеках, усмехнулся. – Я поищу данные, о которых вы говорите.
Ирида Фламиньон выскочила из шлюпки, едва дождавшись, пока та закрепится на парковочной платформе и распахнет двери. Перепрыгнула через защитный бортик и выскочила на платформу. Небрежно кивнул подбежавшему безопаснику, стремительно направилась к лифту, уже на ходу вызвала брата.
– Ты что творишь?! – прошипела, едва сдерживая злость. – Ночью я получила официальные письма из Совета с требованием созыва Чрезвычайной комиссии, а сейчас – уведомление о приостановке деятельности Совета Единой галактики. Члены Совета один за другим отправляются в отпуск, многие в личной беседе сообщают, что на них оказывают давление… Что происходит, Тиль?
Она задыхалась от гнева. Забыв о свойственной сдержанности, мчалась по анфиладе в свои покои.
– Тар Обеи́д убит, – сухо сообщил Теон. Ирида остановилась, вслушиваясь в голос брата. – Как и Фазиль Тругран, с которым ты недавно говорила.
Ирида окаменела. Медленно отошла к парапету, положила ладони на гладкий мрамор. Переспрашивать смысла нет, она не ослышалась – убит Тар Обеид, глава Совета родов Креониды и один из глав Антанты, группы заговорщиков, организовавших госпереворот. Кое-кто заметает следы. Ситуация вышла из-под контроля. Это очевидно.
– Ты спугнул Грацца, – догадалась Ирида. – Он пришибет и девчонку, и Танакэ. Если надо – устроит диверсию прямо в зале Совета родов… Ты понимаешь, что ты из них сделал пушечное мясо?
Теон молчал. Ирида порывисто оттолкнулась от парапета, направилась в свои покои.
– Что известно от Паукова, – она хотела бы, чтобы голос не дрогнул. Чтобы его имя прозвучало так же формально, как имя любого другого.
– Они на Коклурне, я оставил их там.
– Ты так много на него ставишь…
– Я ставлю на него все, – отрезал Теон, все еще размышляя, говорить ли ей о смерти Кромлеха.
Он слышал ее шаги, приглушенный плеск волн, мог легко представить ее, шагающую по родительской резиденции.
– Они согласились на публичный брак, – сообщил, возвращаясь к мыслям об Ирале и землянке. Сразу услышал, как замедлились шаги сестры, как с губ слетел вздох удивления. – Теперь Граццу нет нужды их убивать, в глазах закона он уже потерял свою власть, их смерть ему ничего не даст. Ищи другие ключи к членам Совета. Я свою часть договоренности выполнил. Выполняй ты свою.
Ирида остановилась, прищурилась лукаво:
– Скварр дери твою физиономию…
– Ладно, признаюсь, что сам не ожидал, что сложится все так удачно, и что землянка с Танакэ зайдут так далеко, – усмехнулся, наконец.
– Пусть так. Но на заседании нужны все земляне. Весь экипаж «Фокуса». Они станут моей гарантией. – Она помолчала, добавила жестко: – Цериана обеспечит им безопасность.
Теон понял: сестра хочет увидеть Паукова еще раз. Но ход с присутствием землян может быть, действительно, удачным. Надо подумать, как его организовать.
– Цериана? – уточнил. – Я подумаю над этим. Обеспечить их безопасность, боюсь, будет непросто.
Ирида рассмеялась:
– Действуй ва-банк, тебе это обычно удается лучше всего… И… Тиль! – Она сделала паузу, будто раздумывая о том, что собиралась сказать. – Будь осторожнее. Если Грацц до тебя доберется…
– Ну-у, я все-таки под прикрытием закона.
– Кромлех был даже под прикрытием тюремной охраны. И это не остановило его отравителей.
Тиль Теон откашлялся: выходит, она с самого начала разговора знала. Корпус Деи, очевидно, имеет информаторов и в его ведомстве.
«Надо зачистить их каналы, – отметил про себя и тут же добавил: – Потом».
После разговора с Ульяной работа не клеилась – мысли то и дело возвращались к завершенной и не просмотренной расшифровке нейростатуса Сабо и анализу диагностики «Фокуса». Ученый в голове Артема ликовал от предвкушения открытия: искусственный интеллект не просто взаимодействует с человеком, но осуществляет выбор способа взаимодействия, модернизирует это взаимодействие. Это открытие на уровне первого инопланетного контакта: несмотря на уровень развития в Единой галактике, искусственному интеллекту не присваивался даже статус протоинтеллекта, ему не оставлялось даже минимальных когнитивных свойств.
А тут… «Фокус» выбрал навигатора из двух, загруженных в корневую память, а сейчас готов функционировать с ними обоими.
И вот принцип, по которому «Фокус» работает с навигаторской группой его интересовал больше, чем глиасовая обшивка, чем алгоритм сопротивления.
Ладони буквально чесались, скулы сводило от напряжения. Но он знал, если заглянет в файл «одним глазком» – не вынырнет.
– Искин. Выгрузи стандартную формулу глиаса на рабочий стол. Из файла диагностики «Фокуса» – данные по обшивке и изменению формулы. Опорные точки.
Он стоял у рабочей консоли, опершись на стол, на монитор и загорающиеся на нем формулы смотрел исподлобья. Провел рукой по сенсорной панели – размещенная на мониторе молекула преобразовалась в объемную 3d модель. Это базовая конфигурация глиаса. Рядом с ней сформировались окна с параметрами материала обшивки фрегата: день старта фрегата с «Тамту», первый этап модификации сразу после подключения к энергону, далее – второй этап модификации, когда нагоняли Ульяну на 3Z-71, и финальная часть – в день столкновения с атавитами. Далее – откат специфических свойств после отсоединения энергона, параметры почти вернулись к исходным. И последнее обновление, сделанное уже после повторного подсоединения энергона к «Фокусу».
Артем фиксировал данные, увеличивал узловые точки циклоуглерода.
– Черт возьми, – пробормотал, распрямляясь. В глаза бросалась очевидная вещь, которая пугала своей очевидностью. «Фокус» терял свои свойства без энергона. Значит, методологию нельзя будет тиражировать на другие суда – энергон у них один.
– Искин, сформируй 4d модель с пространственно-временным вектором изменения глиаса, изменения формулы, молекулярные связи отмечай и выводи отдельным протоколом.
– Для выполнения потребуется некоторое время, – предупредил искин.
– Валяй, – Артем выдохнул, посмотрел, как на мониторе загорается карта маршрута, на нем отмечаются их передвижения, каждые галактические сутки выделяются своим цветом. На узловых точках медленно формировались объемные модели глиаса.
Генетик скользнул взглядом по шкале загрузки, замершей на отметке 44 %, и решительно придвинул к себе результаты диагностики нейросети «Фокуса». Одного беглого взгляда хватило, чтобы прошептать:
– Не может быть, – он торопливо развернул файл на соседнем мониторе, прокрутил вниз. Снова вверх и сверился с распечаткой. Пробормотал. – Это, наверняка, ошибка.
Теперь в голосе чувствовалось раздражение и разочарование.
Почесал переносицу, нахмурился.
Раскрыл данные диагностики, просмотрел графики, все еще надеясь найти, где алгоритм лага́ет.
Под потолком пискнул, сообщая о выполнении задания, искин:
– 4d модель с пространственно-временным вектором изменения глиаса, изменением формулы и молекулярных связей готовы.
Артем с посмотрел на монитор.
– Хорошо. Аналогично, выведи опорные точки с привязкой к пространству-времени по изменению нейростатуса «Фокуса» и отдельными графиками первого навигатора и Паля Сабо.