Евгения Кретова – Интро... (страница 2)
«Введение резервного кода. Обход протокола аутентификации шлюза. Ошибка 2Z-749».
— Черт! — Тимофей, сунув короб с креодисками под мышку, выскочил из каюты начальника экспедиционного корпуса, даже не попрощавшись. Андрей Дмитриевич сокрушенно покачал головой и вздохнул, довольный, впрочем, что неприятный разговор завершен.
На ходу, игнорируя удивленные взгляды сотрудников станции, Тимофей перепроверял данные, отправлял запросы на центральный нейроузел своего фрегата. Однако, когда он уже ввел код консервации всех систем для последующей их ручной проверки, на экране его портативного-коммуникатора-креоника появилось новое системное сообщение: «Инициирование шлюзовой операции без верификации завершено».
— Вот зараза!
Тимофей перешел на бег. По дороге в зал стыковки ему попадались знакомые, кто-то даже пытался поддержать его после провала на заседании проектной комиссии. Его окликали, протягивали руки для приветствия, пытались похлопать по плечу. Тимофей рассеянно кивал и торопился на корабль. Он поднес коммуникатор к губам, вызвал рубку:
— Искин, предоставь справку по разблокированному шлюзу.
Искин выплеснул на экран схему фрегата со вскрытым шлюзом, отмеченным красным, клапан которого как раз завершал этап декомпрессии. Тимофей опять чертыхнулся: кто бы это не организовал, он уже проник на борт фрегата. Судя по всему, речь шла о резервном грузовом шлюзе, расположенном в килевой части, под брюхом корабля. Его редко используют, в основном — для экстренной дозаправки или необходимости подъема на борт крупногабаритного или опасного груза.
— Уже покидаешь нас? — лениво уточнил оператор стыковочного зала и зевнул. — Не поддержал шеф твою инициативу?
— Кто запрашивал доступ на борт моего фрегата? — вместо ответа уточнил Тимофей.
Оператор пожал плечами, посмотрел на Тимофея с удивлением: он впервые видел обычно добродушно улыбающегося и рассеянного ученого таким возбужденным и сердитым.
— Да кому надо?
«Выходит, кому-то надо», — решил тот и ринулся к шлюзовой камере.
В горле стоял ком, сердце колотилось в панике, но Тим все еще надеялся, что происходящее — всего лишь сбой программы. Вот сейчас он окажется внутри и выяснит, что все в порядке, никакого взлома с проникновением. Введя код протокола — из-за своего недавнего решения ему пришлось полностью провести процедуру в ручном режиме — он перешагнул через переборку горлового люка и локтем вдавил сенсорную панель, запирая за собой корабль.
Прислушался: никаких посторонних звуков, только мерный шелест системы фильтрации да прищёлкивание лепестков мембраны на гермопереборке.
— Добрый день, — механическим голосом приветствовал его искин. — У нас гость.
Тимофей пересек стыковочный зал, пристроил по пути короб с креодисками и вооружился для верности парализатором. Ворвался в грузовой отсек.
3
У стойки распределения груза спиной ко входу в отсек работал незнакомец; на вид — был ровесник Тимофея. Одет в черную форму сотрудников специальных подразделений Единой Галактики. На плече — шеврон галактической службы безопасности, однако волосы цвета льна были распущены не по уставу и рассыпались по плечам. Судя по всему на его фрегат пробрался представитель планеты Креонида, обычно не слишком дружелюбной к землянам (да что там говорить, креонидяне искренне удивлялись, почему отсталые гуманоиды Земли до сих пор не служат кормом для их питомцев!).
Застав «гостя» спокойно работающим в программе распределения груза, Тимофей растерялся.
Он прикидывал, упоминалась ли подобная ситуация в инструкциях. И не мог вспомнить ничего подходящего. В самом деле, на борт при наличии соответствующих адмиций могли ступить представители правоохранительных органов Единой Галактики. Что полиция, что служба безопасности не страдали от избытка вежливости и теоретически могли воспользоваться спецпротоколом. Но что им делать на борту рядового исследовательского корабля?
С другой стороны, незнакомец мог оказаться самозванцем-ряженым в форме безопасника. Грабитель? Что ему искать здесь? Даже дорогостоящего оборудования на борту нет. Пират? Что ему толку от одного тощего и в общем-то ничем не примечательного землянина?
Влезть на корабль, пристыкованный к станции приписки, взломав все мыслимые контуры защиты и коды… это было слишком большой наглостью даже для креонидянина.
Услышав шелест распахнувшейся за своей спиной гермопереборки, незнакомец обернулся и без тени смущения уставился на Тимофея, задержался взглядом на зажатом в руке парализаторе и, проигнорировав его, шагнул вперед. Встав напротив, убрал руки в карманы брюк и склонил голову к плечу.
— Наконец-то ты изволил явиться, я уже планировал отчаливать без тебя.
Тимофей икнул: наглость «гостя» заставила его сердце биться еще быстрее, вернув самообладание и способность говорить.
— Ты как сюда пробрался?
«Гость», хоть и оказался примерно одного с Тимофеем роста, умудрялся смотреть на него свысока, а после слов инженера — еще и с укором, бросил быстрый взгляд на шлюзовую камеру. Тимофей покраснел до кончиков ушей и уточнил:
— В смысле — зачем?
— Если опустить лишние и не интересные подробности, то мне надо заглянуть в одно место, — взгляд креонидянина на мгновение потерял ясность, из чего Тимофей догадался, что его гость врет. Или не договаривает. — И нам нужен хороший нейролингвист, как раз такой, как ты — у тебя отличные рекомендации… Ты бы не мог, кстати, убрать оружие? Немного нервирует.
Он качнулся с носка на пятку.
Тимофей моргнул и покраснел еще сильнее — жар теперь касался щек и шеи юноши. Но руку с парализатором отвел в сторону.
— Чьи? Чьи рекомендации?
Тимофей не понимал, что происходит, а гость продолжал лукаво улыбаться. Он говорил отрывисто, старался смотреть мимо землянина, а, услышав вопрос, задумался. На лице оказалась видна внутренняя борьба и усилия, которые приходилось предпринимать незнакомцу, чтобы не сболтнуть лишнего. Наконец, он выдавил:
— Эм-м, ну, как ты можешь догадаться, у меня есть кое-какой доступ к материалам кое-каких-там уголовных дел, — он выставил плечо, на котором красовался шеврон службы галактической безопасности: звездная россыпь вокруг охотничьего капкана и серебряной семерки на багрово-красном фоне аккреционного диска. — Вот там-то ты и упоминаешься как отличный, талантливый, не в меру любопытный и умеренно беспринципный-ради-науки специалист. Как раз такой, как мне сейчас необходимо.
И он широко улыбнулся. Тимофей отметил метаморфозу «мне надо» из «нам нужно» и почувствовал, что сотрудничество ему предлагается с «душком». Он поморщился.
— Кому это «мне»? — Тим, наконец, убрал парализатор, вернув его в набедренный карман.
Гость, проигнорировав подозрительность, с которой смотрел на него хозяин фрегата, протянул руку:
— Ах. В самом деле… Я не представился. — Он церемонно уронил голову на грудь. — Ха́ско Дела́увер Болл, особый отдел службы безопасности Единой Галактики.
Тимофей недоверчиво взглянул на протянутую ладонь, но все-таки ответил на рукопожатие. Оно вышло вялым и неуверенным — хозяин фрегата все еще не чувствовал, что рад гостю.
— Тимофей Резников. Но, полагаю, ты знаешь.
Креонидянин кивнул. Он продолжал с любопытством, будто диковинку, разглядывать Тимофея. Тот откашлялся и отвел взгляд, спрятал за спину руки.
— И что за дело?
— Дело, которое надо провернуть, или дело, из которого я узнал о тебе? — уточнил новый знакомый, но тут же отмахнулся: — Впрочем, не трудись объяснять, я все равно не смогу тебе ответить. Как это у вас, землян, говорят? Меньше знаешь, слаще спишь?
Тимофей уклончиво кивнул. Первое смущение прошло, и теперь он отчетливо понимал, что улыбчивый креонидянин приглашает его присоединиться к довольно сомнительному — если не сказать «опасному» — путешествию. И вероятно, за него может полагаться тюрьма. Или смерть. И уж точно отстранение от работы в «Заслоне» и увольнение. Ни то, ни другое, ни тем более третье в планы Тимофея не входило. Поэтому, собравшись с духом, он предложил:
— Катись к скварру, кажется, так на вашей планете называют черта?
Креонидянин, уже вернувшийся было к стойке распределения грузов, замер и посмотрел на него с удивлением.
— К сожалению, не могу. У меня распоряжение моего руководства. Кстати, ты тоже не можешь отказаться, потому что согласием
И он вытащил из пазов коммуникативного браслета-бромоха узкую полигласовую пластинку, напоминающую закладку для книги, и протянул ее Тимофею.
— Надеюсь, ты знаешь, как этим пользоваться?..— Во взгляде мелькнула издевка.
Тимофей, не отрываясь, смотрел на пластину, вернее, на эмблему службы безопасности на ее оболочке. Похоже, бесцеремонный гость в самом деле исполнял задание службы галактической безопасности.
Резников подошел к информеру и вставил в разъем пластину. Он старался держать гостя в поле зрения, а потому действовал медленно, ощупью находя кнопки ввода и набирая команды вслепую. Креонидянин, заметив это, фыркнул и презрительно закатил глаза, демонстративно вернулся к распределению груза на борту фрегата.
На мониторе перед Резниковым появилась короткая и емкая запись, из которой следовало, что Хаско Делаувер Болл — спецпосланник лично главы службы безопасности господина Легрида и выполняет его особое поручение, а все лица, кому будет предъявлена указанная адмиция, обязаны подчиняться ему и беспрекословно выполнять его требования.