Евгения Кретова – Дзен московского олигарха (страница 6)
Варвара фыркнула.
– И чего? – Данил остановился в метре от входа в кинозал.
Глеб обезоруживающе улыбнулся:
– Да ничего. Идем на блокбастер, приобщаемся к мировому хиту, – и тяжело припечатал парня взглядом. – Приобщаемся, приобщаемся.
Тот заметно сник, пробормотал под нос, что-то про низко интеллектуальное кино для малолеток.
– Будем считать, вы – самая ЦэА1.
Он устроился прямо за ними. Вальяжно вытянул ноги и, очевидно, приготовился трепать нервы дальше: во всяком случае, так была уверена Варвара. Она покосилась на него, хотела пересесть, но соседние кресла оказались уже заняты, а на ее попытку встать Фадеев отреагировал мгновенно: тяжелая ладонь легла на плечо, придавила к спинке.
– Варвара Степановна, не рекомендую. Мое предупреждение о переезде становится все более реальным, – негромко, но очень внятно прошептал он в проем между креслами. И неторопливо отправил в рот пластинку жевательной резинки.
Данил вытаращился, прошипел:
– О чем это он?
– Ни о чем, – Варвара скрестила руки на груди, надулась.
Она не смотрела фильм, а продумывала план мести. Пожаловаться Толмачеву? Матери? Проколоть придурку колеса? Подсыпать в кофе слабительное? Все это выглядело несерьезно. На теории государства и права им говорили о корреспондирующем характере прав и обязанностей: каждому праву соответствует какая-то обязанность. И вот тут ничего не корреспондировало. Фадеев не просто испортил ей свидание. Он влез на ее территорию, в ее личную жизнь, куда она и матери-то не слишком позволяла лезть.
В свои двадцать два года Варвара перешла на пятый курс престижного московского ВУЗа, помогает матери, самостоятельно зарабатывает на какие-то девчачьи мелочи. Она даже на поездку в Черногорию сама заработала. Откладывать, правда, пришлось с октября. Но какая разница. Сама же.
После окончания сессии ей, кстати, предложили стажировку в крупной юрфирме. С перспективой дальнейшего трудоустройства. И Варвара приняла предложение. Договорились, что после Черногории приступит.
Она – лучшая студентка на курсе. Ее статьи по сравнительному правоведению в ВУЗовском сборнике печатали, между прочим. И тут какой-то секьюрити. Она оглянулась, злобно зыркнула на задний ряд. Казалось, Фадеев с нее глаз не сводил: она тут же уперлась в его нагловатую ухмылку. Отвернулась.
Внутри все бурлило.
Она даже не заметила, как зажегся свет и зрители начали подниматься с мест.
– Варь, ты чего? – Данил дотронулся до плеча.
Она порывисто встала, не оглядываясь, направилась к выходу.
– В кафе пойдем? – несмело предложил парень, когда догнал девушку в фойе.
Та развернулась к Фадееву.
– А я не знаю. Как наш невежливый друг скажет, – процедила она сквозь зубы.
Глеб невозмутимо взглянул на часы.
– Невежливый друг против. Ему итак пришлось перенести встречу.
– А мы, собственно, вас не держим, – сварливо прищурилась Варвара.
Мужчина скользнул по ней взглядом, повернулся к Данилу:
– Поехали, молодежь.
Студент понимающе кивнул, направился к траволатору. Варвара схватила его за рукав, прошипела:
– Ты что, вот так пойдешь?!
Данил выдернул руку, сердито выдохнул:
– А какой смысл спорить? Ты же понимаешь, что он не отстанет? Сходим в кафе в другой раз…
И ступил на верхнюю платформу траволатора.
– Кстати, дело говорит парень, прям не ожидал, – Фадеев усмехнулся Даньке вслед и выжидательно уставился на Варвару.
Та фыркнула, рванула за спутником, демонстративно подхватила его под локоть и положила руку студента себе на талию. Глеб усмехнулся, почесал кончик носа.
«Зубная боль из-за девицы обеспечена», – обреченно подумал он.
И шагнул следом за ними.
Выйдя из торгового центра, невозмутимо спросил парня:
– До метро подбросить?
Тот смутился:
– Да не, не надо… Я сам, – и покраснел. – Я Варю только проводить…
Фадеев отмахнулся:
– Это я уж сам… провожу. Удачи! – и, крепко подхватив Варвару под локоть, направился к парковке.
Девушка опешила, пискнула:
– Да вы что себе позволяете?! Что за хамство?
Он резко выпустил ее руку, остановился прямо перед ней:
– Хамство, Варвара Степановна, это подставить Юркова под выговор. И заодно всю дежурную бригаду охранников, прошляпивших объект…
– Я не объект!
– Это вам так по неопытности кажется, Варвара Степановна, – он нажал кнопку на брелоке. Черный джип приветливо подмигнул фарами. Мужчина распахнул пассажирскую дверь, хмуро замер около нее. Попросил с усилием: – Садитесь!
Девушка помедлила, неуверенно оглянулась на сутулую спину Данила, уже направившегося к автобусной остановке.
Чертыхнулась и села в автомобиль.
Глеб небрежно огляделся и захлопнул за ней дверцу.
Они выехали со стоянки, встали в очередь под светофором. Варвара еще сердито сопела, кусала губы. Бледные кулаки то сжимались, то вновь разжимались. Сердце колотилось от досады. Она то и дело поглядывала на профиль Фадеева, все надеялась придумать что-то обидное.
И выбрала, наконец, королевское спокойствие: поджала губы и демонстративно отвернулась.
Глеб прятал улыбку, наблюдая, как девчонка пыхтит, как искрится от невысказанных проклятий подобно оголенному высоковольтному кабелю. Шею щекотало от брошенных в него ведьмовских молний. Но он величественно молчал. Пусть выбесится. Им еще весь вечер придется вместе провести.
Варвара заставила себя выдохнуть, прикрыла глаза, успокаиваясь. Он не стоит ее нервов, этот мужлан в татуировках.
Машина круто взяла влево.
Варвара качнулась, едва не ударившись виском о стекло. Распахнула глаза, взгляд успел выхватить дорожный указатель: стрелка вправо и надпись на белом «МОСКВА ЦЕНТР». Сердце пропустило удар:
– Мы в Москву едем?
Фадеев кивнул и, перестроившись в крайний левый ряд, прибавил скорость.
– Мне не надо в Москву, мне домой надо…
Мужчина угукнул, активировал bluetooth гарнитуру:
– Гоша, передай Юркову, Варвара Степановна со мной вернется… Да. Нет, сейчас в город. У меня с юристами встреча.
Варвара приосанилась, посмотрела на свои голые ноги.
– Мы к вам на работу едем, да? – догадалась. Мужчина снова кивнул. Явно не настроенный на разговоры, он хмуро смотрел на дорогу. Варвара озадаченно уставилась на его татуированную руку, бицепсы, с сомнением отвела взгляд. – А надолго? – спросила, наконец.
– На час примерно… Может, больше.