Евгения Кретова – Дороги звёздных миров (страница 14)

— Не волнуйтесь, мадам, — голос приобрёл мужественные нотки образцового мачо: — Вы в любом случае выведете всех на чистую воду. Наши агенты уже на месте.

О том, что «нашими агентами» являлись ничего не подозревающие матросы с космочелнока, которых сейчас обрабатывал Кныш-ныш, я, конечно, не сообщил, равно как и ту деталь, что планетку Малые Люляки не так давно выкупил тот самый Фшыщмус, местный воротила, которым меня пугал сержант Похс.

Вот это последнее открытие наталкивало на мысль, что за маленькой сделкой прятались большие обстоятельства, из-за которых стало необходимым изолировать Малые Люляки от мира и мадам Кокушек в частности.

— Дин, кореш! — Кныш-ныш в этот раз встретил меня в личном кабинете. Шкрек радовал взор стильным деловым костюмом из искристой ткани в горох. Что поделать, лягуши имеют весьма забавные представления о стиле. — О, ты с дамой! — он заинтересованно поглядел на мою брюнетистую спутницу.

Наяда захлопала ресничками и грациозно погрузила пятую точку в кресло.

Надо признаться, в этот раз с изгнанием девицы я потерпел фиаско, и, чтобы не опоздать на встречу, притащил её с собой.

— Мадам желает выпить? — галантный лягуш, не ожидая ответа, явил наполненные золотистой жидкостью пиалы. Моя спутница обворожительно улыбнулась. Вот уж не думал, что наяды умеют воздействовать на брачные мозоли шкреков.

— У вас чудесный кабинет, мистер, — девушка глубоко вздохнула, а воздух от излучаемой милоты начал потрескивать. — Но совсем нет секретарши!

Я глотнул газированного сидра, покосился в сторону наяды и представил её Кныш-нышу: — Моя знакомая.

— Дин! — красотка затрепыхала ресничками, — не надо скромничать.

— Результаты есть? — я устремил взор на коллегу.

— Есть, — Кныш-ныш многозначительно покосился на девушку.

— Зая, нам нужна твоя помощь! — я страдальчески изогнул брови.

— У меня нет секретарши, — нашёлся лягуш, — и совершенно некому обо мне заботиться. — Он чуток сполз в кресле и махнул лапкой в сторону коридора. — Креветочка моя, срочно нужно раздобыть грибные капли, иначе будет поздно меня жалеть.

Оставшись со мной наедине, Кныш-ныш пафосным голосом поведал эпичную историю о страданиях и находчивости героического лягуша и его бестолковых помощников. Я узнал, что пересадочной станции «Малые Люляки» больше нет, сама планета в регистраторе корабля не обозначилась, а вблизи системы кипит некая бурная деятельность и согнано множество техники. Слухи о правительственном эксперименте по вакцинации конкурировали со свидетельствами о вторжении подпространственных горбоклюев.

Я укрепился в мысли, что исчезновение планеты — симптом ужасной аферы, и решил наведаться в логово Фшыщмуса, чтобы добыть сведения непосредственно на месте, у владельца.

— Ты кто? — прохрипел динамик над массивной калиткой в знакомом заборе. От недавней прорехи в решётке не осталось следа.

— Специалист по энергоконтролю Дин Кнышкус, — я помахал в воздухе пластиковой корочкой, сварганенной этим утром.

— Назначено? — равнодушно поинтересовался динамик.

— Плановый контроль, — убедительно кивнул я.

— Пошёл вон, — бесцеремонно выплюнул динамик и потух.

Надпись «Скоростная магистраль „Мегакруть“ — не тормози!» издевательски сыпала искорками над головой.

— Зая, — проникновенно пропел я в экран. — Здравствуй.

— Дин! — взвизгнула наяда, а затем с некоторой обидой: — Мы в тот раз так быстро ушли, и ты не познакомил меня как следует с твоим замечательным другом.

— Прости, милая, — я старался говорить ласково. — Мы можем сходить вместе куда-нибудь вечером.

— Чудесно! — около экрана воздух аж засветился. — В гости! На вечеринку! — и тут же, торопливо: — Сегодня наша контора получила пригласительные на презентацию космотрассы, там будут важные люди и много роскоши.

Конечно, я знал о презентации, которую устраивал Фшыщмус, и именно попытки проникнуть туда вынудили позвонить прелестной специалистке по связи. Я заручился воодушевлением будущей спутницы и снова попытался пообщаться с коварной старушкой-соседкой. Её номер был у меня написан на выдранной из старого зоологического журнала страничке, как раз под изображением жуткого вида твари, похожей на помесь крысы и таракана, попавших в пылесос.

Находясь по ту сторону экрана, старая кошёлка приняла умильный вид и посетовала, что я, холостой парень, совершенно не забочусь о собственном имидже, и, очевидно, моим родителям всё равно. Вот она полагает, что только хорошая жена может меня излечить от дурной привычки не соблюдать режим дня, таскать в гости подозрительных личностей и напомаженных зелёной краской толстух. По её драгоценному мнению, та милая девушка прекрасно годится на роль жены и сделает из меня человека, а все эти брыкания — от глупости, потому что я сам не разумею собственного счастья.

К концу разговора я взмок от бешенства, и, злобно шипя, как змеезавр, вырубил экран. В приступе ярости даже забыл спросить о ключах.

Впрочем, неприятности, несомненно наколдованные этой ведьмой, не заставили долго ждать, и приятная вечеринка очень быстро закончилась для меня нокаутом — во всех смыслах этого слова.

— Он будет жить?! — страдальчески заламывала ручки прелестница с нежным голосом.

Я приоткрыл глаз и обнаружил около кровати трогательную заплаканную наяду и вечноулыбающегося сержанта городской стражи. В дверях маячили силуэты обычных охламонов из той же муниципальной лавочки.

— Будет, — хмыкнул сержант Похс, наблюдая за манипуляциями медика. — Заявление пишем?

— Зацепился за порожек, — голова болела, как наполненная кипятком тыква. — Упал, ничего не помню.

— Так и отметим, — с пониманием кивнул сержант. — Если что-то вспомните, пострадавший, вам придётся явиться в участок самостоятельно.

— Ох, ну что же делать? — мне хотелось кивнуть, но голова опасно булькнула жгучим варевом, и потому я только вяло махнул пальцами. Нужно, чтобы допрос закончился поскорее, и все убрались прочь из моего дома.

— Сержант, это ужасно! — остренький носик девушки покраснел, украшенный блестяшками лиф демонстрировал судорожные подрагивания груди.

— Всё будет хорошо, — успокаивающе погладил её по плечику Похс. — К этому негодяю, чтоб он помер, нужно приложить значительно больше стараний, чем пару тычков по чайнику.

— Я вам верю! — наяда доверчиво прижалась к мощному сержантскому торсу, слёзы сами собой высохли.

А я и в самом деле помнил произошедшее с трудом.

Презентация космотрассы проходила в особняке Фшыщмуса — прихотливо сконструированном здании «а-ля старинная тюрьма», замаскированном нарядными решётками на нарядных же окошках под что-то невинное. Цветные фонарики озаряли готичные силуэты стриженых ёлок и кустов, заставляли блестеть кокарды мрачных, явно однояйцевых охранников.

Подогнанный портным Кныш-ныша по фигуре фрак в малиновую полоску сидел на мне, как пластиковый футляр, и когда брюнетистая наяда, колыхая искристым бюстом, вцепилась мне в локоть, рукав отчётливо заскрипел. Мерные движения блёсток на лифе спутницы позволили мне войти в своеобразный гипнотический транс, мы благополучно минули ограду, около которой меня не так давно задержали бравые ловцы воришек, и вступили в царство пафосной роскоши и многозначительных бесед.

— Дин Кнышкус, — пожал я тощую ладонь рябого старичка в одеянии, напоминавшем гигантскую балетную пачку, завязанную на шее, — из «Кныш-Ныш Транспортер».

Не то чтобы я стремился завести знакомства в расфуфыренной толпе дельцов и их прилипал, однако убежать от этого собеседника сразу не получилось.

— Генерал Чечка, — лицо старичка поползло сотней складок, я даже взволновался, что череп в конце концов скукожится полностью, и я останусь один на один с обезглавленным генералом. Расползание остановилось вовремя. — Все вы, транспортники, взволновались из-за «Мегакрути», — хихикнул старичок.

Он плотоядно сверкнул глазками в сторону моей спутницы, рядом материализовался официант с высокими бокалами на подносе. Наяда захлопала ресничками и вцепилась в тонкую ножку.

— Как вы думаете, Дин… Шикус? — в нашу маленькую компанию беззастенчиво втёрся здоровенный тип с острым мохнатым рылом. Пахнуло чесноком и мокрым деревом.

— Кнышкус, — нервно поправил я, держа выбранную роль.

— Кнышкус, — клацнул резцами тип. — Как вы думаете, гравитационные аномалии из-за эффекта Сфинкстера-Колбина могут нарушить кристаллизацию мегаториуса линейной сети?

— Несомненно, — отступать было некуда. — Кристаллы иногда квитрулируют, даже когда всё в порядке, и мегаториус э-э-э-э…

Серая шерсть на лбу моего собеседника встопорщилась. Надеюсь, он не собрался расспрашивать меня про…

— Квитрулируют?..

Так я и думал. Чем удобна наука, это тем, что в ней всегда есть местечко для новых, совсем свеженьких слов.

— Ну да, — я поставил бокал на поднос скользящего мимо официанта-лягуша и помахал пальцем: — Флип-флоп, флип-флоп. Динамическая квитруляция.

Мне удалось улучить момент и ускользнуть от подзависшего любителя «Сфинкстера-кого-то-там-ещё» якобы в уборную. Моя сияющая брюнеточка уже щебетала с каким-то хлыщом в голубом латексе, и я порулил мимо незнакомых лиц и рыл, сквозь густой раствор из кивков, бокалов, болтовни, умных бесед о нелинейных коридорах и налогах на перевозку живой органики — в сторону служебного входа в закрытую часть особняка.