Евгения Кочетова – Меримусса – любовь повелителя, или Путь в новый мир (страница 41)

– А что же будет с Марией? – тревожилась Лиони.

Смуглянка сделала робкие шаги ближе и вдруг изрекла:

– Мария жертвовать себя ради меня. Мария давать им магия и сводить с ума старик. Они все иметь чёрное внутри себя и быть очень плохими, ей было трудно быть гаорана для них. Мария есть моя старшая сестра.

Дамы в голос ахнули. По просьбе миссис Браун Лиони объяснила, что гаорана ‒ это колдунья. Ожидание Джима показалось вечностью. Сначала он посетил дом Клиффордов и только после прибыл к Кэти якобы с проверкой здоровья. Уже на лестнице сестра кинулась с расспросами, вид брата был испуганный. По приходу в гостиную он наконец вымолвил:

– Что там было вчера? У Ребекки сломана рука и ушиб всего тела, в том числе головы.

Лиони сразу вмешалась:

– Этого следовало ожидать! Они в курсе, почему она упала?

Джим слегка растерянно кивнул.

– О боже… И что же с Марией?

– Я не знаю, я её не видел, я помогал хозяйке, она так громко кричала от боли, мне даже самому стало плохо.

Сестра ахнула, но не из-за кислолицей.

– Мария должна была быть рядом и обслуживать, а если ты её не видел, значит, они с ней что-то сделали.

– Там не только с ней кто-то сделал, – намекнул Джим, сглотнув слюну.

Лиони внимательно слушала. Брат продолжил:

– Там неподалёку нашли труп их охранника, проткнутого чем-то острым насквозь.

Скорее всего, это именно тот, что шёл за девушками по пятам. Получается, его мог убить только Шаслэ. Рональд подумал на Марию или её подельников из племени, Бену показалось странным, уж больно умелое убийство, тот даже не успел выстрелить или издать иные звуки, а Алекс вовсе задумался, ненароком вспомнив то выдвижное копье, которым проткнул кудрявую.

Вскоре Лиони оседлала подаренную ей лошадь, а Джим – свою. Он приехал без экипажа, дабы быстрее оказаться в доме Клиффордов, на что миссис Гамильтон сегодня согласилась, дама была вчера против только из-за мадам Браун.

Когда Алекс и Бен покинули обитель друга, Рональд притащил в спальню страдающей на кровати жены Марию с завязанными руками и спросил, как любимая хочет, чтобы поплатилась дикарка. Ребекка велела сначала выпутать у неё всю историю, куда могла сбежать мелкая дрянь, ведь уже ясно, что точно не в своё племя. Рональд согласился, хотел отвести Марию в амбар, но супруга сказала оставить здесь и сделать всё при ней.

Обозлённая и кипящая ненавистью госпожа сама придумывала женщине виды пыток, для чего супруг позвал одного из охранников. Сначала бедняжку били до разбитого в кровь лица, потом хлестали плетью и даже обливали кипятком по велению опять-таки Ребекки. Но стойкая женщина всё равно ничего не выдала, а про убийство тем более не знала. В конце хозяйка приказала подвесить её в амбаре вниз головой и оставить без пищи и воды. Она ещё попросила мужа сломать ей руки, но он не стал этого делать, считая, что вполне хватило кипятка и оставленных ожогов. Приведя пленницу в амбар, хозяин вдруг повелел слуге тихо и быстро перерезать ей горло, а когда направился на выход, то заметил выпавшую из кармана шаровар Марии плетёную вещицу с рисунком, которую решил забрать.

Лиони тревожило множество вопросов, особенно о Марии и убийстве охранника. По поводу последнего ощущения были двоякие. Шаслэ вновь помог и спас, возможно, ему пришлось убить. С другой стороны, он мог просто уйти, зачем нужно было так поступать?

Миссис Гамильтон сетовала и причитала о случившемся; ей было невероятно жаль Ребекку, пострадавшую от рук этих мерзких дикарок, дама также надеялась, они получат сполна за совершённое зверство. Сама же Ребекка велела найти смуглянку во что бы то ни стало. Право, Лиони было весьма трудно делать спокойный вид, будто ей ничего неизвестно. За совместным ужином она старалась быстрее поесть и уйти, к тому же плохо спала прошлой ночью, что отразилось на лице: под глазами были круги. На неё смотрела Изабель, сидящая сегодня на месте Ангуса, который еще не спускался и принимал массаж от смуглянки. Жена брата осведомилась:

– Лионелла, как прошла ночь?

Девушка сразу подняла взгляд и немного напряглась.

– Всё в порядке, спасибо, – ответила, держа себя в руках.

Отвлёкся от трапезы и Джим, ненавязчиво слушая.

– Хм… – ехидно усмехнулась миссис Гамильтон.

– Значит, хворь уже прошла? – спросила Изабель.

Лиони не могла понять, какая же преследуется цель этими вопросами.

– О да, сегодня утром миссис Браун гораздо лучше.

Френсис переглянулась с подругой, обеих очевидно напрягало общение девушки с неотёсанной мадам, хоть Изабель и вовсе не знала её лично, а лишь пошла на поводу у грязных сплетен.

– Интересно, как там мисс Уоллес ночевала в столь маленькой лачужке, где всего одна спальня, да и в той занимает место молодой дружок, – грубо сострила миссис Гамильтон, манерно поправляя волосы. – У неё даже нет охраны от дикарей.

Изабель поддержала тихим хихиканьем, вслед пожаловалась:

– Кстати, о дикарках. Что-то в последнее время они вправду отбились от рук, вам так не кажется? Взять нашу, как её там имя, Нюм… последний инцидент в моей спальне был неприемлем, она посмела мне хамить самым низким образом!

Френсис округлила глаза.

– Я обязательно поговорю об этом с Беном, – уверила она.

Старший сын также пока не спускался к ужину, отдыхая у себя.

– Думаю, в такой ситуации дикарке будет мало просто выговора, как сделал до этого главный слуга, когда я пожаловалась на её хождение в сорочке, – подбивала Изабель.

– Я совершенно согласна! – сразу заявила миссис Гамильтон.

Лиони становилось всё сложнее переносить скверных женщин. Раньше девушка, как и брат, даже не думала, что у Изабель такой неприятный характер. Из кухни слова супруги Джима услышала Нюм. Служанка прищурилась, затаив злобу. По просьбе той же дамы смуглянку теперь не пускали в столовую, когда там Изабель, а также ей запретили входить в её спальню.

Позже к Джиму в рабочую комнату пришел Бен с обращением дать ему что-нибудь от мелких ранок вроде царапин, показав на спине с обеих сторон у лопаток несколько тонких полосок словно от ногтей. Доктор, конечно, догадался, кто мог таким образом поцарапать, но не смел озвучивать, а вот сам хозяин с усмешкой выдал:

– В диком месте дикая штучка… Кто бы мог подумать, какая будет жара! – с возбуждением вспоминал он проведенное время сразу с двумя девушками, где одна из них в порыве страсти и нанесла «увечья».

Джим натянуто улыбнулся и после осмотра сообщил, что завтра предоставит одно хорошее средство.

4

Утром доктор с сестрой поехал в лесок для сбора тех самых листьев хона. Лиони, узнав о спине Бена, пришла в негодование, ей вновь стало жаль несчастную Джуди, которая всё терпела. По пути от дома девушка вдруг уловила мимолётный силуэт среди деревьев. Показалось, это был местный мужчина. Она сразу подумала о Шаслэ, даже кольнуло в сердце, грудь волнительно заколыхалась, ладони взмокли. Предвкушая желанную вопреки всему встречу, она дёрнула поводья лошади, поехав быстрее отстающего брата, который решил слезть неподалёку и осмотреть траву.

Оказавшись в лесочке, Лиони сделала вид, будто просто бродит. Однако через мгновение ей навстречу вышел совсем не тот, кого ожидала… В метрах семи-восьми возле дерева стоял мужчина – друг любовника Катарины, что подходил к девушке в ландо и облизывал свои губы. Его чёрный взор пробежался по ней снизу вверх, при этом глаза чуть расширились словно в жажде. Следом он неожиданно засунул руку в шаровары и начал там ею двигать, с улыбкой глядя на ошарашенную Лиони. На подобное отвратительное действие она ахнула. Мужчина вытащил свой причиндал, потрясывая в зажатой ладони и приближаясь к ней. Остолбеневшая до этого девушка ринулась бежать к лошади, а затем поспешила к брату. Ей вдогонку раздались слова на ломаном языке: «Не убегать, я знать, вы любить это!» Любовник Катарины рассказывал ему, что прежде, чем начались их отношения, при первой встрече сеньора велела ему показать своё достоинство, дабы убедиться в его приличном размере, и уже потом, когда её всё устроило, дала согласие на близость. Из этого данный местный сделал вывод о таком же желании подруги Катарины, ведь голубоглазая Лиони ему приглянулась.

Джим насобирал листьев в сумку и, увидев заполошную сестру, произнёс:

– Ты что, привидение увидела или каких хищников?

– Скорее второе! – эмоционально ответила она. – Братец, давай быстрее, – поторопила она, оглядываясь назад. Никогда прежде ей не доводилось видеть подобный стыд. От одной мысли возникало отвращение.

Джим повесил сумку на лошадь и вдруг обратил внимание на странную обувь сестры, на что получил правдивый ответ. Девушка не сомневалась, кто единственный мог ей такое подарить.

В своём кабинете доктор надавил из листьев сок и понёс Бену. Дверь открыла Джуди, немного удивившись, ведь ещё не разглядела никаких царапин у мужа, однако с натянутой улыбкой вынужденно приняла и поблагодарила.

По прошествии дней мысли Лиони никак не отпускал Шаслэ, сердце желало его увидеть. Сейчас был бы очень кстати милый Маю с весточкой. Однажды она вдруг утром проснулась со странной идеей, совершенно внезапно пришедшей в голову, словно кто-то свыше подсказал.

Искательница приключений надумала сделать лёгкий кораблик, положить туда записку и оставить в водоёме. Но кораблик из бумаги не вызвал доверие. В этот момент с улицы раздались стуки топора, в окно Лиони увидела, как двое местных рубили некое растение, похожее на широкий бамбук, но не полностью полое, а имеющее заполненные части ствола. Рабочие без напряжения перекладывали сразу помногу, что говорило о лёгкости растения. Рисковая девушка подошла к мужчинам и попросила отрезать ей круглую небольшую часть; они любезно выполнили желание. Предмет получился похожим на чашу, имел дно и углубление сверху, куда была положена записка со словами: