Евгения Кибе – Зачем ты в моей жизни? (страница 2)

Надя! Только она может такое ляпнуть. Я начала задыхаться от смеха и почувствовала, как морс ударил в нос. Какая гадость.

– Ты..– я высморкалась в салфетку, лежащую под моим стаканом. – Я чуть не захлебнулась. Пойду высморкаюсь в туалете, а то эти маленькие мерзкие косточки от клюквы в носовом проходе застряли.

Надя лукаво посмотрела на меня и раскинулась на диване, давая возможность всем желающим рассмотреть свою свежесделанную грудь четвертого размера. Облизав губы, она бросила томный взгляд в сторону барной стойки, за которой , как воробышки у кусочка батона, собрались парнишки лет двадцати.

Мне знакомо это выражение. Надя вышла на охоту. Кто-то из этой компании станет ее игрушкой на всю ночь. А может даже и не одному посчастливится, а сразу нескольким.

Я встала из-за стола. Поправила темно-синий худи и отправилась в сторону туалета.

Глава 1.2 Костя.

Очередной клуб и очередная пустая трата времени. Лучше бы остался в съемной квартире и учил роль. А еще лучше, в спорт зал сходил бы. Надо поддерживать форму, сводящую с ума поклонниц.

Но, как внушала мне всегда мой агент, мне же надо бывать чаще на людях .“ Торговать лицом” , скажем прямо. Спасибо, что хоть не телом. Повезло, что к своим сорока пяти я уже мог выбирать и роли, и режиссеров. И не надо, как некоторым моим коллегам, на самом деле пробивать себе путь к Олимпу через койку. Как я слышал от сторожил, раньше было все значительно жестче в этом плане, но может это из разряда мифов и легенд?

Я пришел достаточно поздно по меркам киноиндустрии в актерство. Мне уже было за тридцать, когда случай свел с одним режиссером. До нелепости случайная встреча. Я работал в автосервисе, а тот примчался на дымящемся авто.

– Спасите мою малышку и просите за это все, что хотите.

Починил я его “ Жозефину” за час. Пока делала свою работу, мужчина не затыкался ни на минуту. Рассказал о том , где работает, кем, какая у него группа крови и вообще, что он ненавидит актеров, хотя с ними общается каждый день и даже имеет наглость командовать ими же. Когда реанимационные мероприятия завершились, то в шутку попросил его в благодарность снять меня в своем кино. Когда был ребенком, мечтал стать кинозвездой, но родные быстро опустили с небес на землю. Мечта осталась мечтой.

Критическим взглядом окинул меня, грязного от мазута и машинного масла, попросил снять футболку и пройтись.

Я стянул с себя грязную до нельзя ткань и продефилировал по салону. Благо никого кроме меня не было в тот момент в помещении и мое смущение созерцали исключительно внутренности поломанных машин.

– Ну что ж, – протянул мне руку режиссер, – Жека.

– Костя, – ответил я , пожимая его холеную конечность – Одеваться можно уже?

– Да, конечно. И для того, чтобы скрепить нашу будущую совместную деятельность, предлагаю выпить.

Отказаться от такого щедрого предложения было выше моих сил.

С тех пор я начал сниматься в кино, и не только у Жеки, который стал мне близким другом. Его эксцентричность и взбалмошность в обычной жизни, совершенно улетучивались, когда он оказывался на площадке. Мой товарищ становился жестким, авторитарным руководителем. Но результаты его работ всегда принимались зрителями и критиками на ура.

По началу я словил конечно же звезду. Как говорят, пустился во все тяжкие, но тот же самый Жека лихо сбил корону с моей непутевой головы, когда после очередной попойки, в которой он принимал участие больше как зритель, открыл мне секрет о своем здоровье. Несколько лет назад он узнал, что приобрел ” болячку”, как раз занимаясь не одобряемыми обществом делами, и теперь до конца жизни, которой у него неизвестно сколько осталось, обязан принимать препараты.

Тогда я понял, что надо не просто развлекаться, но делать это с головой. От части своих вредных привычек отказался, а вот от беспорядочных связей не смог. Мне нравилось, что женщины боготворили меня, нравилось, что мог делать с ним все, что хотел и когда хотел. Даже этом клубе мог поманить любую и она, наплевав на то, что пришла с парнем,мужем, братом, сватом, тут же отдалась бы мне на столе.

Знал, что они это делали потому , что я звезда. Для них это статусность. А для меня лишняя галочка и разрядка.

В душном помещении этого клуба, где пьяных и обдолбанных вчерашних подростков было больше, чем молекул кислорода, мне стало скучно.

Игорь и Олег, мои коллеги по картине, над которой работали уже некоторое время в Питере, уже кого-то подцепили и уединились, а передо мной продолжительное время вылезали из кожи то одна, то другая, то третья малолетки. А может это одна и та же. Мне сложно различать их. Меняется только одежда, а все остальное – ногти, ресницы, волосы, ботокс- все одно.

Поначалу мне такие издержки профессии, как узнаваемость, даже нравились. Но однажды проснулся и понял, что устал от того, что никуда не могу нормально прийти. Везде либо автограф просят, либо порцию семенной жидкости. Надоело это. Они видят не меня, а моих героев. Многие даже имени моего настоящего не знают и обращаются по имени персонажа, которого я играл в той или иной картине.

– Кость, да уже сделай ты с ней что-нибудь, – рядом со мной на диван мерзкого красного цвета, плюхнулся довольный Игорь и указал пальцем на полуголую девицу на танцполе.

От него разило алкоголем, удушающими женскими духами, смешанными с его древесными мужскими , и быстрым сексом.

Он усадил к себе на колени полупьяную блондинку и полез к ней под юбку. Та начала хохотать и облизывать его щеку.

Меня чуть не вырвало от этого зрелища. Я не ханжа и сам не прочь развлечься, но на людях так уж в открытую , даже для меня это было слишком. Меня слегка передернуло от этого и я решил немного поиграть на нервах товарища.

– Ей восемнадцать-то хоть есть? – крикнул через стол Игорю.

– Да мне какое дело, – отвлекаясь от нее, бросил в ответ коллега. – В клуб пустили, значит есть.

– А если нет? Ты прикинь, что завтра в газетах будет? “Игорь Остров- Педофилы в кино”.

– Да ты дурак, – оттолкнув девушку, злобно бросил мне коллега.– Слышь , как тебя , паспорт есть?– это уже относилось к его спутнице.

– Да, – заплетающимся языком ответила блонда.– Но кредит брать не буду.

– Да на хрена мне твой кредит. Паспорт покажи.

– Блин, Игорек, а ты не поздно спрашиваешь? Уже небось девушку обесчестил, – поддел его, посмеиваясь.

– И не один раз ,– подняв палец вверх и икнув, провозгласила нетрезвая муза.

– Ой, оставьте эти ваши грязные подробности. Мне ещё от Олега выслушивать это все предстоит.

Барышня протянула сумочку Игорю, а тот дрожащими руками стал рыться в закромах ее аксессуара. Выудив паспорт, открыл на странице с фотографией и стал судорожно считать.

– Нормально. Двадцать, – с облегчением выдохнул и запихнул паспорт обратно в сумку, а свой язык в горло этой девице.

Я отвернулся, чтобы не наблюдать их отношения во всех анатомических подробностях. И тут же к нашему столику подпорхнула стайка девушек, едва-едва оперившихся.

– Простите, вы же Константин Зыков? – спросила самая храбрая и грудастая из них.

– Да, – коротко ответил и навесил на свой фасад приветливую дежурную улыбку.

– Ой, а мы все гадаем, вы или не вы.

– Я .

– А можно с вами сфотографироваться?

И сразу же мне в лицо начали пихать свои телефоны. Вспышки, прикосновения незнакомых людей, обтирания об меня своими полуголыми телами.

Если бы это случилось пару лет назад, то я поддавался бы чарам, а даже скорее просто природному инстинкту размножения, и воспользовался бы такими вот фанаточками. Но…Инстинкт хоть и остался, но пришло осознание, что скучно это. Нет вкуса победы, нет нежности и ухаживаний. Да и индивидуальности у этих клубных малолеток тоже нет. Все они были одинаковые. Во всех отношениях. Любили в постели одно и тоже, говорили одно и тоже, даже тела у них были одни и те же. Мне становилось скучно, что каждый раз все происходит так …стандартно.

Многие думают,что с известностью, такие как я , приобретают деньги и счастье. Но это все очень и очень преувеличено. Нет счастья, когда ты видишь людей насквозь. Они не хотят тебя, они хотят твою славу. А встретить настоящего, своего человека, это надо постараться.

– А вы не хотите познакомиться поближе ?– прошептала одна из них мне на ухо.

– Нет, спасибо. Мне завтра на съемку. Но в любой другой раз, с радостью.

Откажешь полностью, слухи пойдут, а соглашаться как-то именно в тот вечер не хотелось.

Девушки упорхнули за свой столик, но продолжали кидать взгляды , полные похоти и желания.

Я вздохнул, понимая, что спокойно посидеть не получится. Лица Игоря и Олега не такие заезженные, как мое. Да и у Игорька баба забавная. Она даже не узнала меня, что очень странно. Но она такая “ тепленькая” , что и не вспомнит вообще ничего утром, обнимая фаянсового друга и мучаясь с похмелья.

У Олега почти такая же размазанная алкоголем подружка, но та сразу просекла, кто есть кто. В принципе, с ними можно было сидеть рядом, не слушая их тупые бредни,и не притворятся кем-то. Но из-за все ещё трезвых посетителей клуба приходилось напрягаться, выдавливая из себя радость и благожелательность на лице. Через пятнадцать минут мне это до чертиков надоело.

– Игорь, – потряс я за плечо коллегу. – Я пойду.

– Угу, – бросил он мне, не отрываясь от куклы, сидевшей у него на коленях.