Евгения Казакова – Обручение (страница 18)
С другой стороны на меня с радостной улыбкой воззрела Ясмин, держащая под руку Давида. Тот также приветственно кивнул и улыбнулся. Не верилось, что еще совсем недавно этот самый человек, который вот уже полтора месяца неистово помогал нам выстраивать план защиты от Клана, был главным ассасином Мюллера. Его верным слугой, и карателем всех неверных.
Я улыбнулась в ответ, и только сейчас заметила, что рядом с ливанкой стоит невысокого роста девушка с густой черной шевелюрой и смуглой кожей. Что-то подсказывало: Мэдди, не иначе.
Когда от алтаря нас с Андреем отделяло всего несколько метров, я наконец увидела его, выходящего нам навстречу: Анджей, облаченный в черный как смоль смокинг, похожий на самого настоящего ангела смерти, ждущего того момента, когда меня можно будет заключить в свои цепкие объятья.
Его золотисто-русые волосы растрепал ветер, а прекрасные синие глаза, так и сияли в сумерках, словно два огромных сапфира.
На тонких губах любимого заиграла настолько ослепительная улыбка, что я едва не грохнулась в обморок. Все вдруг встало на свои места. Стало логичным и понятным, как никогда. Страх мигом покинул меня, сменившись ни с чем несравнимым предвкушением.
Вот на нас с Андреем обратились взгляды Кейши, Лизы, а также Марка и Ксандра. Улыбки на лицах верных друзей так и сияли. Стоящая во главе Оливия не спеша направилась к нам, аккуратно придерживая подол своего платья.
Ее прохладные губы припали к моей щеке, а ладони крепко прижали к себе:
– Поздравляю, моя дорогая девочка. Сегодня во всей твоей жизни начинается важная глава. Андрей…
Голландка посмотрела на друга, а затем добавила:
– …пора передать невесту жениху.
Тот утвердительно кивнул, а затем отпустил мою руку. Ладонь сразу же обдало холодным потоком воздуха, но длилось это буквально одно короткое мгновение, так как на нее практически сразу же опустилась другая: еще более родная и сильная.
– Спасибо, что доставил ее в целости, – благодарно протянул Анджей, смеривая меня любящим взглядом. – Я рад, что именно ты выдаешь Амелию.
Андрей потрепал моего будущего мужа по плечу, а затем послушно направился следом за Оливией, занимая место в почетном первом ряду.
Агата скинула с головы объемный капюшон и, дождавшись, когда мы поднимемся, протянула:
– Все мы здесь сегодня собрались для того, чтобы стать свидетелями древнего обряда, именуемого Обручением. Обручением между жизнью и смертью, белым и черным, вечным и обреченным, мужчиной и женщиной. Обряда, знаменующего начало новой эры. Эры Единого Диаманта, эры света и процветания…
Руки женщины в пригласительном жесте призвали нас придвинуться ближе.
Мы с Анджеем вплотную подошли к алтарю, а друидка любовно прошлась пальцами по плотным желтоватым страницам старинного пергамента.
– Приветствую вас, дети мои! Вам выпал великий шанс стать новыми спасителями всего сущего! Сама Вселенная выбрала вас для этого: благословив силой, верными друзьями и… чистой и искренней любовью друг к другу.
Анджей бросил на меня короткий взгляд, а его улыбка была такой ослепительной и яркой, что сердце в груди так и затрепетало.
Вечерний воздух вдруг стал ощутимее теплее, а где-то недалеко запел соловей. Мои волосы едва заметно затрепетали.
– Прежде чем вы перейдете к взаимным клятвам в верности, я прошу присутствующих подтвердить свое присутствие и благословение этого союза.
Сзади послышался шорох, и мы с Анджеем, смерив друг друга пристальными взглядами обернулись.
Высокая фигура Ксандра гордо возвысилась над ребятами, и друг протянул:
– От имени Земных, простых, нерасположенных ни к какой магии людей, искренне верующих в то, что свет возымеет победу над тьмой, благословляю данный брак и подтверждаю тот факт, что все происходящее имело место быть, происходить и свершаться. Да будет Диамант единым!
Произнося последнюю фразу, друг задорно мне подмигнул, а затем опустился обратно на скамейку. Лиззи сразу же крепко обвилась своей рукой вокруг внушительного бицепса Ксандра.
Затем настал черед Ясмин.
Прекрасная ливанка произнесла все то же самое, что и друг, тем самым благословляя нас с Анджеем от лица Клана Ведьм.
От вампиров выступила Оливия, а от оборотней – Димитрий, как глава Клана.
Когда все было кончено, все присутствующие в один дружный унисон заявили:
– Да будет Диамант единым!!!
Агата удовлетворенно кивнула, а затем вновь обратилась к нам с Анджеем:
– А теперь, ваши клятвы. На правах жениха, ты будешь первым, мальчик мой.
Даниель подошел ко мне, и забрал из рук букет. Мы с любимым повернулись лицом друг к друг другу, и он начал:
– Амелия… Когда я впервые увидел тебя, ты еще была маленьким ребенком. Не думаю, что ты вообще что-то понимала в тонкостях происходящего, но уже тогда я знал, что однажды, когда ты превратишься в мудрую молодую женщину, наши пути обязательно пересекутся. Знал, что в тот день, когда я спас тебя от смерти в первый раз, ты больше никогда меня не оставишь, что рано или поздно смысл моей жизни займешь только ты и никто больше…
Я с трудом боролась со слезами, что вот-вот норовили вырваться из глаз. Еще никто и никогда не говорил мне подобных вещей. В присутствии стольких людей уж точно.
– Я думал о тебе каждый час и каждую секунду, я ждал тебя, надеялся и верил, что однажды в твоем сердце найдется место и для меня, что рано или поздно ты узнаешь, что кто-то любит тебя так сильно, что готов позволить этому чувству затмить собой все вокруг…
Облака стремительно затянули собой все вокруг, а свечное пламя так и задрожало.
– Я сделаю все от себя зависящее, чтобы ты всегда была счастлива, чтобы ты всегда была в безопасности и никогда ни в чем ни нуждалась… Чтобы ни одно создание на этом свете никогда не причинило тебе боли. Я люблю тебя, Амелия Гумберт! Пусть наш союз станет вечным и несет этому миру лишь счастье и свет. Соединись со мной в одно целое… Я буду тобой, а ты – мной.
Воздух с трудом проскочил в мои легкие, но я все же нашла в себе силы дышать дальше.
– Анджей… – наши глаза, сапфир и изумруд, встретились. – Ты – самое лучшее, что случилось в моей жизни. Когда это произошло, я находилась на краю пропасти и уже ни во что не могла верить. Ни в свет, ни в добро, ни в зло, ни во тьму. Ни во что. Во мне не было место ни чувствам, не эмоциям, ничему. Только ты сумел вновь сделать меня живой, вернуть мне веру в мир и его будущее. Ты – мой ангел, моя судьба, мой воздух, моя любовь, мое все…
На губах заиграла улыбка, которую я не смогла сдержать:
– Я также сделаю все для того, чтобы ты был счастлив и ни дня не пожалел о том, что выбрал меня себе в жены. Я люблю тебя, Анджей Моретти! Окончательно и бесповоротно. Пусть наш союз станет вечным и несет этому миру лишь счастье и свет. Соединись со мной в одно целое… Я буду тобой, а ты – мной.
Агата удовлетворенно кивнула, а затем подала Даниелю знак рукой:
– Да начнется Ритуал! Даниель…
Преподаватель послушно кивнул и, что-то взяв с алтаря, подошел к нам с Анджеем.
Только когда он приблизился практически вплотную я с ужасом обнаружила, что это был кинжал.
– Только не говорите, что в этой церемонии все также не обойдется без крови, – протянула я, смеривая Даниеля взглядом. – Мне предыдущего опыта только не хватало…
На губах молодого человека застыла снисходительная улыбка:
– Этот не станет таким печальным, а даст тебе и Анджею лишнюю защиту, именуемую в дальнейшем зовом родной крови. Чтобы ни одно заклятие не сумело разлучить вас. Нигде, и никогда.
Любимый оказался сильнее духом, и уже послушно подставил свою ладонь под лезвие:
– Пусть моя кровь станет связующей нитью, между мной и моей супругой. Нитью, которая никогда не порвется, и приведет мое тело и душу туда, где будет обитать ее.
–
Кровь не заставила себя ждать: она легко заструилась по тыльной стороне ладони Анджея, которую он мигом подставил под широкую серебряную чашу, на самом дне которой уже лежали наши обручальные кольца, выполненные из белого и желтого золота, и на которых было выгравировано всего два слова –
Металл мигом окрасился в багровое, скрыв собой гравировку.
Агата подалась вперед и разбавила кровь несколькими каплями фиолетово-голубой жидкости. Объяснений в данном случае не требовалось. Я прекрасно знала, что это было – Люпитий, особое зелье, способное защитить от нападения вампира.
– Теперь очередь леди, – заявила ирландка, глядя прямо на меня.
Я послушно подала ладонь Даниелю, а тот, в свою очередь, настолько осторожно коснулся моего запястья, будто бы боялся попросту переломить его.
Резкая боль пронзила кожу, но я послушно выдержала это испытание.
Выдавив кровь в чашу, подобно Анджею, я вновь обратилась к нему взглядом: на его тонких губах играла легкая улыбка, а его прекрасные синие глаза так и прожигали меня насквозь своим любящим взглядом.
– Пусть моя кровь станет связующей нитью, между мной и моим супругом. Нитью, которая никогда не порвется, и приведет мое тело и душу туда, где будет обитать его.
Затем Агата закрыла глаза, а из ее уст полилась длинная, похожая на неведомое песнопение речь на том самом языке Манускрипта, что именовался Ультрумом.