Евгения Халь – Постель не повод для знакомства (страница 41)
— Вика, не слушай его! — Марк подлетает к Артему и бьет его по руке.
Кольцо со звоном закатывается под стол, прямо под ноги шефа.
— Охренел совсем? — Артем бросается на него с кулаками.
Марк толкает брата в плечо. Артем спиной падает на стол. Звенит разбитый стакан с виски. Документы рассыпаются по полу.
— Эй! Эй! Эй! Вы чё? — шеф неожиданно ловко вскакивает на ноги и вклинивается между сыновьями. — Брэк! Разошлись по камерам, бакланы! — он хватает их за шиворот, как щенков. — И кольцо поднимите! Совсем очешуели? Бриллианты под ноги бросают!
— Вика, послушай меня, это досадная ошибка! — Марк протягивает ко мне руки. — Кристина просто слишком много выпила! Ей вообще пить нельзя. Не умеет. Между нами ничего не было, клянусь!
Глава 16. Лебединое озеро
— Между ними ничего не было, да, — горячо поддерживает его шеф, продолжая держать Марка за шиворот.
— Не слушай его, Вика! — перебивает отца Артем. — Так будет всегда! Ты вечно будешь слышать, что это в последний раз, что Кристине нужна поддержка, что они выросли вместе, и так далее. А у меня никого нет. Я свободен и не связан обязательствами. Со мной будет по-другому!
— Да! — кивает шеф, — с ним будет вообще по-другому! Тьфу! Чёйта я? — он отпускает сыновей и садится за стол.
Подпирает щеку рукой и ошалело смотрит на нас, часто моргая.
— Я просто лежал рядом с ней, — Марк подходит ко мне и опускается на корточки. — Это же бред отказываться от свадьбы и сразу же выходить за другого.
— Выходить замуж за Марка — это бред! — возражает Артем. — Он скучный, нудный и такой же сноб, как его мамаша.
Марк немедленно вскакивает на ноги и сжимает кулаки.
— Стопэ! — ревет Кинг Конгыч и с такой силой грохает кулаком по столу, что компьютер, жалобно пискнув, выключается. — Я еще раз увижу, что вы друг друга пиз… бьете, кадыки вырву обоим! Вот, ей богу, вырву! На подлого отвечаю! Без "бэ"! Пацаны, научитесь базарить! Решать дела научитесь, как мужики! Серьезно!
— Я только в последний раз ему вломлю, и сразу научусь! — Марк бьет Артема в солнечное сплетение.
Артем складывается пополам.
— Да что ж ты будешь делать! — шеф подлетает к Марку и отшвыривает его.
Марк падает на пол.
— Я предупредил! — шеф вытягивает руку, показывая сыну кулак.
— И тебя тоже, — предостерегает он Артема.
— Я-то что? — сипит Артем, с трудом дыша. — Я его не трогал.
— Может, воды? — подбегаю к Артему и наклоняюсь к нему. — Больно, да?
— Лучше поцелуй, и все пройдёт! — через силу улыбается Артем. — Ничего, до свадьбы заживет.
Поворачиваюсь к Марку. Он как раз встает с пола и сверлит Артема взглядом. Глаза такие бешеные, что аж посветлели от гнева. А когда он свою молочную коровку ночью обнимал, так не бесился, нет?
Сейчас я тебе покажу, как надо мной издеваться!
— До нашей свадьбы точно заживет, — улыбаюсь Артему и прикасаюсь губами к его губам.
— Так это означает: да? — Артем вспыхивает от радости.
— Почти. Я должна еще привыкнуть к этой мысли.
Краем глаза вижу, как лицо Марка вытягивается. Он поворачивается и бежит к выходу. Рывком распахивает дверь и вылетает, так хлопнув на прощание, что лично купленная мной для шефа картинка с пасторальным пейзажем срывается с гвоздя и падает на пол. Получи, фашист, гранату! Не думай, что на тебе свет клином сошелся!
Ну и пусть валит ко всем чертям. Истеричка! Вика не знает Артема. Если брат до свадьбы продержится, и она его не найдет в койке с симпатичной горничной, то это будет еще хорошо. Что ты вообще себе придумал, Марк? Это был фиктивный брак. Фиктивный! Не дай бог с такой психованной начать нормальные отношения. Она явно махровая карьеристка. Ее, по ходу, кроме работы ничего не интересует. Вон как быстро переключилась на его брата. А он, Марк, тоже болван! Зачем ему эти сложности?
Марк зашел в туалет, чтобы умыться. Это только в женских романах мужики бегают за колючими стервами. А в жизни что нормальному мужику нужно? Теплая, мягкая, податливая жена, которая умеет вкусно готовить и ждет его дома в кружевных трусиках. Только его ждет. Единственного! А Вика будет закатывать скандалы и наскоро варить по вечерам сосиски. Кому такая нужна?
Марк повернул рукоятку крана, но ее заклинило. Он нажал сильнее — безрезультатно. Вот первое доказательство его правоты! Стоит ему подумать о Вике, как заедают краны и вообще ломается и портится абсолютно всё. Девочка-беда. От нее нужно держаться подальше! Теперь еще и не умоешься!
Марк разозлился, двумя руками надавил на рукоятку, и… она отлетела, громко звякнув по кафельному полу. Вода фонтаном рванула из крана. Тугая струя окатила Марка с головы до ног. Умылся, называется!
— Да чтоб тебя! — Марк бросился к вентилю в углу, чтобы перекрыть воду.
Попытался повернуть, но вентиль не сдвинулся даже на сантиметр. Мокрые руки заскользили по резьбе. Марк схватил бумажные полотенца, обернул ими вентиль и еще раз попытался повернуть. Вентиль поддался. Марк нажал сильнее. И вдруг кран вентиля треснул под его руками, скрипнул и вылетел на струе воды, как пробка из шампанского. Марка еще раз окатило водой.
Он вскрикнул, захлебнулся, отлетел к двери туалета. Рванул из кармана брюк телефон, набрал Леню и закричал:
— Леня, срочно сюда! В туалете на третьем этаже потоп!
— Ох ты ж япона ты ж мать! — в туалет зашел Сан Саныч. — Это чего такое?
— Да кран в раковине снесло к чертям. Хотел вентиль перекрыть, так и у него кран сорвало. Кто здесь сантехнику ставил? Всё на соплях держится! — возмутился Марк.
— А ты прям спецура по сантехнике! — обиделся отец. — Сейчас пойду черкану пару формул и помогу. Леню вызывай!
— Уже, папа!
— Узееее, паааапа, — передразнил его отец, заходя в кабинку. — Как трындеть, так все, а как кран починить — так никто. Привыкли ручонками по компутерам елозить, гондурасы! Толку с вас, как с Билла Гейтса молока!
И вдруг в туалет залетела стайка балерин в белых пачках. Марк даже сначала не сообразил, что нужно удивиться: откуда в отеле балет? Продолжая наблюдать за растекающейся по полу гигантской лужей, он предупредил:
— Девочки, на другой этаж давайте! Здесь у нас потоп. Вот-вот начнем ковчег строить.
— А нам и здесь неплохо, мальчик, — ответила одна из балерин густым басом.
Марк вздрогнул, поднял глаза и обомлел. Стайка балерин была здоровыми и высокими мужиками в балетных пачках. Их головы украшали веночки из белых перьев, как в балете "Лебединое озеро". Густой макияж с голубыми тенями на веках и нежно-розовой губной помадой дополнял феерическую картину.
— Не, в ковчег я с тобой не полезу, — покачал головой один из "лебедей", сдвинул веночек на затылок и почесал голову. — В ковчег нужно брать нормальных мужиков, которые умеют краны чинить.
— Это кто нормальный? Ты, что ли? — заорал Сан Саныч, вылетая из кабинки.
— Не бухти, папаша! — миролюбиво прогудел один из лебедей, самый крупный.
Он стащил с себя белую майку, набросил на штырь вентиля и тщательно обмотал его. — На пару минут хватит, — удовлетворенно кивнул он. — Слышь, папаша, — обратился он к Сан Санычу. — Ты бы сгонял за подмогой. А то мы от концертного ивент- агентства "Аэлита". У нас времени в обрез. В Европе мы нарасхват. А нам еще тут, в отеле, программу прогнать нужно, и сразу на самолет.
Сан Саныч побагровел, открыл рот, лихорадочно втянул в себя воздух и заорал:
— Я вам покажу сейчас Европу! Вы у меня сразу полетите в столицу Гондураса город Анус, причем без пересадки! У меня в отеле пипидастры! Да я вас всех! Я… всех… — он сжал кулаки и закашлялся.
В туалет влетел Леня. С одного взгляда оценил масштаб несчастья и миролюбиво заметил:
— Саныч, ты чего? Нормальные мужики! Глянь, как грамотно вентиль заткнули! — и обратился к "лебедю", который продолжал майкой зажимать вентиль: —Тебе работа не нужна, сынок? Я бы тебя взял. А то у меня тут все криворукие.
— Папаша, я бы с радостью, — прогудел лебедь. — Руки скучают иногда по работе. Я ж всегда дома всё сам делал. И ремонт, и замену сантехники. Но это было на шарик. А на сытую старость руками не заработаешь. Теперь меня берут арабские, и не только, принцы, и за очень большие деньги. В вашем отеле такую зарплату точно не платят.
— А… ну это да, — согласился Леня. — Это конечно. Я бы сам к принцу пошел. Но воспитание не то. Да и возраст тоже. А ну-ка, помоги мне, раз уж начал, — он открыл чемоданчик с инструментами. — Подержи еще чутка. Пока я воду по всему стояку перекрою.
— Да не вопрос, — лебедь поднял мускулистую ногу в белом чулке, почесал о вторую ногу, и еще плотнее прижал майкой вентиль. — Редуктор захвати. Давление здесь скачет от низкого к очень высокому. Отрегулировать нужно.
Шеф выходит в туалет. То ли деликатничает, то ли, действительно, приспичило. Артем, немедленно воспользовавшись ситуацией, обнимает меня и прижимает к себе.
Он целует меня в волосы, шепчет нежные глупости. А я столбом стою. Заклинило, как Железного Дровосека. Температура — минус пятьдесят. Тело молчит. Мозг тоже. Мне должно быть приятно, как минимум. Артем ведь красивый. Очень! У него накачанная грудь и сильные, но нежные руки. Он мущинский мущина. Что ж такое-то?
Нет, нужно привыкать. Я же только что согласилась быть его женой. Конечно, всегда можно отказаться. Но нельзя же сразу. Во-первых, пусть Марк прочувствует, каково это, когда предают. Мне так нравится, как он злится! Во-вторых, перед шефом уже просто неудобно. Как идиотка: одного жениха послала, за другого ту же уцепилась, а потом и его послала. Кончится тем, что Кинг Конгыч мне вообще ничего не даст. Даже три процента в доле гостиницы, потому что решит, что я на голову больная.