Евгения Грозд – Тортоделка. Истинный шедевр (страница 78)

— Не откажусь, — проронила я и медленно прошла в кабинет. Герман умчался к кофе-машине, а Миша прошаркал за мной. — Вы провели ночь вместе?

— Ради бога, сформулируй вопрос немного иначе, — улыбнулся он. — А то после вчерашнего торта у меня начинает развиваться паника.

— В вашей натуральности никогда не сомневалась. Я думала, Гера подцепил кого-то этой ночью, потому и не пришёл домой.

— Нет, мы выпили пива, и я не рискнул отправлять его на ночь глядя. Он спал на моём диване.

— Да, чета Беспаловых, похоже, уже в привыкает пользоваться твоей крышей в случаях надомолвок, — вдруг стало грустно.

— Может для того я вам и нужен, — проронил тот тоже печально.

Теперь стало нестерпимо жаль его. Не раздумывая, подошла к мужчине и обняла. Погладила по щеке.

— Я вечно буду благодарна судьбе, что познакомила нас, — мягко улыбнулась.

Неистово захотелось приободрить мужчину сделать чуточку счастливей. Решилась и легонько коснулась губами уголка его рта. Миша не растерялся и, пленив за талию, решительно сделал поцелуй глубже. На минуту лишилась разума, но всё же смогла найти в себе силы настойчиво отстраниться.

— Лучше не делать так больше, — проронила сконфужено и виновато улыбнулась.

Мужчина, явно приободрившись, кивнул и отступил:

— Извини, поддался порыву. Ладно, я поеду. Твоего супруга доставил, теперь надо на работу собираться. Сегодня в ночную.

— Да. Спасибо. Хорошей тебе смены, — немного нервничая, заломила кисти рук.

— И тебе. Пока, — отсалютовал стаканчиком и скрылся за дверью.

Задумчиво смотрела на опустевшее после него место, пока взор не упал чуть правее на полочку у двери, на которой стоял стаканчик с кофе. Мой?

Неужели, Гера видел наш поцелуй? Боже… И что просто ушёл? Я брежу?! Взяла стаканчик и отхлебнула. Да, капучино на кокосовом молоке — это мой кофе.

Душу тут же заскребла совесть. Хотя я, по сравнению с ним, по части измен младенец. Ну и пусть! Отогнала уколы стыда и решила приняться за работу.

На смене сегодня Таня и Савва. Первая пришла вовремя, а мужчина опаздывал, причём прилично. Наконец, выждав все сроки, позвонила ему. Снял трубку не сразу.

— Сав? Ты где? Мы уже тебя потеряли?

— Прости, Вик, я наверное сегодня не смогу выйти, — просипел мужчина в трубку. — Думал отпустит, но похоже свалило конкретно. Всю ночь обнимался с унитазом.

— Отравление? — сочувствующе скривилась. — Есть чем лечиться?

— За ночь слопал уже весь уголь.

— Ладно. Пей пока побольше воды. Я быстренько тут разделаюсь с делами и привезу тебе лекарство.

— Нет, Вик. Не стоит, вдруг это заразно. Тебе нельзя болеть, — воспротивился мужчина.

— Хорошо, я что-нибудь придумаю. Держись там, — и сбросила вызов.

— Заболел? — обеспокоенный голос Тани.

— Да, похоже, отравился чем-то.

— Главное, чтобы не в нашем заведении, — подмигнула девушка.

— Типун тебе на язык, — округлила глаза и перекрестилась. — Думаю, я всё же заеду к нему. Куплю лекарства и завезу.

— Уверена? Отправь Германа.

— С ума сошла? Они же друг друга поубивают, — жестами изобразила взрыв.

— Ну Гера, похоже, умнеет. Даже с Мишей попытался наладить общение, — девушка, с которой я уже поделилась утренними открытиями, отвешивала в полусфере сыпучие ингредиенты.

— Только я, похоже, всё испортила, — состроила виноватую рожицу.

— Да? Чего ты опять учудила? — девушка отмеряла разрыхлитель.

— Поцеловала Мишу…

— Что ты Мишу? — тут же вскинула ошеломленные глаза, продолжая сыпать пищевой агент.

— Таня, смотри на весы, — подошла к ней и забрала из рук разрыхлитель.

Но моя персона была для подруги в разы важнее. Никакого профессионализма.

— И как?

— Что как?

— Поцелуй.

— Нормально, — отмахнулась и, отодвинув недееспособную работницу, попыталась убрать лишний агент из сыпучки. — И я почти уверена, что Гера всё видел.

— В смысле почти? — если девушка раскроет веки ещё шире, то её глаза точно скоро выпадут из орбит. — Если бы он это увидел, то бы Мишаню мигом по стене размазал. Может тебе показалось?

— Герман уходил за кофе, а когда поцелуй случился и Миша ушёл, у дверей обнаружила стаканчик. Думаю, он зашёл в этот момент и, оставив кофе, удалился, — поджала губы, ощутив внутри какое-то стыдливое чувство в купе с жалостью.

— Викусь, ну ты прям всех мужиков скоро в депрессию вгонишь. Даже наш доберманчик скоро превратиться в пуделя.

— Да хоть чихуахуа, — фыркнула я. — Он месяц кувыркался с той мерзавкой, будучи женатым, и делал это на зло мне. Я не железная, и пусть тоже посидит в моей шкуре.

— Так, а вот с этого места поподробней, — чую подруга включила психианалитика. — Ты же просто уйти от него хотела, сжечь мосты, забыть, стать равнодушной и всё такое. Ходить мстить и вызывать его на ревность — безразличием не пахнет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Да знаю я, — расстроенно облокотилась о рабочий стол. — И у меня получалось в начале, но после нападения Виктора, это всё куда-то делось. Лучше бы Герман струсил тогда, сбежал или не приехал. Теперь невольно ощущаю себя эгоисткой, когда толкаю снова от себя. Ещё под эффектом страха тогда начала ему в любви признаваться. Язык бы мне оторвать.

— Тебе что жаль его? — Таня понимающе улыбнулась.

— Буду дурой, если скажу, что да? — жалобно улыбнулась в ответ.

— Конечно, нет. Ты любила его. А сразу взять и перечеркнуть такие чувства сложно, хоть он и приложил к этому немало усилий. Главное, видеть грань между жалостью и прощением. Ты можешь его жалеть сколько угодно и продолжать отталкивать от себя, но если поймёшь, что простила, то лучше не мучай ни его, ни себя, ни своих воздыхателей.

— Воздыхателей, — закатила глаза. — Скажешь тоже.

— А то, — захохотала Таня. — Они из-за тебя скоро кондитерскую в руины превратят.

Смеялась вместе с ней, пока в цехе не нарисовался Герман. Внимательно осмотрела его и решила проявить снисходительность:

— Гер, не уходи сегодня раньше. Домой вместе поедем. — Мужчина слегка растерялся, а потом кивнул. — Да и ты не мог бы к двенадцати часам отвезти торт? Закажу такси тебе.

С готовностью кивнул.

Помогла Тане дооформить и упаковать заказные торты. Распечатала бланки для заказчиков. Приняла пару новых тортов. Глянула на часы — первый час после полудня. По расписанию уже всё готово, Танюхе лишь отдать.

— Ладно, я поехала до Саввы, — сообщила Тане. — Вернусь через пару часов.

— Может подождешь, когда Герман вернётся? Я одна тут зашьюсь, — девушка боязливо посмотрела на меня.

— Он уже должен вернуться с минуты на минуту. В любом случае за полчаса ничего не случится, не переживай так.

— Ладно, рыжему привет и пистон за то, что разболелся так не вовремя, — задорно хихикнула подруга.

— Жестокая женщина, — так же игриво сощурила глаза.

Таксиста попросила остановиться у ближайшей аптеки и, расплатившись, отправила. Набрала Мишу и кратко изложила проблему.

— Кто заболел? — иногда его дотошность выводила.

Сказать, что еду домой к влюбленному в меня Савве, чтобы полечить его? Он же потом живьём меня съест, а после вчерашнего в тандеме с Герой.