Евгения Донова – История одного кактуса. Роман для тех, кто боится любить (страница 37)

– О, Копейкин тоже приехал тебя повидать. – К нам подошел Дима и протянул Андрею руку. – Ну здорово, дружище!

Андрей перевел взгляд с меня на него, нехотя пожал руку, а потом снова уставился на меня.

– Так, значит, он все-таки увязался за тобой? – спокойно спросил он.

– Все-таки? В каком… Постой-ка.

Мой влюбленный мозг завис на секунду, а потом на меня снизошло понимание. Андрей тут с проверкой! Он знал, что я на встрече с Димой, и приехал, чтобы удостовериться, что я возвращаюсь домой одна. Мои брови, кажется, уползли на самый верх лба.

– Ты что, приехал меня проверять?

– Или пометить территорию, – усмехнулся Дима. – Посмотри, какой букет приволок. Чтобы никто не сомневался в том, кто тут альфа-самец.

Я метнула на Диму убийственный взгляд.

– Я просто хотел тебя увидеть, Ален. И убедиться, что за тобой не увязался этот хрен, – сказал Андрей и бросил на соперника испепеляющий взгляд.

– Думал, что я притащу домой Диму, чтобы заняться грязным сексом за твоей спиной?!

– Да я вообще-то… – начал Дима, но я рявкнула:

– Заткнись! А ты… – Я ткнула пальцем в грудь Андрею. – Поверить не могу, что ты так про меня подумал!

– Но он же здесь! – возмутился Андрей. – Как ты это объяснишь?!

– Знаете что? – Я переводила взгляд с одного на второго. – Разбирайтесь сами! А я пошла спать! Палисадник свой можешь оставить себе. – Я с силой швырнула букет Андрею в грудь и быстро пошла к двери подъезда.

– Алена!

Они хором меня позвали, но я лишь усмехнулась, а оборачиваться не стала.

В лифте меня разобрал смех, а когда я зашла в квартиру, так и вовсе расхохоталась до слез! Вся эта сцена из дешевой комедии никак не хотела укладываться в моей голове. Неужели они действительно вдвоем приперлись сегодня ко мне и распушили свои хвосты?!

На секунду я испугалась, что дело может дойти до драки, и метнулась к окну. Но нет, они все еще стояли у подъезда и мирно о чем-то беседовали. По крайней мере, никто не держал друг друга за грудки и не пытался расквасить нос. Я снова засмеялась, наливая себе в бокал вина. Во дают!

Минут через пятнадцать, когда я уже успела переодеться в легкий трикотажный халат и собиралась в душ, в дверь позвонили. В глазок я увидела только белые розы. Я постаралась прогнать улыбку с лица, распахнула дверь и скрестила руки на груди:

– Чего тебе?

– Зачем ты открываешь мне дверь в таком халате? – жалобно спросил Андрей, опуская розы. – Думаешь, я еще недостаточно настрадался за сегодня?

С огромным букетом и страдальческим выражением на лице он выглядел умилительно. В животе снова защекотало, и губы сами собой растянулись в улыбке. Я была просто не в состоянии на него сердиться!

– Надеюсь, вы друг друга не покалечили? – уже мягче спросила я, забирая цветы и бережно укладывая их на пуфик в прихожей.

– Нет. Мы поговорили, и сейчас идем в бар.

– Ну, тогда моя душа спокойна. Я рада, что не разрушила вашу дружбу. Но на тебя я все равно злюсь. Мы не настолько близки, чтобы ты ошивался около моего дома и охранял мою честь. То, что ты мне нравишься, еще не дает тебе права этим заниматься.

– Я знаю. – Андрей кивнул, с готовностью соглашаясь с моими обвинениями. – Просто… Мне было неспокойно. И еще я очень замерз. Пусти меня погреться, пожалуйста.

Он сделал шаг по направлению к квартире, но я остановила его ладонью.

– Разве тебя не ждет твой закадычный друг?

– Он с радостью немного подождет. – Андрей улыбнулся совершенно сногсшибательной порочной улыбкой, от которой у меня подкосились колени.

– Значит, ты тут будешь отогреваться, а он – мерзнуть? Нет уж. – С видом учительницы я покачала головой. – Идите в свой бар, а я пойду полежу в горячей ванне.

Андрей зажмурился и застонал так, как будто я всадила ему в ногу нож.

– Зачем ты это со мной делаешь? – спросил он, обращая на меня взгляд мученика.

– Потому что ты, голубчик, сегодня плохо себя вел, – строго сказала я и хотела закрыть дверь, но Андрей успел подставить ногу.

Я уже открыла рот, чтобы выдать очередной язвительный комментарий, но он протянул руки, обхватил меня и притянул к себе. Пальцы у него были ледяные (интересно, сколько он меня прождал?), но от его прикосновения по телу разбежались горячие мурашки. Я тут же растеряла всю свою строгость и безвольно прильнула к нему. Андрей смотрел мне в глаза без намека на шутливость и поглаживал большими пальцами мою талию.

– Даже после того, как ты приехала вместе с другим мужиком к себе домой, выставила меня за дверь и отругала, как пятиклассника, я не могу на тебя злиться. – Он прислонился своим лбом к моему. – Ты сводишь меня с ума.

Я задрожала от этих обжигающих слов и с силой сжала его предплечья пальцами. Как же от него вкусно пахнет, боже! Этот аромат нужно производить в промышленных масштабах, разливать в бутылочки и продавать мужчинам для повышения сексуальной привлекательности. Или женщинам для ярких ночных фантазий.

Какой бред лезет в голову…

Так, надо срочно вспомнить, почему я не могу сейчас взять его за воротник и втащить в квартиру. Я хотела подождать до конца терапии… Да фиг с ней! У подъезда ждет Дима, но сейчас мне было абсолютно на него плевать. А… Мили, точно.

– Надеюсь, ты помнишь, почему не можешь сейчас зайти ко мне? Мы договорились подождать до следующей недели и решить проблему с твоей мини-женщиной.

Андрей глубоко вздохнул и отстранился. На меня тут же повеяло холодом из подъезда. И как это я раньше не заметила, насколько в коридоре промозгло?

– Ты права, прости. Я уже говорил тебе, что не встречаюсь с Мили, но я еще не успел поговорить с ней о тебе. И ты еще не закончила свой курс, да.

– Желаю хорошо повеселиться в баре, – сказала я, нежно коснулась губами его прохладной щеки и закрыла дверь.

Всю ночь меня мучили эротические сны с участием Андрея. Квартиру наполнил аромат роз, и я проснулась в предвкушении праздника. Сегодня я его увижу. И пусть мы пока еще не в полном смысле этого слова вместе, ничто не помешает мне насладиться его обществом.

Весь день я поглядывала на часы, с нетерпением дожидаясь окончания рабочего дня.

Ровно в семь ко мне заглянул Антон:

– Ты готова? Можем ехать?

– Да! – Я с готовностью кивнула, и губы сами собой растянулись в счастливой улыбке.

Я поднялась с кресла и стала складывать вещи в сумку. Антон, облокотившись на книжный стеллаж у двери, с интересом за мной наблюдал.

– Ты сегодня волшебно выглядишь, – заметил он.

И, черт возьми, он был прав. Я смущенно улыбнулась и заправила распущенные волосы за уши. Мне пришлось встать в шесть тридцать утра, но оно того стоило. Сегодня на мне было облегающее черное платье из плотного трикотажа до колен с рукавами три четверти. Казалось бы, ничем не примечательный наряд, но у платья было две фишки, превращавшие его из скучного в игривое. Во-первых, слегка оттопыренные карманы на бедрах, а во-вторых, глубокий узкий вырез, оголяющий соблазнительную ложбинку. Он выглядел так, будто кто-то надрезал платье вертикально, и этот надрез, натянутый грудью, слегка расходился. В общем, я могла бы написать целый трактат об этом платье, это была настоящая находка. Наряд дерзкой учительницы, развратной студентки и покорной личной помощницы в одном флаконе. Образ дополняли черные ботильоны на высокой шпильке и распущенные волосы, завитые на концах. Так что Чебурашка был прав – я выглядела волшебно и прекрасно это знала.

Я накинула строгое белое пальто, и мы направились к лифтам.

– На моей машине поедем? – уточнил Антон.

– Давай, – согласилась я. – Будет повод выпить за ужином.

По дороге в ресторан Антон подозрительно молчал, лишь изредка поглядывая на меня. Это было не напряженное молчание, как в преддверии бури или после ссоры, – скорее он витал где-то далеко в своих мыслях. Я не лезла на рожон и читала почту в телефоне.

В ресторан мы приехали первыми, каким-то чудом проскочив пробки в центре. В гардеробе Антон бережно помог мне снять пальто и, когда мы шли к столику, как бы невзначай положил руку на мою поясницу. Все это меня совершенно не напрягало. Впервые в жизни мне отчаянно хотелось быть любимой и желанной женщиной. И неважно, что мое сердце уже принадлежало другому, – внимание со стороны мужчин больше не вызывало во мне привычного отторжения.

Мы уселись за столик в углу и сделали заказ. Когда официант удалился, Антон, слегка покраснев, сказал:

– Я уже говорил, но повторюсь. Ты сегодня просто удивительно красива.

– Спасибо, – поблагодарила я, расстилая на коленях белоснежную салфетку.

– Мне кажется… Не знаю.

– Что?

– Не могу объяснить. В тебе как будто что-то изменилось за последние дни.

А он ведь был прав! Наблюдательность не самая сильная мужская черта, но здесь Антон попал в яблочко. Для меня изменилось очень многое. Я почувствовала, как начинаю краснеть, и нервно покрутила вилку в руках.

– Ты прав, у меня много чего произошло в последнее время. Плохого… Но и хорошего тоже.

– Ты как будто светишься изнутри, – не унимался он.

– Я не беременна, если ты об этом. – Я попыталась отшутиться, но вместо того, чтобы посмеяться, он вынул из моих пальцев вилку и взял мою ладонь в свои руки.