Евгения Чепенко – Вера в сказке про любовь (страница 19)

— А у вас еще что-нибудь такое интересное есть?

— Есть, — тут же отозвалась я. — Собрание дневников Достоевского, к примеру. Некрасов. Все — конец девятнадцатого.

— А в школу принесете?

Я отрицательно покачала головой. К этому моменту за спинами двоих ребят уже собралась остальная толпа старшеклассников. Раздалось разочарованное гудение.

— А вы считаете, такие книги можно найти только у меня?

— Не-ет, — подозрительно сощурился Васнецов.

— Мы вас знаем, — поддакнул Кирилл, навалившись на спину Коха-младшего. — Вы нас сейчас опять отправите куда-нибудь читать то, что нормальные люди не читают, или делать то, что нормальные люди в каникулы не делают.

Старшеклассники засмеялись, зашумели.

— Эх, раскусили, — деланно огорчилась я. — Ну, не хотите, как хотите…

— Вера Поликарповна! — Мариша всегда была моей любимой студенткой.

Никогда не могла устоять перед ее безграничным любопытством и способностью увлекаться надолго и всерьез.

— Наш замечательный директор упоминал о помощи городским библиотекам волонтерами. Вы сходите к нему. Не представляете, что можно увидеть, если оказаться по ту сторону читального зала.

На этом мой диалог с учениками завершился. Протестуя, галдя, обсуждая, они удалились из библиотеки. Их место понемногу начала занимать младшая группа.

«Ты живая?» — потребовала внимания Карина.

«Не уверена», — набрала я быстро и отложила смартфон, поскольку теперь предстояла настоящая битва. К моему столу неумолимо приближался ОН, мой навязчивый идеал. Кто самая везучая женщина в мире? Кто любит приключения? Без сомнений — Вера!

Принадлежал идеал к роду Кохов, приходился очень старшим братом моему студенту, изъявил желание присутствовать на сегодняшнем уроке, а еще носил имя Тихомир. Снова судьбой посылаюсь к прадедам-славянам. Как выразился в русском дубляже отец Марти Макфлая: сэто будьба! Еще один мужик на мою голову.

И ведь раньше встречала таких вот личновкусовых идеалов, но ни разу мне не повезло пообщаться. Первый женатый, второй на корабле мимо берега проплывал, у третьего голосок тоненький… Короче, не складывалось, и вот вдруг, когда я наконец-то решила, что весь мужской пол мне по боку, и сводным сексуальным брателлой обзавелась, и братом ученика. Я всегда знала, что Судьба — матушка юморная, но не настолько же!

— Теперь понятно, как Олег умудрился увлечься чтением.

— Нет. Чтением он увлекся благодаря Маришке. Это та, что сидела справа от него.

— Эта та, с которой он в паре всегда доклады для ваших уроков делает?

Я утвердительно кивнула.

— Шахматный расчет, — Тихий Мир обворожительно заулыбался. — Уже страшно за вашего парня.

Вот тебе и идеал, Верка! Банальный, как банановая кожура. Это кто в наше-то время курсов примитивного НЛП на любую тему детсадовским способом выясняет у женщины про наличие мужчины? Хотя, может, это я с извечным девчачьим «я прекрасна настолько, что меня хотят даже статуи от фонтана» чересчур много себе фантазирую, а парень всего-навсего как попало беседу поддерживает. На этой крамольной мысли мне так отчаянно захотелось пошалить, почти как Карлсону.

Я выдвинула верхний ящик своего стола, достала оттуда призовую коробку для первоклашек, привычным жестом фокусника открыла ее и протянула собеседнику.

— Конфетку?

Тихий Мир поморгал своими серыми глазами сначала на меня, потом на жевательных червяков с солодкой, потом снова на меня, и только потом вслух немного растерянно подумал:

— А они вкусные?

— Вкусные, — подтвердила я.

Кох-старший осторожно взял конфету, покрутил в руках, внимательно рассматривая.

— Так что насчет парня?

Я пораженно уставилась на самурая. Значит, не выдумала и желаемое за действительное не приняла, еще к тому же и на неоправданную отважность сподвигла.

— Директор упомянул, что вы не замужем…

Да он чертов камикадзе!

— Вы вечером заняты?

А вот это перебор. Где подвох? Должен быть подвох! Либо маньяк, либо женатый.

— Жуйте конфетку, напишите мне свой телефон, и я вам позвоню. А пока, — я многозначительно кивком головы указала в сторону навостривших уши детей, — у меня уроки.

— Прошу прощения, — смутился Тихомир.

На написание номера и побег ему много времени не понадобилось. Я же, пока ребятня подтягивалась, успела Карише изложить сложившуюся ситуацию. Реакция последовала незамедлительная.

«Какой-то он странный».

«Что думаешь?»

«Если пойдешь, то на завтрак и в людное место…»

Карина продолжила наставительные послания на предмет осмотрительного поведения в компании малознакомого мужчины, только неблагодарный адресат вместо того, чтоб крутить на ус мудрости-разумности, углубилась в свои жизненные раздумья.

…

— Итак? — я вопросительно взглянула на Тихомира.

Ну да. Зачем откладывать свое любопытство на неопределенный срок? В понедельник на ужин позвал, в понедельник и получил встречное приглашение на кофе. Не та я уже дева, что перезванивает через сутки минимум и затем при встрече томно, молчаливо потягивает вино. Поменялись приоритеты, а с ними и поведение.

Любопытно, сумеет ли что сообразить в ответ? Вот Свет бы сейчас выдал нечто неожиданное. Подумала так и сама себе удивилась. С чего вдруг вспомнила? А главное, с чего вдруг с ним постороннего мужика сравниваю? Или его с посторонним мужчиной… В данном случае формулировка вопроса имеет значение.

Тихий Мир нахмурился.

— Вы мне так и не ответили.

— Нет.

— Ну, вот видите, а ответ хотелось бы услышать, очень.

— Так это и был ответ. — Героиня моего романа заулыбалась бы сейчас, если бы я по невнимательности сцену столь нелепого свидания оставила в рукописи.

Но я не оставляла, и улыбаться меня не тянуло. Глупо как-то все, утомительно. Наверное, пресловутое женское чутье ощущается именно так: зудящим червячком раздражения на фоне всего происходящего.

Тихомир снова потерялся в дебрях беспощадной женской логики.

Я же с каким-то отчаянным унынием вспомнила фразу Света «какой я дерзкий», а следом и сцену в такси.

— Значит, могу беспрепятственно пригласить на свидание?

Скоростной мальчик. Я прищурилась и внимательно оглядела собеседника. Мне заказ принести не успели, а он к сути своих намерений перешел.

Не может быть такого, чтоб взрослый холостой дяденька так скучно и прямолинейно шел на первую встречную даму. Противоположный пол живет в святой и наивной вере, будто авторы дамского романа — великовозрастные барышни, беспрекословно верящие в любовь. Вот неправда так неправда. Когда реальность не устраивает женщину, она создает свою… Это факт. И он справедлив для всех представительниц слабого пола нашей планеты. У каждой свой способ украсить вселенную вокруг себя. Ведь можно сделать так много всего…

Перекрасить кухню в дикий желтый; купить эти восхитительно дорогие и ужасно ненужные, но ужасно соблазнительные туфельки на высоком каблуке; пофлиртовать с начальником, чтоб получить отпуск в августе, а не в марте; повилять попой перед мужем, демонстрируя новое летнее платье; скрепя сердце съесть мороженое, хотя уже неделю на диете; выключить футбол и снова повилять попой перед мужем; на улице засмотреться на симпатичных парней с плаката; дать мужу подзатыльник за то, что не видит перемены в гардеробе жены, а видит только футбол; услышать вопрос о стоимости нового летнего платья, обратно включить футбол, принести пиво, сухарики и, виляя попой, преданно орать «Зенит чемпион!»…

— Что насчет завтра?

Углубившись в субъективную философию, как-то и думать забыла, к чему я все это начала. А к тому, что Вера — не наивная девочка. Либо Тихий Мир меня в прошлом знал, либо у него какие-то замыслы на мой счет, либо он просто не в себе. Слишком большой уже мальчик, чтоб с первого взгляда на меня запасть. В конце концов, не юная порноактриса.

— Не обижайтесь, но не интересует.

На этом моменте наступил новый сюрприз.

— Почему?

Самое любопытное, что он не лгал. Искренне так спросил, я даже впечатлилась. Свет — он воробей битый, а этот какой-то странно наивный.

— Честно?