Евгения Чепенко – Боксер, Пашка, я и космический отщепенец (страница 13)

Кагараши осекся, пытаясь подобрать нужное слово, но было понятно и так. Фантазия нарисовала нас с Пашкой в виде маленьких железных человечков, додумавшихся ступить на большой круглый магнит. Я тряхнула головой, отогнав шальную мысль. За пределами костюма шумело, грохотало и взрывалось нечто невидимое. Хотя, наверное, не так. Шумело, грохотало и взрывалось не нечто невидимое, а вся природа вокруг.

- Кагараши, а где Сишати и другие?

- Я здесь, - услышала я глубокий спокойный голос капитана. - Не хотите вернуться?

- Ну, уж не-ет, - протянул Пашка.

Сишати хмыкнул.

- Долго не стойте. Минут десять и все. Оглядеться вам хватит.

Я послушно повернулась вокруг своей оси, стараясь удержаться на ногах.

Мы стояли на маленькой треугольной поляне, рядом возвышался уже знакомый по форме сиросэкайский конус с хоботком лестницы до поверхности планеты, легко противостоящей ударам ветра несмотря на кажущуюся невесомость и прозрачность. Справа и слева от нас, заключая поляну в своеобразный полукруг, танцевала гигантская невероятно гибкая черная трава. Толщина самого маленького стебля превышала мою руку. Она поднималась к небу выше корабля и, ветвясь, прогибалась до самой земли. Ураган бил и рвал ее нещадно, порой кладя пластом в ощутимой близости от нас троих.

Прямо перед нами, в просвете между зарослей, тянулась вдаль вереница округлых низких гор, отбрасывающих справа налево длинные тени. Тусклый призрачно желтый свет, проникая сквозь бесчисленные облака, окрашивал окружающую природу в зловещие оттенки.

- Прямо фильм ужасов какой-то! - протянул в капюшоне цветик. Я готова была подтвердить эту мысль многократно.

С неба сорвался разряд и вошел в землю где-то в гуще черной травы. Раздался грохот, от которого заложило уши.

- Вы в порядке? - голос капитана звучал обеспокоено.

- Да! - радостно проорал Пашка.

- Хорошо.

Новый порыв принес косые струи ливня, таки сбившего меня с ног. Хотя ливень - это не совсем удачное определение, скорее это был сильный поток воды, словно мне в спину вдруг направили водяную пушку для разгона буйных демонстрантов. Я упала на колени и поморщилась от резкой боли.

- Мам! С тобой все нормально?

- Что там? - дальше капитан перешел на шипящий, видно обращаясь к Кагараши.

- Отлично все, просто упала.

- Заходите. Достаточно с вас.

Врач молча потянул меня за шиворот. Тоже, подлец, сильный оказался. Поставил на ноги словно тряпичную куклу, будто и не тяжелая я, и шторма нет, и сила притяжения нормальная.

В глубине зарослей слева снова захрустело. В паре метров от моего носа о землю хлыстом ударила травинка, оставив на каменной почве черный плоский предмет, похожий на раздавленное кофейное зерно, размером с две моих головы.

- Ого! Что это? - закричал сынка.

- Побежали отсюда! - вторила ребенку я.

- Мам! Кагараши! Что это? - дернул он за рукав врача.

Последний что-то просвистел.

- Чего? - не поняла я.

- Судя по описанию это семя, - ответил за него Сишати. - Возьмите и уходите.

Пашка, довольный, с помощью парня доковылял до черной тарелки и отодрал ее от камня. Именно отодрал, поскольку она приклеилась к почве.

Спустя полчаса мы сидели в каюте и изучали обнаруженное чудо природы планеты Наташи. Маша с Адольфом развалились в разных углах каюты. Нарашека на кровати. Собак же, видимо решив сыграть на нашей совести, оскорблено свернулся калачиком возле выделенного командой ему горшка, который пришлось поставить внутри каюты поскольку ихнее высочество трусило писать в коридоре за дверью.

- Дольф, иди сюда. Смотри сколько места! - похлопал рукой по полу возле кровати Пашка.

Адресат фыркнул, тяжело прерывисто вздохнул и отвернулся. Тоже мне! Артист Малого и Большого. Кажется, я это уже про кого-то говорила. Я склонилась к костюму ненавязчиво прихватизированному мной во время раздевания, нырнула ухом в капюшон.

- Эй, капитан!

Ответом была тишина.

- Мам, это в маску, наверное, надо.

Я последовала сынкиному совету.

- Да? - раздался удивленный голос. - Где вы?

- В каюте. Мы больше никуда на этой планете не дойдем, - поспешила успокоить Сишати я. Вот интересно, зачем?

- Я слушаю, - он что-то зашипел. В маске раздались короткие ответы на три голоса.

- А когда ураган закончится?

Он хмыкнул.

- Никогда.

Я растерялась.

- То есть как это? Совсем совсем никогда?

- Я запутался, низшая. В вашем языке никогда бывает не совсем?

- Чего? - не поняла я вопроса.

Капитан что-то сердито зашипел. Я услышала отчетливые смешки. Кажется, этот бас принадлежит Шуаи.

- Низшая, мы работать! - О! Этот голос и акцент я с некоторых пор узнаю где угодно!

Сишати холодно отчеканил несколько коротких замысловатых фраз. Смех тут же прекратился. Кагараши больше не подавал признаков жизни.

- Неважно, ураган не кончается. Только дождь идет попеременно.

- Это не дождь, это водопад. А почему?

- Планета повернута к звезде всегда одной стороной. Температуры на освещенной и неосвещенной частях разные, это создает ветер. Понятно?

- Понятно, - я энергично закивала головой, хотя очевидность в моем мозгу еще не была достигнута. Одно я осознала четко:

- Из всех планет во вселенной в мою честь обозвали ту, где можно снимать фильм ужасов!

Он засмеялся.

- Поверь, ей подходит это имя.

- Это намек на мою жизнь?

- А ты оглянись, - Сишати продолжал смеяться. - Мне нравится. Вы похожи с этим миром.

- Очень смешно, - беззлобно пробубнила я. Мне импонировал наш разговор.

- Мам, - склонился ко мне сынка. - По-моему, он нам подходит.

- Кто? - не понял капитан.

10. Голод не тетка, к открытиям потянет

Я зажала ребенку рот ладонью.

- А-а, - извилины усиленно сворачивались и распрямлялись. - Душ, - ляпнула первое попавшееся слово мужского рода.

- Душ?

- Д-да. Мы искупаться хотели.