Евгения Чапаева – Сердце Феникс (страница 43)
– Не все в этом мире крутится вокруг тебя, фениксидка, – почти прошипел он. – Если бы ты была внимательнее, то заметила бы, что тенебр разговаривал не только с тобой.
Кира замерла.
Смысл его слов начал доходить до нее.
В тот момент Шеду действительно стоял позади Киры. Это все меняло.
– Ты хочешь сказать, что… – Она запнулась – Это касается и тебя?
Шеду не ответил. Его глаза потемнели. Тени вокруг него сгустились, словно защищая хозяина.
– Почему ты всегда прячешься за загадками?
Вместо ответа он подошел на шаг ближе.
Теперь между ними почти не осталось пространства.
– Ты правда хочешь знать? – Плечи его напряглись, тени вокруг него сжались плотнее. Кира догадывалась, что он едва держит себя в руках и ее вопросы только сильнее давят на него.
–
Пальцы Киры задрожали. Она схватила его за запястье, движение получилось неловким – вместо того, чтобы оттолкнуть, она невольно притянула его ближе.
– Я должна знать, – слова прозвучали еле слышно, как молитва. – Пожалуйста.
Тени вокруг зашевелились, обвивая ее руку. В то же мгновение магия Киры вспыхнула, пытаясь всполохами пробиться сквозь эту темноту. Танец двух стихий – ни одна не уступала, но они не конфликтовали. Вместо этого они сплелись, будто создавая что-то новое. Шеду глубоко вдохнул, ощущая трепетное успокаивающее тепло, бегущее вверх по руке от места соприкосновения.
– Эта фраза, часть ее… «Душа Дракона»… Это то, что я услышал, когда впервые потерял контроль над своей магией и умирал…
Он посмотрел вниз, на их переплетенные руки. А потом осторожно разжал ее пальцы.
Он отвернулся и, прежде чем уйти, бросил через плечо так спокойно, как будто только что не был готов разнести все вокруг:
– Эта фраза – возможный ключ. Но это все, что я понимаю, по крайней мере сейчас.
Кира зажмурилась. С того момента, как она оказалась в гарнизоне, все пошло кувырком. Нападения, тени прошлого, правда о матери и он… Она потерла лицо ладонями. Мысли путались, но одно она знала наверняка: связь между ее магией и тенями не была случайной.
Она боялась того, что могло скрываться за этими словами. Но она точно не боялась добыть ответы любым способом.
Кира развернулась и направилась к казарме. Сердце все еще колотилось, мысли были спутанными, но она знала: нужно поговорить с близнецами. Они – ее опора, те, кто обязательно выслушает.
У дверей комнаты Финорис она вздохнула и, не дожидаясь приглашения, вошла, с силой впечатав дверь в стену. Внутри царил хаос. Финорис сидела на кровати, уткнувшись в старинный свиток, ее темные кудри падали на лицо. Фирен, раскинув крылья, отжимался на полу.
– Ну что, с какими новостями к нам явилась наша великая победительница чудовищ? – пошутил он, вставая с пола и вытирая пот со лба. – Ты выглядишь так, словно только что встретила самого тенебра.
– Не так уж далеко от истины, – пробормотала Кира, закрывая за собой дверь. Она оглядела друзей. – Нам нужно попасть в библиотеку. Желательно сейчас.
Финорис отложила свиток, в ее глазах блеснул интерес. Фирен, напротив, нахмурился, заметив ее состояние.
– Что случилось? – спросил он серьезно.
Кира глубоко вздохнула, собирая остатки хладнокровия.
– Вы помните ту атаку, когда ранили Керон? У хребта…
– Как такое забудешь? – кивнула Финорис. – Тогда все могли погибнуть. Ты же знаешь, что я с тех пор изучаю о них все, что могу. – Финорис помахала свитком. – Что ты узнала?
– Тенебры… они не просто существа из тьмы. – Голос Киры дрогнул. – Они связаны с разломами. А разломы… – Она замолчала, глядя на Финорис. – Мама… Кажется, она имела к ним како-то отношение.
Финорис резко выпрямилась, ее глаза расширились.
– Чтоб мне выпасть из гнезда, – присвистнул Фирен.
– Ты говорила с Керон? – прошептала Финорис, догадавшись.
Кира кивнула:
– Да. Она еще слаба, но даже то, что я из нее вытянула, значит… Мать погибла из-за тенебров. Керон рассказала о крови и магии, что течет во мне.
Когда Кира закончила излагать все, что навалилось на нее за последние несколько часов, Фирен сжал кулаки и пнул стул.
– Почему они ничего нам не говорили? Как мы можем защищаться, если даже не знаем от чего?
– Именно поэтому нам надо попасть в закрытый архив драконитской библиотеки, – твердо ответила Кира. – Если мы хотим понять, с чем имеем дело, нам нужно выяснить все самим.
Финорис среагировала первой:
– Я пойду и поищу зацепки. Надо хотя бы понимать, в какой части архива может храниться нужная информация. Но и тебе надо еще раз поговорить с Керон, узнать больше подробностей. Что мы ищем в первую очередь?
– Легенду о Первом Огне и что-то про союз света и тьмы.
– Так, ну без меня вы точно не справитесь! Вас, как обычно, придется вытаскивать, – нахмурился Фирен. – Я что, к вам охранником нанимался?
Кира повернулась к Фирену и вдруг ощутила благодарность за эту его неугомонность. Она задумалась на мгновение, потом ухмыльнулась:
– Ты можешь отвлечь всех, кто станет мешать Финорис, пока она копается в их драгоценной библиотеке. Не думаю, что дракониты охотно поделятся знаниями, которыми так дорожат.
Фирен хлопнул крыльями, и ветер разметал свитки со стола. Финорис подскочила к нему, тут же отвесила подзатыльник и принялась собирать бумаги.
Фирен почесал голову, хохотнув:
– Отвлекать – это я умею. Но, Кира, если тенебры действительно связаны с твоей магией… а может, и с твоей судьбой…
– Именно поэтому мы не можем ждать, – перебила его Кира. – Я не собираюсь позволять другим решать за меня, что я должна знать и какой путь мне выбрать, только потому, что у меня особая кровь или магия. Мне надо больше узнать о матери, о том, что она сделала и при чем тут тенебры. Керон не все сказала, это очевидно.
– А ты думаешь, она тебе раскроет всю правду? Они же не просто так не говорили раньше. – Финорис внимательно смотрела на Киру.
Кира задумалась, на секунду позволив себе углубиться в воспоминания о том, как Керон избегала прямых ответов. А еще Кира помнила, что в тот день после гибели мамы руки Керон были перепачканы сажей. Финорис могла быть права.
– Тогда я заставлю ее рассказать, – пробормотала Кира, глядя в пол.
Фирен слегка приподнял бровь:
– Заставить Керон? Это будет поинтереснее, чем влезть в закрытый архив драконитов.
– Мне надоело, что меня не воспринимают всерьез. – Кира опять разозлилась, и на этот раз для того, чтобы ее магия вспыхнула, не нужен был Шеду. Она встряхнула рукой, сбивая пламя.
Финорис кивнула, соглашаясь.
Кира улыбнулась уголками губ, принимая поддержку:
– Спасибо, ребята.
Фирен театрально поклонился, затем взъерошил волосы Финорис, и та протестующе зашипела.
– Ну, за работу, госпожа стратег! – сказал он. – Я буду наготове, если понадобится отвлечь драконитов. Какой наш следующий шаг?
Кира вдохнула глубже, силясь отбросить сомнения:
– Я поговорю с Керон. А вы… будьте осторожны. Мы не знаем, что еще могут скрывать те, кто нас окружает.
Когда Кира вернулась в свою комнату после разговора с близнецами, ее мысли были в беспорядке.
Она сидела на краю своей кровати, обхватив голову руками. Слова, произнесенные Керон, продолжали звучать в ее сознании, словно отголоски далекого грома. «Твоя магия не такая, как у других… Именно поэтому ты… И твоя мать…»
Она сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Магия. Проклятая магия, которая не слушалась ее, которая возникала только в моменты отчаяния и злости и никогда – по ее воле. Кира чувствовала, как ее охватывает привычная волна гнева, но теперь к нему примешивалась еще и горечь. Магия, которая должна быть ей опорой, ощущалась чужой.