Евгения Близкая – Шейх, на моём корабле командую я (страница 3)

К полудню палуба «Атлантиса» напоминала склад высоких технологий. Мы вскрывали ящики, вытаскивая блестящие детали гидролокаторов. Но радость была недолгой. Водитель главной фуры, нервно теребя накладную, подошел ко мне. — Капитан, у нас проблема, — он отвел глаза. — Главный модуль матрицы для глубоководного сонара задержан на таможне. Они говорят, эта электроника подпадает под военный экспорт. Без личной подписи министра портовой инфраструктуры аль-Аттаса они ее не пропустят. Я выругалась сквозь зубы. Бюрократия аль-Аттаса пыталась ставить палки в колеса даже при монаршем покровительстве. Оборудование пришло неполным, и без центрального модуля вся эта дорогущая аппаратура была просто грудой железа. — Неси то, что есть, в технический отсек, — приказала я главному инженеру. — Попробуем собрать и откалибровать систему на резервных контурах. Мы спустились в душный, пропахший канифолью отсек ниже ватерлинии. Инженеры разложили схемы, но уже через час стало ясно — мы в тупике. Уровня подготовки моих ребят не хватало для работы с новейшей матрицей. Инструкции отсутствовали. Я сама закатала рукава, сбросила рубашку, оставшись в майке, и полезла в переплетение кабелей, но разъемы сопротивлялись, а на экране контроллера горела лишь красная ошибка. — Капитан, мы так сожжем процессор, — простонал механик. Я вытерла тыльной стороной ладони пот со лба, размазав темную машинную смазку по щеке, готовая взвыть от бессилия. И в этот момент в отсеке стало тесно. Я обернулась. В дверном проеме стоял эмир Тарик. Он пришел один, в белой льняной рубашке, верхние пуговицы которой были расстегнуты. Проверял доставку груза лично и нашел меня в техническом отсеке, грязную, уставшую и злую. Я ждала, что он вызовет лучших инженеров эмирата или отчитает меня за задержку. Но он молча подошел к рабочему столу. — Вы подаете напряжение не на тот контур, капитан, — сказал он, указав на схему пальцем. Он закатал рукава своей тонкой рубашки до локтей. Его предплечья перекатывались тугими канатами мышц. Он взял у меня из рук пучок оптоволокна и тяжелый зажим. Я замерла в шоке. Политик, миллиардер, правитель государства, которого я знала по приказам и сделкам, отключил питание и быстрыми движениями принялся подключать резервную матрицу сонара. — Здесь отдельное питание предусилителя, — произнес он, сверившись со схемой. Его пальцы двигались с точностью хирурга. — Резервный модуль рассчитан на другое напряжение. Сначала согласуем питание, затем запустим самопроверку. Он ориентировался в новой плате быстрее наших инженеров. На мой вопрос ответил, что учился морской электронике прежде, чем занял трон. Моя челюсть слегка отвисла. Он сам читал схемы и работал инструментом. Я смотрела на него с уважением, которое никакими миллионами заслужить было бы невозможно. Отсек был крошечным. Нам приходилось стоять плечом к плечу, деля узкое пространство перед приборной панелью. От него исходил жар, запах дорогого парфюма смешивался с запахом нагретой канифоли. — Подайте мне торцевой ключ. Десятку, — попросил он. Я потянулась к инструменту и передала ему. В тесноте наши пальцы соприкоснулись. Это длилось долю секунды. Но сухой, обжигающий жар его кожи заставил меня замереть на вдохе. Дыхание перехватило, острая пульсация ударила в виски, по телу прокатилась волна магнетического оцепенения. Я резко втянула воздух, дернувшись. Эмир замер. Он медленно поднял на меня глаза. Его зрачки были расширены так, что почти поглотили радужку. В этом взгляде была такая неприкрытая, первобытная жажда, что кислород в отсеке мгновенно закончился. Физическая тяга между нами была осязаемой, плотной, пульсирующей. Она игнорировала разницу в статусах, в происхождении, в принципах. Сглотнув, я первой разорвала зрительный контакт. Я резко отдернула руку и по его кивку щелкнула тумблером питания. Вентиляторы сонара тихо загудели. На черном экране вспыхнули идеальные, яркие зеленые графики. Калибровка прошла успешно. Система работала. Мы закончили. В отсеке повисла густая, оглушительная неловкость, пропитанная невысказанным магнетическим напряжением.

Рабочий день перетек в сумерки. Я сидела в кают-компании над картами, пытаясь выбросить из головы его обжигающий взгляд, когда с палубы раздались крики. Я выбежала наружу. Возле трапа собралась толпа. Молодой матрос из машинного отделения, Халид, лежал на палубе, скорчившись в судорогах. Его лицо горело нездоровым багровым румянцем, зубы выбивали дробь. Я бросилась к нему, коснувшись лба. Он пылал. — Переохлаждение во время шторма, — крикнул боцман. — И, видимо, инфекция в ране на ноге. Капитан, он горит! Мы не собьем это аспирином! — Махмуд, вызывай городскую скорую! Срочно! Махмуд схватил рацию, настроившись на экстренный канал. Спустя пару минут разговора его лицо исказилось отчаянием. — Капитан, диспетчер отказывается! — крикнул старпом. — Они говорят, что не имеют права въезжать на территорию закрытого королевского порта без личного распоряжения из дворца! Бригада не поедет! Мои кулаки сжались. Бюрократия короны убивала моего матроса прямо на палубе. Халид начал бредить, его дыхание стало хриплым и прерывистым. Счет шел на минуты. Инфекция в крови в таких условиях сжигала людей молниеносно. У меня не было выбора. Моя гордость не стоила его жизни. Я вытащила свой телефон и дрожащими пальцами набрала номер эмира, полученный утром от офицера. Он ответил на первом гудке. — Что случилось? — его голос был собранным и острым. — Вы убиваете моих людей своей паранойей! — сорвалась я на крик. — У меня матрос в критическом состоянии, а ваша скорая боится приехать в этот чертов порт без вашего приказа! Помогите мне! Человек умирает! Это была моя первая просьба. Первое признание собственного бессилия. В трубке раздались короткие гудки. Он оборвал связь, не сказав ни единого слова. Я уставилась на телефон, чувствуя, как внутри всё обрывается. Неужели ему плевать на жизнь простого матроса? — Принесите воду и мокрые полотенца! Освободите место врачам! — я бросилась к Халиду, пытаясь расстегнуть ему воротник. Я в третий раз взглянула на часы. Минутная стрелка ползла мучительно медленно. Ночное небо над портом внезапно вспыхнуло ослепительным светом. Десятки мощных прожекторов ударили с вышек, освещая огромную бетонную площадку возле судна. Гвардейцы внизу мгновенно оцепили периметр, разгоняя персонал. Я придержала голову Халида. Пусть это будут врачи. Пусть успеют.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.