Евгения Александрова – Академия исчезающих факультетов и другие ледяные неприятности (страница 33)

В зале стало темнее – по щелчку придворного мага притушили свет, но по-прежнему горели подсвечники, делая атмосферу праздника загадочной и волшебной.

Нас с Дейманом вовлекли в общий танец – сначала такой чинный и неспешный, но набирающий обороты с каждой минутой. И если сначала я пошатывалась, выделывая грациозные па – повторяя за Энжи, то потом развеселилась, когда музыка понеслась галопом.

А ведь я почти никогда не пила алкоголь. Но так получилось, что сначала то герцог, то герцогиня, то Ян, то даже Хайк и Айла кружились вокруг, и игристое вино лилось под веселые разговоры. И теперь забылись все тревоги, в голове было так чудесно пусто, что хотелось смеяться.

Я наслаждалась тем, как собранные только у висков волосы спадают позади на оголенные плечи, а шелковистое светлое и сверкающее платье кружится вокруг ног, будто само вовлекает меня в танец. И я в какой-то миг так заворожилась этим блеском и кружевом, что всё-таки споткнулась и едва не полетела на пол.

Дейман поймал в объятия в последний момент. Будто за время наших приключений уже научился этому как никто другой. А я так привыкла хвататься за его одежду. Вот и сейчас… мои пальцы вцепились в гладкую на этот раз ткань и не нашли, за что удержаться покрепче.

Я едва не сползла ниже, а Дейман вдруг решительно подхватил мои руки и закинул на свои плечи. Его руки скользнули на мою талию. Попытавшись встать на ноги и сделать шаг, я наступила на длинный подол – и мы вдвоем впечатались в круглую колонну у самой стены зала.

– Простите, – выдохнула я, поднимая голову к лицу Деймана.

Тот тоже, вдруг оказалось, дышал так тяжело и прерывисто, будто был взволнован. Тем, что я опять едва на уронила его на пол… Так непоправимо. Так неотвратимо. Угрожая снова вовлечь нас обоих в сумасшедшую круговерть.

– Господин Грант… – прошептала я, чувствуя его дыхание на своих губах.

Единый, что ж у него такой умный, цепкий взгляд… И я всё еще думала, что смогу скрыть свои чувства. Но он же читает меня насквозь. Я шарила взглядом по его лицу, не зная, как скрыть волнение и не смотреть в его глаза. И желая в них посмотреть, чтобы увидеть ответный огонь.

– Лилиан, – пробормотал Дейман, склоняясь ко мне ниже. – В этот раз я не позволю тебе упасть.

– Конечно, – согласилась я торопливо, пытаясь унять биение сердца и не в силах поднять глаза выше его подбородка и губ, – стоит приберечь силы для очередного перемещения во времени. Кто знает, хватит ли у меня таланта снова упасть нужным… образом в нужный момент.

– Мы можем потренироваться, – услужливо предложил Дейман тем самым низким голосом, который не давал мне спать в ночь в зимнем купе под сердитое пыхтение паровоза. – Только, желательно, не на этом полу – будет больно.

Ужас! Какие мы дураки! Тоже мне научные сотрудники.

Мои руки сползли к нему на грудь, комкая ткань. А руки Деймана еще сильнее сжали талию. Я помню это прикосновение. Такое жаркое. И такое пока невинное. От его губ пахло терпко и сладко одновременно. Музыка заиграла оглушительно, не оставляя шансы на разговоры. И мой разгоряченный разум уже не видел никаких преград – я хотела увидеть, как хмурое сосредоточенное выражение его лица сменится на удивленное и разгоряченное. Взволнованное. Как он потеряет всякий контроль над собой.

И хоть последняя фраза про то, что тренироваться падать надо на чем-то не таком твердом, была ужасно-ужасно неприличная, я уже готова была закрыть на это глаза. Можно ведь и мне иногда не быть такой разумной?..

Правая рука декана обхватила мою горящую от смущения щеку, и Дейман почти раскрыл мои губы своими, обдав жаром и скрытым, но таким неудержимым желанием, когда сзади послышался резкий возглас.

И я, и Дейман мгновенно вздрогнули – и в следующий миг декан уже прижал меня спиной к стене, закрыл собой и развернулся одним движением к врагу, пытаясь выхватить боевой топорик. Который этим нарядом явно не был предусмотрены.

– Надо же. А я думал, вас связывает только работа, – ехидно и довольно улыбался Ян, скрестив руки на груди.

– Иди ты… – мрачно бросил Дейман, выпрямляясь из своей почти боевой стойки.

– Все ждут вас на встречу Нового года, – невозмутимо пожал плечами оборотень. – Так что уж, будьте добры, оторвитесь на время друг от друга.

Теперь уже мне захотелось откусить наглецу ухо.

Тот, явно почуяв мои намерения, быстренько смылся, но момент был утерян. Я осторожно и немного разочарованно вздохнула.

– Лилиан, – обернулся ко мне Дейман, пытаясь снова приобнять за талию.

Но было поздно. Нас ждали. А потом… кто знает, может, повторять этот момент станет уже неактуально – не будет вина, этой музыки, танца… и моих таких неловких падений.

– Нас ждут. Идем, – слабо улыбнулась я, незаметно кусая себя за губу.

Глава 25.1. Дейман

Я продрал глаза, когда в окно уже пробивался дневной свет. Учитывая, что этой ночью мы праздновали Новый год, приходящийся на самую длинную ночь в году, час стоял поздний. Будь я дома, проспал бы первую пару, которую сам же и вел.

К счастью, я не был дома. Да и пары на следующий день после праздника у нас не проводились.

Взгляд скользнул по пышной обстановке комнаты: росписи на стенах, старинная мебель из редкого красного дерева. Как только я сообразил, где просыпаюсь в этот раз, в памяти сразу замелькали картины вчерашнего празднества. Торжественно украшенный зал, легендарный Исангерд дель Йенс собственной персоной, первые люди королевства, елка, украшенная магией так, что у меня двоилось в глазах… А может, и не от магии, а от вина, которое вчера лилось поистине рекой.

Во рту пересохло. На языке держался престранный вкус. Я впервые так напился с тех пор, как мы студентами отмечали «экватор» – середину нашего обучения на факультете артефакторики. Кое-кто из однокурсников потом повторил этот успех на выпускном, но не я. Мне в тот же день сообщили, что ждут в аспирантуре и преподавательском составе, поэтому я счел, что не имею права ударить в грязь лицом…

Лилиан. Я помнил, как вчера прижимал ее к какой-то колонне с твердым намерением поцеловать. Мне казалось, что в обтягивающем красном платье, которое я купил ей возле вокзала, она выглядела сногсшибательно, но я ошибался. Мода двухсотлетней давности была гораздо свободнее с ее корсетами, утягивающими талию до ниточки, и декольте – до такой степени, что перехватывает дыхание. В буквальном смысле.

Пора уже признаться, что она слишком часто мелькает в моих мыслях.

Но я не мог вспомнить, чем закончился вчера наш разговор с Лилиан. Лишь надеялся, что чем-то развратным. Спохватившись, я даже оглядел свою кровать…

Никого, кроме меня. Жаль.

Я потер веки и помассировал ноющие виски. Отчаянно хотелось пить. После алкоголя самочувствие было так себе. И да, Лилиан моя аспирантка, поэтому флирт между нами осуждался бы на факультете. От одной мысли, как она невзначай заглядывает в мой кабинет и остается болтать о чем-то, сидя прямо на столе, кровь начала быстрее течь по венам. Мне так хотелось увидеть эту картину воочию, а не только в воображении… И я бы мгновенно лишился должности, репутации и едва ли не головы, вздумай приблизиться к ней, обхватить за шею и поцеловать наконец эти влекущие меня чувственные губы. Но мы же не там, верно? И еще неясно, сможем ли мы вообще вернуть этот клятый факультет.

Единый, я уже задумывался, а надо ли мне оно, если там на наши отношения с Лилиан будут смотреть с неодобрением.

Впрочем, эти отношения сначала должны по-настоящему начаться. А то, кажется, вчера мы так ни к чему и не пришли. Я бы наверняка запомнил…

В дверь постучали. Я прикинулся, что не услышал, но настойчивый стук повторился – с удвоенной громкостью.

– Сейчас, сейчас, – со вздохом откликнулся я и с трудом отодрал себя от кровати, чтобы одеться.

Пока я натягивал штаны, в голову пришла запоздалая мысль, что наверняка столько вина ночью гостям предлагали неспроста. Герцог Исангерд никогда не был дураком. Вчера празднование проходило в очень узком кругу, а срочно подтянутые перед путешествием знания по истории подсказывали, что до окончательной ссоры с Иинаем оставалось не так уж долго. Не мог ли герцог нарочно напоить всех, рассчитывая, что шпионы при дворе сами выдадут себя?

Со мной и Лилиан он точно промахнулся. Всё, что знали, мы и так уже рассказали его жене. Я даже часы – наш драгоценный билет домой – отдал Хайку без возражений. Хотя оставались еще Ян и Айла – оба себе на уме. Та еще парочка – ничего удивительного, что их так тянет друг к другу.

Поэтому у меня глаза полезли на лоб, когда я наконец открыл дверь и обнаружил там робко улыбающуюся Айлу, свежую, как весенний цветок. Как будто она вчера и не пила вовсе.

Ну да, пока мы с Лилиан отрывались на полную, ей, с ее-то шпионским прошлым, наверняка приходилось внимательно следить за каждым своим словом и действием. На месте герцога я бы вообще бросил ее в темницу от греха подальше. Но, очевидно, супруги дель Йенсы решили, что раз мы из будущего, то никого здесь не знаем и, следовательно, навредить не сможем.

Да и вряд ли от Энжи укрылось, как Ян посматривает на Айлу, хоть и вопит постоянно, что этой шпионке нельзя доверять. А другом-оборотнем герцогиня явно дорожила.