Евгений Вышенков – Именем братвы. Происхождение гангстера от спортсмена, или 30 лет со смерти СССР (страница 50)

Пусть большинство рейдов заканчивалось задержаниями десятков представителей мафии с последующим их роспуском по домам, но потихоньку зубы сотрудников росли и оттачивались. Действительно, они многих арестовывали. Пусть часть из них достаточно быстро выходили из-за того, что потерпевшие и свидетели меняли показания по понятным причинам, но даже за первую пятилетку 90-х большинство братков прошли процедуру изоляции. И повторять опыт никто из них не хотел. Так с них сбивалась спесь, так рождалась лояльность мафии к органам.

Одновременно шла и передача полномочий. Те же сотрудники РУБОП становились «крышами» коммерческих структур. Критиковать это сегодня с позиций официально декларируемых законов – если хотите, антинаучно. Если мы не можем смотреть на время глазами самого времени, то лучше листать «Инстаграм» в разделе «губки бантиком». Главный плюс в меняющихся реалиях был, конечно, не в том, что оперативники начали зарабатывать достойные, по сравнению с жалованьем, деньги. А в том, что предприниматели начали получать более качественную, а во многом более законную услугу. Очень важно еще и то, что непосредственное постоянное общение с оперативниками было занятием более приятным, чем с братвой. Это же вопросы элементарной культуры речи, жестов, взглядов на жизнь, методов решения проблем, внешнего вида. Хотя большинство сотрудников РУБОП со временем переняли внешнюю эстетику братвы. Они также коротко стали стричься, одеваться в те же куртки и носить с собой знаменитые «барсетки».

Мода бывает на все.

Стратегический минус в этом тоже был заложен. Он выстрелит потом. Тщательно скрываемый общеизвестный факт состоит в том, что силовики придут к поголовной внеполитической власти, к покровительству российского бизнеса.

Иерархия подразумевает различное видение вопроса на разных этажах вертикали. Порой внизу рядовые бойцы из чуждых группировок договаривались о чем-то между собой. Миром понимали, как что-то поделить. Тему доводили до бригадира, а он в свою очередь до лидера. Вроде все должно было сложиться, как визы на государственных бумагах: «полагал бы», «согласовано», «утверждаю». А вот у лидера своя информация и взгляд на этот дележ пирога. Можно разрезать и не на всех.

Он встречается с противоположным лидером, кому в свою очередь его братва довела схему, и предлагает приличную сумму за то, чтобы он отступил. Но отступил лично он, а своему коллективу рассказал какой-нибудь, как выражались, «бутерброд».

Ситуации и характеры людей многогранны. Тот соглашался, брал тысяч 20 долларов себе в карман, а своим лил галиматью. Мол, вы не все знаете, все сложнее, чем кажется и т. д. и т. п.

Будущий президент России разговаривает с оперативниками РУБОП

Геноцид бандитского народа

В Чикаго это случилось 14 февраля 1929 года. Люди Аль Капоне тогда расстреляли семерых ребят из клана Бакса Морана. На эту тему сняты фильмы, написаны книги. В историю мафии, а значит, и отчасти мировую историю тот день вошел как «Бойня в День святого Валентина». Даже в Петербурге, не говоря уже про Россию, отечественная братва перевыполнила план по трупам, по кучности, по наглости, по демонстративности.

25 ноября 1993 года на дискотеке «Сельмаш» в Рязани положили восемь человек из группировки Виктора Айрапетова. Лупили из автоматов в упор, густо. Еще девять человек было ранено. Так рязанские «Слоны» реагировали на вызовы конкурентов. И только в 1997 году пошли массовые аресты «Слонов». Им вменили 85 убийств, то есть только те, что смогли доказать. Подумайте, ведь если бы вы принимали участие в сотне убийств, то вам просто тяжело было вспомнить не то что подробности конкретного эпизода, вы бы могли ошибиться на пару десятков трупов. Кстати, «Слоны» исторически замыкались на «тамбовских». Одна из рук Кумарина – Баскаков – и близкий к Кумарину Старостин родились в Рязани и примкнули к сообществу уже со связями с малой родины. Так что в нужные минуты они порой чудили в Питере.

Вы знаете, после такой славы Чикаго даже как-то обидно за нашу тупиковую ветвь: «Наш бандит – всем бандитам бандит».

До сих пор, порой вспоминая прошлое, представители старой школы иногда говорят: «А помнишь „саранских“?» Можно и по-другому: «Помнишь, были „саранские“ и нет „саранских“. Их было несколько, они приехали из Мордовии. Город там есть – Саранск. Все уже судимы, в основном за оружие. Одного из них, Засурцева, искали за убийство.

Они примкнули к Пуху. Он жил в Купчино, а водился поближе к бригаде Кости Могилы. Как позже укажут в приговоре, предприниматель Логинов, которого они взяли под «крышу», «выражал надежды на помощь Пуха, „саранцев“ в ограждении от „тамбовского рэкета“».

Есть зарисовки, которые легче давать в цитатах из приговоров. Текст петербургского судьи Каширина доходчивее.

«В декабре 1993 г. Логинов не вернул вовремя долг, в связи с чем у него возникли проблемы. По этой причине он договорился со знакомыми ему из групп лиц – Петровым, Засурцевым и другими, что они на неофициальной основе будут выполнять функции по охране фирмы, урегулированию отношений с кредиторами и т. д. За выполнение условий Логинов пообещал указанной группе лиц плату в размере 10 % от прибыли его частной фирмы. Однако платы те так и не получили, хотя взятые на себя функции выполняли. Поведение Логинова, когда он соглашался на самые невыгодные условия уплаты своих долгов, убеждало группу лиц, что Логинов их обманывает и скрывает свои доходы. На этой почве между Логиновым и указанной группой лиц, с её представителями, возник конфликт… у Логинова обострились отношения с указанной группой лиц, и он был избит».

Мы видим типичную для того климата схему: бизнесмен обращается к «крыше» только после того, как обманывает кредиторов и видит перед собой коллекторов в виде «тамбовской» братвы. Говоря современным языком, нанятые в кризисный период юристы – «саранские» – отстаивают клиента, хотя вряд ли переговоры с оппонентами были легкие. Долг реструктуризируется, Логинов не оплачивает услугу «саранским» и заодно не выполняет договоренности о поэтапной выплате долга. С полным моральным правом «саранские» склоняют Логинова выполнить свое купеческое обещание. То есть бьют его и стращают.

«В январе 1994 г. Логинов познакомился с Сохибовым, который предложил свои услуги на тот случай, если возникнут серьезные проблемы с группой лиц, которую Логинов представил как „крышу“ фирмы».

Читай, Логинов теперь хочет отказаться от «саранских» и таким образом не выплатить им обещанное. Конечно, он мог бы быстро выйти на какую-нибудь группировку, что-нибудь наврать, но на их встрече с «саранскими» вскрылся бы обман. За ним последовали бы санкции как со стороны «саранских», так и новой «крыши». Это не говоря о том, что невдалеке стоял эскадрон разозленных «тамбовцев». Поэтому он и обращается к некоему Сохибову. Он только внешне случайный попутчик. На самом деле Сохибов и его товарищ приехали в Петербург из Таджикистана, где уже шла гражданская, религиозная война. То есть они были теми, кто привык убивать.

«17 февраля 1994 по вызову Логинова Сохибов и Абдуллоев, вооруженные автоматом и пистолетом, поехали к Логинову в помещение офиса „Петро-Кракор“ в Санкт-Петербурге по ул. Мясникова, д. 6».

Это напротив Николо-Богоявленского Морского собора.

«Действуя согласно разработанному плану, Логинов вызвал „саранских“ в офис, якобы намереваясь уплатить им деньги. Когда в офис прибыли Петров (Пух), Бабич и Лебедев, Логинов открыл им дверь. Абдуллоев и Сохибов, угрожая потерпевшим автоматом и пистолетом, заставляли их пройти в подготовленное для убийства помещение. Заставили потерпевших снять верхнюю одежду и пиджаки».

В фильмах, воспоминаниях можно часто встретить кадры о том, как перед расстрелом раздевают приговоренных. Традиционно здесь несколько функций. Первая – сокрытие, чтобы после по одежде нельзя было опознать останки. Вторая – мародерство. Во время войн сапоги, пиджак являлись нужными вещами. Третья – парализовать волю. В одних трусах человек беззащитен.

Так и в описываемой ситуации. Во-первых, потом, с мертвых тел, карманы чистить труднее. Во-вторых, в этом есть что-то генетическое, льющееся из нашей истории.

«Вскоре в офис прибыли Исхаков, Федоров, Засурцев и Соловьев, которым Логинов открыл дверь и которых также Сохибов и Абдуллоев, наставляя на потерпевших оружие, заставили войти в кладовку, снять верхнюю одежду и пиджаки. После чего, желая и причиняя потерпевшим особые мучения и страдания, заставляя их, безоружных, встать на колени, сесть на пол, в течение длительного времени – не менее полутора часов, на глазах у остальных, понимавших неизбежность своей смерти, Сохибов и Абдуллоев, передавая друг другу автомат, медленно расстреливали потерпевших, заставляя их выдать других лиц, входящих в указанную группу».

Логинов же включал телевизор, чтобы не были слышны выстрелы и крики.

«…Упаковали трупы всех семи потерпевших в дерматин, загрузили трупы в автомашину „мерседес“, стоявшую во дворе, на которой приехали потерпевшие. Затем вытолкали незаводившийся „мерседес“ на улицу, после чего Сохибов и Логинов, остановив для буксировки случайную автомашину, вывезли в „мерседесе“ трупы убитых».