Евгений Волков – Вторая смена (страница 16)

— Ну конечно, — сказал он вслух.

Категория была слишком широкой.

Человек, который двадцать лет работал бетонщиком, но пришёл на объект неделю назад через субподрядчика, попадал в одну группу с человеком, который действительно впервые оказался на стройке.

Дальше было ещё лучше.

Авторы признавали, что на части объектов нарушения регистрировались внутренними службами безопасности, а на других — руководителями подрядчиков. Единого стандарта регистрации не было.

Сергей взял ручку и написал на полях: «СРАВНИВАЮТ НЕ ОДНО И ТО ЖЕ».

Вот теперь всё стало на место.

Он открыл университетский шаблон анализа источника.

Происхождение данных. Шестьдесят две площадки, четыре года.

Выборка. Разнородная.

Ограничения. Неединая классификация временной занятости; различия в регистрации инцидентов.

Выводы, которые источник не позволяет сделать. Нельзя утверждать, что сам статус временного работника является причиной повышенного числа нарушений.

Сергей удовлетворённо откинулся на спинку стула.

В дверь постучал Йорен, инженер по безопасности объекта.

— У тебя две подписи не сходятся, — сказал он и положил на стол журнал вводного инструктажа.

— Чьи?

— Временная бригада, которая пришла вчера. В системе четыре человека, в журнале пять.

Сергей придвинул папку.

Пятый оказался тем самым молодым рабочим в жёлтой каске. Его добавили к смене утром по телефону, а данные в электронную систему подрядчик ещё не передал. Инструктаж парень прошёл: подпись была, отметка переводчика была, номер удостоверения тоже.

— Пока не появится в системе, к самостоятельной работе не допускаем, — сказал Йорен.

— Он уже на этаже.

Йорен поднял брови.

— Тогда его бригадир сейчас узнает новое значение слова «самостоятельно».

Они нашли бригадира через рацию. Тот сначала объяснил, что парень опытный, потом — что электронная запись появится через час, потом — что рабочие всё равно весь день занимаются только разгрузкой.

Сергей выслушал и ответил:

— Значит, час он будет заниматься только тем, для чего допуск не нужен. Не надо превращать административную задержку в нарушение безопасности.

Когда разговор закончился, Йорен постучал пальцем по распечатке статьи.

— Это что?

— Учёба.

— У тебя?

— Нет, у соседнего объекта. Я просто храню.

Йорен прочитал заголовок.

— Временные работники? У нас с ними действительно больше возни.

— С документами.

— И с нарушениями.

— Не уверен.

— А я уверен.

— По чему?

Йорен пожал плечами.

— По журналам.

Сергей машинально посмотрел на журнал между ними.

— Ты их считал?

— Нет. Но видно.

Сергей хотел ответить, что «видно» — не цифра.

И вовремя остановился.

Фраза была бы слишком похожа на университетскую.

— Ладно, — сказал он. — Если когда-нибудь посчитаешь, покажи.

Йорен забрал журнал и ушёл.

Сергей ещё несколько секунд смотрел на закрытую дверь. Его собственная уверенность от разговора не уменьшилась. Скорее наоборот: даже человек, который отвечал за безопасность, смешивал бумажную дисциплину, опыт и реальные нарушения в одно ощущение.

Именно поэтому, решил Сергей, исследование должно было быть точнее.

Он не заметил, что тем же требованием пока не проверял собственный опыт.

На объекте кто-то снаружи начал сдавать грузовик назад. Пищал сигнал. В открытое окно тянуло холодным воздухом и запахом мокрого бетона.

Он посмотрел на последний пункт и добавил:

«Практический опыт показывает, что ключевое значение имеют качество инструктажа и организация площадки, а не форма занятости».

Это звучало хорошо.

Почти окончательно.

В 14:20 выяснилось, что бетонщики хотят заливать небольшой участок в пятницу после пяти. Обычно Сергей остался бы.

— До семи максимум, — сказал бригадир. — Допишем тебе часы.

Сергей посмотрел на календарь.

В 18:00 в корпусе Нова стоял дополнительный разбор количественных источников. Его вёл Эмиль Каррас — преподаватель, который позже должен был вести у «Возвращения» прикладную статистику. В расписании встреча значилась ещё с сентября как часть задания по критике источников: как читать таблицу, если ты пока не умеешь строить такую таблицу сам.

Сергей дважды собирался не идти.

— Не могу сегодня, — сказал он.

— Что, семейное?

— Университет.

Бригадир замолчал.