Евгений Волков – Когда не осталось Земли. Дилогия (страница 6)

– Ну, внешним видом я точно не смогу их всех напугать до смерти. Хотя близок к этому.

Хмыкнув, Андрей прикоснулся к сенсору, включил воду и умылся.

Привести себя в божеский вид было несложно. На судне было все необходимое, поэтому вскоре Андрей вытирал подстриженные волосы и гладкое лицо. В этот момент система связи ожила, из динамиков раздался голос ИИ.

– Капитан, сканирование системы завершено. Обнаружены две уцелевшие верфи, на тестовый запрос ответила лишь Марс-5, находящаяся на орбите Деймоса. Крепость Марс-2 также вышла на контрольный запрос.

Андрей подхватил верхнюю часть формы и тут же покинул свою каюту, направившись в сторону лифта, который ожил при его приближении. «Перун» всё ещё экономил энергию, что было неудивительно в текущей ситуации.

– Хорошо, железяка. Сейчас буду на мостике, выведи всю информацию на капитанский пульт.

Лифт с тихим шипением и на приличной скорости понёс его в нужном направлении. Лифты на кораблях не всегда несли своих пассажиров вверх или вниз: они вполне могли это делать и в другие стороны, что в несколько раз упрощало перемещение по большим кораблям.

Оказавшись на мостике, Андрей опустился в кресло капитана, начав изучать информацию, что успел собрать ИИ «Перуна». Итак, что мы имеем? На контрольный запрос отозвались верфь на Марсе и крепость. Но это был лишь контакт одного искусственного интеллекта с другим, шансов на то, что там были люди, равны нулю. Иначе они бы попытались выйти на связь ещё в первый раз. Дела как всегда – не лучше жопы, в которой Андрей оказался.

– Так, железяка, у нас две проблемы. Первая: мы чертовски далеко от верфи. Вторая: мы туда хер долетим. Идеи, Ватсон? Хм… Кстати, отныне ты Ватсон.

– Бортовое имя принято. Ватсон. Что касается нашей проблемы, единственный ненулевой шанс – это внутрисистемный прыжок.

– Ты предлагаешь нам совершить очередной гиперпрыжок в рамках системы? Кажется, ты раньше мне все уши прожужжал, что это смертельно опасно.

– Иных вариантов я не вижу, капитан.

Андрей задумался. Это означало опять сыграть в рулетку с судьбой. Бросить монетку в третий раз и в третий раз ожидать, что она упадёт на ребро. Но, чёрт побери, сам Андрей тоже не видел других вариантов. Вздохнув, он откинулся в кресле и, смахнув очередные данные, проговорил:

– Ну и хер с ним. Давай прыжок. Высчитай координаты верфи и соверши прыжок максимально близко к ней. Там уже будем разбираться, что к чему… Если выживем.

– Выполняю расчёт прыжка. Приготовиться к прыжку. До прыжка 10… 9… 8…

Андрей выдохнул. Опять его ждёт игра в рулетку, в надежде, что именно тот выстрел будет холостым. Опять волна боли и темноты, а затем вспышка сознания. Сначала понимание, что всё тело болит так, словно его вывернули наизнанку, а потом собрали обратно.

– Арх… – затем стал появляться слух, зрение и все остальные чувства. Андрей с трудом выпрямился в кресле, вглядевшись в экраны с данными.

– Прыжок совершён. Однако повторный подобный прыжок может быть последним, повреждения слишком велики.

– Да будто я не знаю… Что там с верфью?

– Обслуживающий персонал не активен. ИИ принял протокол и информацию о повреждениях, верфь выходит из гибернации и приступает к ремонту, используя вшитые протоколы.

– Обожаю технологический процесс. Я бы никогда в жизни в этой херне не разобрался. Вывести на обзорный экран верфь.

Экраны, что транслировали космос, моргнули, и вскоре перед капитаном показалась верфь, которая выглядела вполне себе целой. Она стала оживать, вспыхивая огоньками, которые весело подмигивали «Перуну». Насколько знал Андрей, подобные верфи были способны на автономный ремонт в самых сложных ситуациях, однако строить без вмешательства человека они не могли. Да и ремонт обычно проходил под надзором военных инженеров. Но где их теперь взять, этих инженеров? От верфи оставались четыре автономных буксира. Но вот один из них резко сменил курс, а потом вспыхнул яркой звёздочкой. В сторону «Перуна» двигались лишь три буксира.

– Что это было?

– Скорее всего, буксир был неисправен и уничтожен ИИ.

Ну да, хотя времени по меркам Вселенной прошло совсем мало, тем не менее оно прошло. Да и после боя за Землю здесь никто не обслуживал уцелевшую технику. Так что подобные моменты были ожидаемы.

– Какие прогнозы ремонта передаёт верфь?

– Ремонт займёт от трёх до шести месяцев, в зависимости от серьёзности повреждения.

Мат. Единственное, что вырвалось у Андрея. Три месяца минимум! Благо на верфи можно будет пополнить и базовые потребности корабля, такие как воздух, вода и еда.

– Что с Марс-1?

– Марс-1 не отвечает.

Марс-1, была самой большой колонией людей на необитаемой планете, по сути первой колонией. Огромный город на экваторе Марса, накрытый огромными куполами, – самый амбициозный проект, что положил начало человеческой экспансии в космос. И вот он тоже разрушен. Конечно, надежда всё ещё была, но увы, шансов мало.

– Я могу спуститься на Марс-1?

– Да, используя десантный бот, вы сможете совершить посадку на планету.

Ну вот и был небольшой план из нескольких пунктов. Первый: начать ремонт. Второй: обследовать колонию. Тем временем буксиры пристыковались к «Перуну» и потянули его к верфи, открывающей свои недра. Она напоминала огромного кита, пожелавшего проглотить корабль.

Скафандр ЕБК-10 (расшифровывается как единый боевой костюм) был десятого поколения и от своих прошлых собратьев отличался большей автономностью, меньшим весом и ещё кучей пунктов. Но для Андрея, привыкшему к лёгкому полётному скафандру, это было самое важное. Шлем с лёгкостью закрылся, проецируя на щиток информацию о своём носителе и об окружении. Сам врио капитана устроился в пилотском кресле бота, готовясь к полёту в сторону Марса, который займёт у него несколько часов.

– Ватсон, как связь?

– Слышу вас хорошо, капитан.

С каждым днём ИИ «Перуна» всё больше подстраивался под человеческое общение, отчего был уже больше похож на человека, чем в первые дни их знакомства. Сразу покинуть «Перун» и отправиться на Марс-1 Андрею не удалось. С момента стыковки и начала ремонта прошло уже почти два месяца. Причиной стали обязанности, которые ИИ верфи радостно взвалил на его плечи. Куча мелких дел, решать которые должен человек. И вот его затянула почти двухмесячная рутина. Сказать, что это Андрею нравилось, значило очень нагло соврать. Но это позволило ему погрузиться в дела, отвлечься и прийти в себя. Ремонт шёл хорошо. Планировалось, что ещё несколько недель – и «Перун» будет в боевой готовности.

– Отлично. Держим связь. Обо всех странных моментах – прямой доклад, и о процессе ремонта – тоже.

– Принял, капитан.

Бот дрогнул, выпущенный системой «Перуна» в открытый космос. Курс был проложен, и автоматика тут же направила его в сторону красной планеты. Марс. В древности так именовали бога войны, и, пожалуй, те, кто назвал планету в его честь, не ошиблись. Кроваво-красный – именно таким казался Марс с этой стороны планеты. Словно огромный шар опустили в кровь, а затем повесили в чёрной мгле. Марс для Андрея не был домом, тем не менее он существовал, в отличие от Земли.

Бот дрогнул, затрясся, входя в разреженную атмосферу Марса. Хоть её, считай, и не было, тем не менее ощущалось некое трение, отчего бот иногда вздрагивал. Бот с лёгкостью вошёл в атмосферу и вскоре двигался на высоте в сторону Марса-1. И то, что видел Андрей на обзорных экранах, разрушало его последние надежды. Руины – именно так можно описать то, что осталось от одной из самых больших колоний Земли. Фокин увёл бот в сторону центральной площади, опуская его в разрушенный купол, а затем и на саму площадь. Бот со стуком опустился, и Андрей покинул его. Сложно описать то, что он чувствовал. Первое, что он увидел на площади, кроме разрушенных домов, – тела. Бактерии не могут размножаться, когда почти нет кислорода, и потому тела, пролежавшие почти 60 лет, выглядели так же, как в день своей смерти. Дети… Взрослые… Ноги Андрея подкосились, словно огромный валун придавил его плечи. Не удержавшись, он сделал пару шагов и рухнул на колени. В груди всё сжалось. Безмолвный крик сорвался с уст парня, а руки в бессилии ударили по камню. Глаза щипало от непривычных слёз, хотелось сорвать с себя шлем, бросить его в сторону и… Но слишком умные системы ЕКБ не позволили совершить самоубийство.

– Ненавижу… Я их всех ненавижу… Тварей, что пришли ко мне домой… Тварей, что отобрали у меня всё… И тех, что делали вид, что нам друзья… Все они твари… А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Руки дрожали, нет – всё тело дрожало. От боли, ненависти и бессилия. Что может сделать одинокий человек, очутившись на руинах своего дома? Пальцы впились в поверхность площади. Он может всё. Ему уже нечего терять. А значит, он способен делать страшные вещи с теми, кому есть что терять. Где-то есть ещё остатки флота, не мог он испариться полностью, даже если не выходил на связь уже долгое время. Где-то есть материнская планета этих тварей. И вот туда… Вот там… Там он превратит её в ад, так же, как это сделали они с его домом.

– Капитан! В систему вошли пять кораблей боевого флота Торгового альянса.

Ещё одни твари, предавшие дружбу, построенную веками, ради спасения собственной шкуры. Тяжёлый выдох.

– Как быстро они нас найдут?