Евгений Волков – Бабушкины сети. Техники мошенничества на недвижимость и защита от них (страница 22)
Одна из наиболее серьёзных проблем при рассмотрении исков о наследстве и собственности состоит в том, что судьи часто недостаточно осведомлены о методах мошенничества и о том, как мошенники маскируют поддельные документы. Судья, рассматривающий спор о наследстве, может не иметь специальных знаний в области криминалистики документов, может не знать о типичных ошибках при подделке завещаний, может не понимать, как именно мошенники манипулируют процессом нотариального удостоверения. В результате судья может принять поддельный документ за подлинный, если этот документ выглядит официально и сопровождается нотариальной печатью.
Кроме того, структура доказывания в гражданском процессе часто работает в пользу истца, особенно когда истец является опытным мошенником. Гражданское законодательство применяет принцип, согласно которому каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования. Если истец, представивший поддельные документы, утверждает, что он является наследником на основании завещания, то ответчик (жертва) должна доказать, что завещание является подделкой. Однако доказывание подделки часто требует экспертизы, которая стоит денег, требует времени на проведение, и результаты которой могут быть оспорены. Жертва, которая не знала о подделке и не готовилась к такому развитию событий, часто находится в невыгодной позиции.
Процессуальное манипулирование является одной из наиболее значительных проблем при рассмотрении исков о собственности. Мошеннический адвокат, зная закон лучше, чем среднестатистическая жертва, может использовать процессуальные инструменты для затягивания дела, для создания препятствий для подачи защиты со стороны ответчика, для манипулирования сроками и процедурами. Например, адвокат может подать на ходатайство об ускорении судебного разбирательства, что вынудит жертву принимать срочные решения. Или, напротив, может использовать различные отсрочки и ходатайства для затягивания дела на годы, надеясь, что жертва в конце концов откажется от защиты из-за утомления и затрат на юридическое представительство.
Особой уязвимостью в судебных процедурах по спорам о собственности является вопрос о надлежащем уведомлении ответчика. Гражданский процессуальный кодекс предусматривает, что ответчик должен быть надлежащим образом уведомлен о поданном иске и о времени и месте судебного заседания. Однако на практике процедура уведомления часто нарушается. Почтовые уведомления теряются или задерживаются, адреса указываются неверно, или жертва может получить уведомление слишком поздно, чтобы надлежащим образом подготовиться к защите. В некоторых случаях жертва может вообще не получить уведомление и может узнать о судебном решении уже после вступления его в силу.
Вынесение судебного решения – это момент истины, при котором судья принимает решение о том, удовлетворяет ли он требования истца или отказывает в них. Если судья вынесет решение в пользу истца (мошенника), это решение становится основанием для внесения изменений в реестр прав собственности и физической передачи имущества. Если судья отказывает в требованиях, жертва сохраняет своё имущество, но мошенник может апеллировать решение и инициировать новый судебный процесс в апелляционной инстанции.
Апелляционное производство представляет собой ещё один уровень судебного разбирательства, где дело может быть полностью переоценено. Апелляционная инстанция может согласиться с судом первой инстанции, может отменить решение полностью или частично, или может вернуть дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Мошенники часто используют апелляционный процесс как инструмент для продолжения давления на жертву, подавая апелляции даже в случаях, когда апелляция имеет мало шансов на успех. Целью часто является просто затягивание дела ещё на годы, в течение которых жертва остаётся в состоянии неопределённости.
После апелляционного разбирательства возможно кассационное разбирательство, где дело может быть пересмотрено еще раз, но уже по вопросам права, а не по фактам. Кассационная инстанция может направить дело на новое рассмотрение, если обнаружит нарушения юридической процедуры, допущенные нижестоящими судами. Весь этот многоуровневый процесс может длиться годы, в течение которых правовой статус имущества остаётся неопределённым.
Одной из наиболее коварных особенностей судебной системы является то, что правовая позиция может быть потеряна из-за процессуальных упущений, даже если по существу жертва была совершенно права. Например, если жертва пропустит срок для подачи возражений на исковое заявление, суд может отказать ей в возможности позже представить эти возражения. Если жертва не явится на судебное заседание, суд может рассмотреть дело в её отсутствие и вынести решение на основании позиции только истца. Если жертва забудет подать на апелляцию в установленный срок, она может потерять право обжаловать неправильное решение суда. Мошенники, зная об этих процессуальных тонкостях, часто целенаправленно создают для жертвы условия, при которых она упускает эти критические сроки и процессуальные действия.
Значение доказательств в судебном разбирательстве невозможно переоценить. От того, какие доказательства представлены и как они оценены судом, зависит исход дела. В контексте наследственных споров доказательства могут включать сам документ завещания или наследственные свидетельства, свидетельские показания людей, которые присутствовали при подписании завещания, письменные свидетельства о содержании воли наследодателя, справки о состоянии здоровья наследодателя на момент составления завещания, и многие другие документы. Мошенники часто подготавливают подложные версии этих документов, создавая даже свидетельские показания через скомпрометированных или обманутых людей. Жертва, столкнувшись с таким объёмом доказательств, часто не знает, с чего начать и как опровергнуть каждое из них.
Экспертиза документов является одним из наиболее эффективных способов разоблачения подделок в судебном процессе. Однако проведение экспертизы требует времени, денег, и в некоторых случаях доступ к оригинальным образцам почерка или других характеристик для сравнения. Кроме того, даже результаты экспертизы могут быть оспорены, если мошеннический адвокат наймет другого эксперта, который даст противоположное заключение. Суд может оказаться в ситуации, когда два эксперта дают противоположные мнения, и судье остается решать, какому эксперту верить. В этом случае часто побеждает тот, чья позиция выглядит более убедительно, независимо от объективной истины.
Еще одна проблема состоит в том, что сроки давности для оспаривания сделок в гражданском праве ограничены. Для оспоримых сделок срок давности составляет один год с момента узнания о нарушении, а для ничтожных сделок (сделок, которые недействительны независимо от оспаривания) срок давности составляет три года с момента начала исполнения. Это означает, что если жертва узнает о мошенничестве слишком поздно, она может оказаться лишенной возможности оспорить сделку, так как истекли сроки давности. Мошенники часто специально затягивают раскрытие мошенничества, надеясь, что жертва узнает о нём только после истечения сроков давности.
Роль судейского усмотрения в исходе дела также не должна быть недооценена. Судья, рассматривая спор о собственности, имеет значительную свободу при оценке доказательств, при взвешивании аргументов обеих сторон, при выборе того, какому свидетелю верить, если показания противоречивы. Это судейское усмотрение, конечно, необходимо для справедливого решения, но оно также создаёт возможность для ошибок и для того, чтобы судья под влиянием убедительной, но ложной презентации фактов мошенниками принял неправильное решение. Некоторые судьи более опытны в выявлении признаков мошенничества, в то время как другие могут быть более наивны и более восприимчивы к убедительным аргументам хорошо подготовленного адвоката.
Вторая жизнь, которую получает спор после вынесения судебного решения, – это этап исполнения решения. Даже если суд вынесет решение в пользу жертвы, требуется еще один процесс для регистрации этого решения в органах регистрации прав собственности. Жертва должна подать документы в Росреестр с копией судебного решения и требованием о внесении изменений в реестр. Однако здесь также могут возникнуть препятствия. Регистрирующие органы могут запросить дополнительные документы, поднять вопросы о подлинности судебного решения, или предложить различные интерпретации того, как именно следует внести изменения в реестр. Весь этот процесс может добавить еще месяцы к времени разрешения спора.
Психологическое воздействие многолетнего судебного разбирательства на жертву мошенничества нельзя игнорировать. Неопределённость относительно того, будет ли жертва в состоянии сохранить свой главный актив – свой дом – создаёт постоянный стресс. Многие жертвы жертвуют своим здоровьем, своей карьерой, своими семейными отношениями в попытке защитить своё имущество через длительное судебное разбирательство. Некоторые жертвы, истощённые этим процессом, начинают искать урегулирование со своим мошенником, согласившись на невыгодные условия только для того, чтобы избавиться от неопределённости. Мошенники знают об этом психологическом эффекте и часто специально продлевают судебные разбирательства, надеясь, что жертва в конце концов сдастся.