Евгений Вальс – Ялиоль и озеро Лиммы (страница 40)

– Может быть, я и ошиблась в предсказании. Судьба переменчива, – невозмутимо произнесла Женевьева, – но я права в том, что скажу: Ялиоль обладает способностью забирать энергию жизни и возвращать её во Вселенную, туда, где родилась наша душа! Она появилась, чтобы сохранить хрупкую гармонию и удержать мир от хаоса, если некое существо попытается её нарушить. Забрав его силы и отдавая их Вселенной, воплощение живого света уйдёт вместе с этим потоком, потому что нет ничего прекраснее, чем возвращение туда, где ты родился!

– И это всё, чего ей следует опасаться?! – рассмеялся Минар.

– Матушка, я иначе представляла себе… – осторожно заговорила Ялиоль, но Женевьева её прервала.

– Ничто несравнимо с великой радостью возвращения к нашей Матери! – твёрдо сказала хранительница. – И ты уйдёшь к ней, покинув наш спасённый мир.

– Однако выбор у неё всё-таки будет! – упрямо повторил Минар.

Арсений, удручённо молчавший на протяжении всего спора, вдруг оживился. Он достал ключ от каменного озера и, сжав его в кулаке, произнёс:

– Ялиоль, я хочу, чтобы ты чувствовала себя счастливой! И я верю, что ты сделаешь правильный выбор!

Сказав это, Арсений размахнулся и бросил пряжку в каменное озеро. Ударившись о твёрдый щит, ключ начал скользить по гладкой поверхности, оставляя за собой полыхающие дорожки. Наблюдая за передвижениями пряжки, люди увидели, что она выжигает на поверхности заслона древние письмена.

– Читай, Ева, назад пути нет! – потребовал Минар.

Но Мать рода пошатнулась и едва не упала. Её успел подхватить Евсей, усадив на гладкий валун. Хранительница, бросив взгляд на горящие надписи, неодобрительно покачала головой и отвернулась.

– Матушка, пожалуйста! – попросила её Ялиоль.

– Нет, я не стану подвергать опасности твою жизнь и мир пяти государств!

Минар спустился с неба и хотел к ней подойти, но путь ему тут же преградили каменный воин и жемчужная девушка. Отодвинув их простым взмахом руки, божество приблизилось к Матери рода и встряхнуло её за плечи.

– Ева, хоть раз в своей долгой жизни поступи не так, как хочется тебе, а как просят другие! Снизойди до простых людей.

– Матушка, вы же доверяете нам! – не стал останавливать Минара Арсений.

Мать рода ответила не сразу, она ещё сильнее закачала головой и, закусив губу, постаралась сдержать слёзы. Что она думает, никто не мог знать, но Женевьева медленно встала и произнесла:

– Я действительно слишком долго живу и привыкла слушать только свой внутренний голос… Я сделаю то, о чём ты меня просишь, но знай: ты желаешь счастья любимой, и она будет счастлива там, где окажется! А сможешь ли ты стать счастливым здесь без неё?

– Может быть, я не научился любить без привязанности и с уходом Ялиоль моя жизнь остановится. Но я верю: что бы ни случилось, мы будем вместе! – заверил её Арсений.

В его глазах не было радости, и Женевьева поняла, что он готов умереть, если не существует иного выхода. Юноша принял решение, и отговорить его никому не удастся. Оставалось лишь смириться. Хранительница крепко сжала его руку, потом поддалась чувству и обняла.

– Не сомневайтесь в том, что вы поступаете правильно, матушка, – прошептал Арсений.

Его слова придали сил Матери рода. Хранительница смахнула слезу, и шесть крыльев на её голове пришли в движение, поднимая над землёй свою хозяйку. Женевьева подлетела к центру озера и вслух начала читать древнее заклятие, написанное по спирали. Никто не понял ни одного слова, так как письмена были на языке давно исчезнувшего народа. Хранительница – последняя, кто понимал символы, исчезающие сразу, как только она их произносила.

Лёгкое эхо повторяло магические слова и вскоре унесло последнюю фразу, прозвучавшую едва слышно. Погасшие письмена на мгновение ярко вспыхнули, а люди вздрогнули от раздавшегося треска лопающегося щита. Трещины разрастались от центра, как паутина. Куски камня, отрываясь от общей массы, поднимались вверх и тут же сгорали, словно лёгкий пух, а через разломы начала просачиваться голубоватая дымка. Вскоре каменное озеро исчезло, и взору пришедших открылось озеро лиммы. Голубым туманом оно поднялось из глубины, скрывающей спящего монстра. Горное кольцо вокруг открывшейся темницы Тубы теперь напоминало дымящийся кратер вулкана.

– Я думала, что лимма бесцветна, – удивлённо прошептала Хельга.

– За сотни лет жизненная энергия во что-то преобразовалась, – предположил Талас и посмотрел на Женевьеву, в надежде услышать подтверждение своей догадки. Но Мать рода не шелохнулась.

Тогда Минар, с пугающим восхищением в глазах, устремился к самой кромке озера. Он медленно опустил свою лапу в туман, затем вторую, а после нырнул в него. Люди замерли, подобно Матери рода, предвкушая момент, когда он начнёт пить жизненную энергию! Не заставляя себя долго ждать, Минар поднялся над туманом. Теперь он был гораздо крупнее, а его белая грива разрослась настолько, что её струящиеся пряди заполнили большую часть пространства над озером. Божество впитывало лимму своей гривой, заставляя голубоватую дымку множеством клубящихся струек подниматься вверх.

По мере того как озеро отходило от берегов, Минар увеличивался в размерах. Внезапно горы и земля содрогнулись от резкого оглушительного звука, похожего на трубный рёв слона, только гораздо грубее и в сотни раз мощнее. Минар молниеносно взметнулся выше, вслед за ним из тумана вырвался колоссальный хобот, похожий на каменную башню, и принялся извиваться, ища то ли берег, то ли того, кто его потревожил.

– Спрячьтесь где-нибудь! – обернулась к людям Женевьева. – Быстрее!

Путешественники, очнувшись, поспешили воспользоваться советом. Лишь Арсений не хотел уходить, но взгляд Ялиоль был более чем убедительным. А тем временем Туба окончательно проснулся от многовековой спячки и начал выбираться на берег. Из тумана четырьмя пиками высунулись суставчатые конечности и, согнувшись, вонзились в скалы. Затем они начали вытягивать грузное тело монстра из ямы, образовавшейся на месте озера. Та часть Тубы, которая медленно выползала на берег, напоминала бордовую бесформенную массу. Из неё, как из клетки с эластичными стенками, рвались на свободу существа, в которых можно было разглядеть очертания человеческих лиц. Они безмолвно раскрывали рты, точно кричали или пытались прокусить удерживающую их оболочку.

Монстр вновь издал свой мощный рёв и, выбросив вперёд два щупальца, вытащил большую часть себя из ямы. В третий раз, оглашая своё пробуждение, Туба вобрал в себя хобот и поднял вверх суставчатые конечности. Издалека божество походило на гигантского головастика с пузырящейся кожей, если бы не торчащие во все стороны конечности, как у паука. Его кожа свисала грубыми складками и находилась в постоянном движении, даже когда её хозяин стоял на месте.

– Вечно пребывать во сне – это незаслуженная для тебя милость! – пролетел над своим давним врагом Минар. – Приготовься к справедливому возмездию!

Туба явно вспомнил соперника и, выпустив сразу несколько хоботов, издал рёв такой мощи, что с горных вершин посыпались камни, а за камнепадом поднялся ураганный ветер, грозя вырвать из земли здоровенные валуны. Завывание стихии холодило кровь в жилах притаившихся людей. Они до боли вцепились в то, что ещё удерживало их на земле, и думали только о том, как бы не оказаться пленниками вихря. Так началась схватка двух монстров.

Туба намеревался поймать противника или пронзить суставчатой конечностью. Для этого он убрал свои ласты и начал подниматься на хвосте, извиваясь, как пойманная змея. Минар принялся кидать во врага сгустки зелёного пламени. Уворачиваясь от жгутов и острых шипов, божество метко попадало в цель, но вскоре заметило, что Туба даже не старается защититься. Оружие соперника не причиняло ему никакого вреда. Монстр издал несколько коротких звуков, похожих на смех, затем вобрал в себя конечности, оставив только огромный хобот. Грузной массой плюхнувшись на землю, он вызвал обрушение берегов озера. Противник не желал отступать и метнул в него сноп зелёных молний. Сияющими лентами они забегали по телу Тубы, но тут же рассыпались искрами. В ответ тот направил хобот на Минара и со свистом начал засасывать его вместе с воздухом. Минар заметно испугался и попытался отлететь на безопасное расстояние, однако оно не только не увеличилось, а начало сокращаться.

– Вот и плата за самонадеянность, – хладнокровно произнесла Мать рода, окружённая защитным ореолом, уберегающим её от камней в неутихающем урагане.

– И что теперь? – Фелискатус выбрался из укрытия, глядя, как Туба уверенно засасывает противника. – Мы можем что-то сделать?

– Сейчас вряд ли, – с досадой отозвался Арсений и мельком глянул на брата и родителей Ялиоль.

Талас и Хельга, вцепившись друг в друга, даже не услышали его, а Евсей лишь пожал плечами, закрывая собой Нарине от стихии.

На глазах ошеломлённых зрителей Минар потерпел поражение. Многовековое противоборство закончилось, а справедливость так и не восторжествовала. Ураган в мгновение стих, и камни посыпались на землю. Поглотив соперника, Туба громко огласил победу и начал надвигаться на горы, стремясь покинуть место своего долгого заточения.

– Пора! – решительно произнесла Ялиоль. – Если я рождена для того, чтобы остановить Тубу, – судьбоносный момент настал!