Евгений Вальс – Ялиоль и озеро Лиммы (страница 15)

Скопление воды обрело новые очертания, и появился годрозус. Чудовище с шестью разными по форме клешнями напоминало гигантского омара, вырубленного изо льда. Угрожающе подняв острые клешни-сосульки, он посмотрел на врага тремя десятками глаз, извивающихся на длинных стебельках вокруг головы.

– В твоей прозрачной голове я не вижу мозгов! – крикнула в ответ Хельга. – Иначе ты угрожал бы не мне, а настоящему преступнику.

– Не пытайся меня заговорить! – прошипел гидрозус.

Щёлкая второй парой ледяных клешней, словно гигантскими ножницами, он стал надвигаться на неё, медленно переставляя суставчатые лапы.

– Вместо того чтобы размахивать клешнями, отправился бы к Вилингрону, – не выказывая ни малейшего страха, ответила Хельга. – Не знаю, кем он тебе приходится, но Вилингрон видел…

– Замолчи!

Водное чудовище кинулось в атаку. Хельга оставила своё оружие в хижине и огляделась в поисках того, что могло бы его заменить.

– Предоставьте это мне! – услышала она чей-то голос.

Рядом с ней возникла фигура Фелискатуса в обтягивающей безрукавке, имитирующей рыбью чешую. Натянутая поверх белой сорочки с высоким воротником, она так ярко засверкала в утренних лучах света, что Хельга прикрыла глаза. А маг шире расставил ноги, скрытые под голубыми шароварами, хлестнул по земле хвостом, и в сторону монстра устремились огненные ручейки. Ноги гигантского омара зашипели от огня и начали испаряться. Пантероид, вслед за ручейками, выпустил в него пылающий сгусток магической энергии, но ледяная клешня отбросила его в сторону хижины. Стена из сухого тростника вмиг вспыхнула, и Хельга бросилась тушить пожар. Чудовище ощерилось, занимая позицию для новой атаки.

– Ты предаёшь свою богиню, сражаясь со мной! – приготовил для атаки клешни-щипцы гидрозус.

– Нет, я лишь хочу удержать её дитя от ошибки. Воспользуйся советом и навести Вилингрона.

– Предатель! Ты перешёл на сторону врага! – взревел гидрозус и глянул на Фелискатуса стаей негодующих глаз.

Часть суставчатых ног гидрозуса испарились, отчего он начал заваливаться на бок.

– Остановись и послушай меня! – настаивал пантероид.

Однако дитя богини Тутрапан оставалось непреклонным. Вода из его хвоста перетекла вниз и вновь образовала недостающие конечности. Монстр в ярости выбросил вперёд клешню с намерением разрезать противника пополам, но пантероид взметнулся вверх и, перепрыгнув его, оказался за спиной атакующего. Заклинание пут не подействовало на него, и громадный омар быстро сориентировался. Ему не нужно было разворачиваться, ведь водяное тело легко трансформировалось, и голова вмиг переместилась на место хвоста.

– Пора остановиться! – крикнул Фелискатус. – Мы не должны сражаться друг против друга!

– Ты заплатишь за измену жизнью! – не унималось обезумевшее чудовище.

Оно объединило шесть клешней в две более крупные и бросилось на пантероида. Маг произнёс заклинание и, опустив голову, едва успел обхватить себя руками, как в ту же секунду его тело оказалось между лезвиями ледяных щипцов.

Монстр щёлкнул клешнёй и сразу отскочил в сторону. Хельга потушила пожар и, следя за их сражением, увидела, как прозрачная конечность существа рассыпалась, ударившись о защитный щит. Издав дикий рёв, гигантский омар разинул пасть и, подбросив неуязвимое тело вверх, проглотил пантероида.

Воительница замерла на месте, не думая спасаться бегством. Однако сочувствовать Фелискатусу было ещё рано. Сквозь прозрачное тело было видно, как пантероид, оказавшись внутри монстра, поднял голову, а на его руках вспыхнули голубые камни. После чего к водяному чудовищу устремились потоки оранжево-жёлтой пыли. Хельге пришлось закрыть глаза и нос, так как она тут же попала в эпицентр песчаной бури, вызванной пантероидом. Когда же ветер перестал трепать волосы и одежду, она осторожно разомкнула веки. На месте монстра она обнаружила его глиняное изваяние и вылезающего из разинутой пасти Фелискатуса.

– Он в ловушке и с первым же дождём освободится из неё, – взглянув на Хельгу, горделиво сказал пантероид. – А на твой вопрос, как я тут оказался, отвечу прямо: я следил за тобой.

– Так вот, значит, кто таскался за мной всё это время! – Хельга сплела руки на груди и усмехнулась. – Получается, ты выбрался из города следом за мной и всё это время ходил хвостом. Умно. Не пойму только, почему не помешал похитить Вилингрона, когда я влезла в дом дознавателя?

– Будь у меня сомнение, что ты враг Доринфии – я убил бы тебя в тот же миг. Но я не привык судить сгоряча и рад, что заметил тебя в толпе на праздничном шествии, после чего смог сделать несколько умозаключений.

– Умозаключений?! – она изогнула бровь с презрением. – Может, ты ещё благодарностей ждёшь за то, что сохранил мне жизнь? Хотя, – она сплюнула в траву, – за акулью морду, и правда, спасибо.

Хельга изобразила шутовской поклон. Лицо пантероида дрогнуло, но он быстро взял себя в руки и ответил сдержанно:

– Я готов мириться с твоим присутствием ради…

– Вот как?! – перебила его Хельга. – Не слишком ли ты самонадеян, размахивая передо мной своим хвостом?

– Я попросил бы тебя уважительнее относиться к моей персоне! – погрозил ей Фелискатус.

Хельга решила промолчать, хотя напыщенный пантероид напрашивался на колкость. Маг объяснил, что является главным жрецом храма богини Тутрапан. Поразмыслив и собрав факты, он понял, что Хельга не имеет отношения к произошедшему на главной площади, но точно знает что-то о том, кто это сделал, потому отправился за ней. Фелискатус намеревался с её помощью отыскать негодяя, совершившего святотатство, и покарать его за то, что лишил его народ любимой богини.

Фелискатус заявил, что не примет отказа и, хочет Хельга или нет, пойдёт с ними. Он выглядел решительным, и ей ничего не оставалось, как принять пантероида в их небольшой отряд. В этом были и плюсы: от сильного мага, фанатично преданного богине, наверняка будет польза. Он уже доказал это в сражении с акульей мордой.

Попрощавшись с Дариной и оставив ей немного денег за погром, Хельга разбудила Евсея. Прихватив мага, они направились к постоялому двору, где ночевал Талас. Город только пробуждался от утреннего сна, и улицы были почти пусты. Все окна ещё были затянуты занавесками, а на клумбах и в вазонах едва распустились цветы. Но их терпкие и сладкие ароматы уже перемешались, кружа голову. В воздухе засуетились пробудившиеся букашки, а на ветвях защебетали пёстрые птицы.

Талас уже не спал. Выслушав Хельгу, он нахмурился и некоторое время недоверчиво глядел на пантероида, но всё же согласился.

Прежде чем двинуться в путь, они решили хорошенько перекусить. Талас спустился вниз, в трактир, позвал сонную подавальщицу и приказал принести тушёных бобов, маринованных стеблей бамбука, компота из сладких персиков, которыми славились эти края, свежего хлеба, сыра, овощей и зелени. Когда еду подали, Фелискатус заговорил.

– Насколько мне известно, сейчас вы пребываете в полном бездействии, – заявил он, согласившись разделить завтрак со своими новыми спутниками. – Однако судьба послала вам меня, чтобы подсказать следующий шаг.

Талас и Евсей бросили вопросительный взгляд на Хельгу, но та лишь пожала плечами.

– Не стану томить вас ожиданием, – отхлебнув компота, продолжил пантероид, – мы должны встретиться с той, чьё имя мне крайне неприятно произносить. Я говорю о бывшей невесте моего принца.

– Ты знаешь путь в долину эллолианов?! – от напряжённо-терпеливого выражения лица Хельги не осталось и следа, её глаза, полные волнения и внимания, устремились на пантероида.

– Я слышал о долине лишь от вас, но мне кажется, это не то место, где нам нужно её искать.

– А где же? – Хельга подалась вперёд.

– Я отведу вас, и вы всё сами увидите, – он подцепил когтем персик из компота и закинул в рот.

– Вы уверены, что там мы найдём Ялиоль? – с нескрываемым сомнением спросил Талас.

– Я предоставлю вам возможность убедиться в моих словах и проверить собственные силы! – Фелискатус сунул руку в карман шаровар и с довольным видом положил перед санторием три жемчужины. – Это оставила ваша дочь в храме богини Тутрапан, где предстала перед людьми в облике жемчужного монстра. Если слухи не лгут, то вы можете общаться с Псинтам – душой Алории, которая подскажет, где найти остальные жемчужины, а вместе с ними и…

Пантероид сознательно не произнёс имени девушки, демонстрируя своё отношение к ней. Отец Ялиоль, с прежним сомнением в лице, взял жемчужины и, зажав их в кулаке, закрыл глаза. Хельга и Евсей замерли в ожидании, а Фелискатус сложил руки на груди, откинувшись на спинку стула. Талас сомневался не в своих способностях, ему с трудом верилось, что Ялиоль до сих пор находится в облике одного из слуг Архиса, ведь только в этом случае Псинтам укажет ему путь к скоплению жемчуга.

– Наш доринфийский друг прав! – открыв глаза, сказал Талас, и едва заметная улыбка тронула его губы. – Если мы хотим увидеть Ялиоль, то нам следует отправиться в самую южную часть Алории, в местечко, называемое Минарстан.

– Впервые слышу, – отозвалась Хельга, – но готова там побывать.

– На древнеминарском языке название этой местности звучит как «Мёртвый мир», – пояснил Талас.

Возникла тревожная тишина.

– Там ничего нет, лишь горы и голая степь, – нарушил паузу Талас. – Минарстан – просто слово для отпугивания любопытных. Однако мы отправимся в Мёртвый мир и постараемся быть там более осмотрительными.