Евгений Цветков – Семь жизней. Рассказы о хирургах и их пациентах (страница 4)
Опыт работы электриком в дальнейшем не раз помогал Алексею в его работе по организации освещения различных объектов инфраструктуры города Санкт-Петербурга. Кроме этого он обладал и другими знаниями в различных сферах. Например, он неплохо знал историю города. Так не плохо, что мог во время обычной прогулки рассказать клиенту больше чем любой экскурсовод. Алексей был весьма начитан и эрудирован. Он с лёгкостью поддерживал разговоры на различные темы с потенциальными заказчиками, прекрасно улавливал настроение и жизненные позиции собеседника. Мог изящно преподнести все преимущества предлагаемого проекта. Это помогало ему заключать выгодные контракты по освещению с руководителями различных организаций.
Принося прибыль компании, он сам имел не плохой процент и зарабатывал приличные деньги, которые также грациозно тратил на маленькие жизненные радости. Алекс, так звали его на работе, любил потусить по питейным заведениям города Санкт-Петербурга, танцполам и караоке-клубам. И в одном из таких заведений он познакомился с молодой барменшей Кэт, так на английский манер звали её близкие друзья.
Их роман вспыхнул молниеносно, словно спичка, и разжёг неугасимый пожар в сердце Алексея. Катя не была сказочно красивой, но в принципе была не плоха собой. В общем, обычная симпатичная, среднестатистическая девушка. Таких на жизненном пути Алексея было много. Не отличалась Кэт и особым умом и сообразительностью. Она не была так эрудированна, как Алексей, который мог поддержать беседу на любую животрепещущую тему. Но зато она умела внимательно слушать собеседника и очень простодушно и искренне смеялась. Что же притягивало Алексея, уже довольно разбалованного вниманием лиц женского пола, к этой, казалось бы, обыкновенной девчонке? А притягивало его только одно – это был бешенный и ненасытный секс. Кэт занималась сексом весьма изящно. У неё были нежные влажные губы. Алексею нравилось, когда они касались его губ и других частей его тела. Кэт любила, когда ее связывают, шлёпают по упругой попе, жёстко хватают за волосы. При этом она эротично стонала и, достигая пика блаженства, судорожно билась в экстазе. Во время секса она не переставала хвалить Алексея, периодически выкрикивая: «Ах, как классно. Как ты это делаешь? Ты мой Бог!» Алексею видно нравилось быть чьим-то Богом. Ну, в принципе любому человеку хочется быть востребованным. Он был полностью поглощён своей страстью. И подобно наркоману, ожидающему новую дозу эндорфинов, он с нетерпением снова и снова ждал встречи с Кэт. Одна только мысль о Кате вызывала у него эрекцию и перебои в дыхании. Такая зависимость непременно привела к браку и Алексей с Катей стали жить вместе.
Но счастье, наверное, не может длиться вечно. И спустя каких-то три месяца безудержной любви и привязанности друг к другу Катя вдруг охладела и по какой-то даже самой ей неизвестной причине обиделась на Алексея. Она начала избегать сексуальных контактов со своим мужем. Лёша искренне не понимал в чём причина такого неадекватного поведения жены. Он был внимателен к ней, покупал цветы, периодически что-то готовил на ужин. Как-то пытался сгладить свою вину, которой по сути дела и вовсе не было. Он напрягался, и пытался вспомнить, где и когда мог накосячить и провиниться перед Кэт, но таких прецедентов не было и не могло быть. Через три недели отсутствия секса у Алексея началась настоящая ломка, словно у наркомана, который не смог во время получить дозу своего приворотного зелья.
И вот однажды Алекс со своим генеральным директором пошёл на товарищеский ужин с заказчиками. Выпив несколько рюмок коньяка под вкусный салат из тигровых креветок и приступив затем к горячей закуске, они обсудили некоторые рабочие моменты предстоящей сделки. Тут один из заказчиков обратил внимание на четырёх прекрасных дам, сидящих за соседним столиком.
– Взгляните, ребята, какие шикарные девчонки рядом с нами сидят – сказал он.
Генеральный директор тоже был большим ценителем женского пола. Он тут же подозвал официанта и заказал девочкам большую пиалу красной икры, бутылку коньяка и пару бутылок дорогого шампанского. Алексей подошёл к девушкам и предложил разбавить их общество прекрасных амазонок своим скромным мужским коллективом. И уже через тридцать минут после состоявшегося знакомства, разгорячённые алкоголем парни и девчонки, дружно танцевали под весёлый, заводной музон. А через три часа уже достаточно выпивший Алексей провожал одну из девушек домой и остался у неё ночевать. Вместе они провели романтическую ночь полную сексуальных приключений.
Утром Алекс проснулся с больной головой, выпил стакан холодной воды из под крана, оделся и сказал томным голосом:
– Ну, мне пора домой.
– Может телефончик хоть свой оставишь – сказала прелестная амазонка.
– Нет – ответил Алекс, – я женат.
– Это, конечно, печальное обстоятельство. Хотя мне в прочем всё равно. Мне с тобой понравилось. Хотелось бы ещё как-нибудь встретиться с тобой.
– Боюсь, что это невозможно. Извини. Прощай – сказал ей в ответ Алексей и вышел из двери квартиры.
Когда Алексей вернулся домой, он разделся и прошёл на кухню. Жена нарезала на разделочной доске какой-то салат с помидорами. Кэт была явно на взводе.
– Ну, и где ты шлялся всю ночь? – выпалила она. – Изменял мне с какой-то шлюшкой, наверное?
– Ну, а что ты хотела? – спросил Алекс – Держишь меня третью неделю на каком-то сексуальном голоде. Ещё и обижаешься непонятно по какой причине месяц уже.
И тут Катя, что есть мочи одним ударом снизу вонзила острый, кухонный нож в бедро Алексея. Лёша автоматически оттолкнул Кэт, та упала, ударилась о косяк двери и на мгновение потеряла сознание. Кровь из раны лилась алым, пульсирующим фонтаном, растекалась брызгами, лужами и мелкими ручейками по кафельному полу. Алекс плотно прижал к ране скомканное, кухонное полотенце. Кровить стало поменьше, но словно вареная сосиска, начало раздуваться бедро и появилась распирающая боль в нём. Алексей почувствовал слабость и сильное головокружение. Катя забилась в угол и испуганно смотрела то на окровавленный пол, то на Лёшу. Алексей набрал номер скорой помощи и тихо сказал:
– У меня ножевое ранение в бедро. Кровь ручьём течёт. Приезжайте срочно. Мой адрес: улица Шувалова десять, квартира пятьдесят.
Андрей Иванович Козырин переехал в Санкт-Петербург из Иваново. Дочь его поступила в университет и они с женой выгодно продали свою просторную трёхкомнатную квартиру в Иваново и купили небольшую двушку на окраине Питера. Андрей Иванович устроился в отделение экстренной хирургии, где работал уже третий год и находился на хорошем счету, так как был довольно опытным хирургом, знающим своё дело. В этот день он дежурил с молодым хирургом Николаем, который относительно недавно переехал в Санкт-Петербург из Белоруссии. В отделении экстренной хирургии в основном работали приезжие хирурги и мало кто надолго задерживался. Обычно через три-четыре года, поднабравшись опыта и обзаведясь какими-то контактами, большинство хирургов уходили в плановую хирургию или в онкологию, где работа была спокойней. Работы и там, в принципе, хватало, но это была более прогнозируемая работа. Там гораздо реже надо было среди ночи бежать в операционную спасать чью-то жизнь. Да и контингент пациентов был более благоприятный. Не было столько гастарбайтеров, бандитов, наркоманов и алкоголиков, сколько в отделении экстренной хирургии.
Николай как раз находился в приёмном отделении и заканчивал осмотр мужчины с острым панкреатитом, когда во двор больницы въехала на всех парах машина скорой медицинской помощи под пронзительные, завывающие звуки сирены, сопровождаемые мерцанием синей мигалки. Из машины вывезли окровавленного Алексея со жгутом на бедре и с капельницей в руке.
– Тут ножевое в бедро. Кровопотеря большая. Давление шестьдесят на ноль – сказал Николаю Анатольевичу возбуждённый фельдшер.
– Надо сразу в операционную поднимать. Его документы девочкам в приёмной оставьте. Они историю оформят – ответил Коля, бегло осмотрев пострадавшего. – Погнали. Я по дороге анестезиологу позвоню и Андрею Ивановичу.
С Алексея сняли окровавленную одежду, ввезли в операционную и переложили на операционный стол. Анестезистка ввела в вену что-то из шприца и Алекс почувствовал, как лёгкий холодок начал растекаться вверх по вене руки и через несколько секунд достиг головы. Всё вокруг поплыло и закружилось, и уже через несколько минут он заснул мирным сном младенца. В руках анестезиолога сверкнул клинок ларингоскопа и ловким движением он ввёл интубационную трубку в трахею. Периодически посвистывая, загудел наркозный аппарат. Операционная медсестра уже к этому времени разложила на столе необходимый инструмент, а хирурги одели стерильные халаты и обрабатывали йодопироном бедро Алексея.
– Нам можно начинать? Спросил Андрей Иванович у анестезиолога, взяв в руки скальпель и большую салфетку.
Анестезиолог в ответ, молча, кивнул головой. Козырин волнообразным разрезом рассёк кожу по внутренней поверхности бедра Алексея и аккуратно ножницами вскрыл фасцию вдоль сосудистого пучка. В рану один за другим, словно червяки, начали активно ползти тёмно-красного цвета кровавые сгустки. И когда Андрей Иванович вынул салфеткой большущую лепёшку свернувшейся крови, из раны с огромной силой хлынула пульсирующая струя алой крови. Ударившись в операционную лампу, она осыпала крупными брызгами белые халаты и колпаки хирургов. В этот момент Козырин ловко наложил мягкий зажим на верхний конец сосуда и другой зажим на нижний. Кровить перестало. Андрей Иванович хорошенько выделил из прилежащего сосудистого ложа оба конца перерезанной бедренной артерии и взял их на держалки. Затем он принялся накладывать сосудистый шов. Ровно через тридцать минут сосудистые зажимы сняли и кровоток в ноге был восстановлен.