Евгений Тимофеев – Забытый Горизонт. Основы духовной практики в традициях Тхеравада Буддизма и Цюаньчжэнь Даоизма с учетом Лакановой психодиагностики (страница 7)

Аффекты, однако, сохраняются в психофизическом континууме, для описания которого у психоанализа нет адекватных рамок. Тем не менее в даосских искусствах этот континуум известен как Цзин, Ци и Шэнь. А именно, посредством Ци (вибрационной информации) качество Шэнь (приобретенного сознания) вписано в Цзин (сущность). Поэтому оно сохраняется в форме и тонусе тканей тела, состоянии органов, качестве физического здоровья и психического функционирования.

Здесь можно выделить два уровня аффектов:

– Врожденные. Это аффекты, оставшиеся от предыдущих существований и заключающиеся в хроническом дефиците систем органов, крови и эссенции. Это корень многих хронических заболеваний и врожденных недееспособностей. Врожденные аффекты невозможно изменить, пока человек не выйдет за пределы своего приобретенного функционирования и не создаст избыток Янской Ци. Циркуляция последней изменяет все тело на клеточном уровне, вплоть до костей и спинно-головного мозга. По определению, врожденные аффекты связаны с первичным вытеснением Реального дуккхи и могут быть освобождены только через практику Дхаммы. Это фундаментальная задача духовного возвышения, которая стоит перед каждым живым существом.

– Приобретенные. Это именно блокировки, временные недостатки, комплексы, обсессивно-компульсивные тенденции, торможения и конверсионные симптомы, возникшие в результате временной обусловленности текущего существования. В рамках невротической субъективности это аффекты вытесненных означающих, запечатленных в теле посредством Ци. Благодаря меньшему, по сравнению с врожденными, времени, затраченному на их энергетическое поддержание, эти аффекты могут быть отпущены с помощью различных терапевтических модальностей, упомянутых выше. Кроме того, в даосских внутренних искусствах процессы открытия каналов, укрепления нижнего Даньтиен-поля, циркуляции Ци и Цзыфагун, или спонтанного движения энергии, которые являются частью систем Нейгун (внутренней работы), служат цели избавления приобретенного «я» от аффектов вторичного вытеснения.

Невротическую субъективность отличает от других структур то, что противостоит вытнснению Реального дуккхи. Это – утверждение первичного означающего. Лакан обозначил конструкцию первичного означающего из структурной лингвистики и теории множеств, согласно которой отсутствующий элемент в означающей системе определяет функциональность всей системы. Первичное означающее bejahung 

Это, в свою очередь, создает условие для смысла во всем символическом порядке. Нетрудно заметить, что таким образом первичное означающее отводит пространство для пустоты внутри психической реальности. 23

Как появляется это означающее? Через запрет и закон. А именно, в рамках Эдипова комплекса запрет (отцовского) другого/второго другого структурирует поток значений в обмене между зарождающимся субъектом и (материнским) другим/первым другим. Как уже говорилось, субъект включает в себя приятное зеркальное отражение первичного воспитателя, будь то мать, сестра, бабушка, тетя или няня, которое формирует эго и, впоследствии, Воображаемый регистр. Затем зарождающийся субъект цепляется за эту приятную идентичность, которая укрывает его от jouissance Реального, приводящей к дуккхе. Запрет отца, который может быть или не быть биологическим отцом, но должен быть функцией языка, выполняющего закон означения, отделяет младенца от либидинального слияния с (материнским) другим, называя ее требование (Финк 1997, 135) и вводит нехватку в Символический регистр. Препятствуя распространению смысла и, следовательно, jouissance, относящемуся к нарциссическому слиянию, отцовское «нет» и отцовское «имя» гарантируют доступ к желанию. Это то, что Лакан назвал Именем Отца – первичным означающим, которое, будучи запретом, вводит негативность, пространство, пустоту, порядок и, следовательно, бесконечный потенциал для производства смысла либо его позитивное отсутствие в Символическом.

В энергетическом плане появление мастера-означающего выравнивает поток Ци в направлении верхнего энергетического поля, расположенного в мозге, и поддерживает структурированной волевое намерение. Оно гарантирует способность трансформировать сеть энергетических интенсивностей, относящихся к диссонирующим ментальным состояниям, и формировать окончательный довод, который останавливает ментальную пролиферацию. Повторное применение функции мастера-означающего создает постоянство в потоке Ци вверх, чтобы питать мозг, и уменьшает утечку Ци.

Платой за способность циркулировать свой jouissance по системе означающих является ограничение языка. Как пишет Полин:

Это напоминает нам о том, что язык – это система означений, а не вещь сама по себе. Именно язык формирует бессознательное: вытесненные означающие вступают в отношения с другими означающими и образуют нарративы, которые своим особым способом отношения к отсутствию бытия определяют подкатегорию невротической структуры: истерическую, обсессивную или фобическую. Язык также всегда является чем-то взятым у другого. Следовательно, этот «другой» и способ обмена также определяют определенную невротическую модальность. Наконец, когда все другие исключены из уравнения, отношение к языку является конституирующим для любой субъективности.

В конце концов, лингвистические ярлыки заменяют вещи, и непосредственный опыт отчуждается от субъекта. Это отчуждение от непосредственного опыта через присвоение Воображаемой идентичности как эго и приобретение Символической идентичности как более сложной личности с ее предпочтениями и интеллектом является отличительной чертой невротической субъективности. Реальное и его аффекты, будь то врожденные или приобретенные, остаются исключенными и вытесненными. И все же это Реальное – то, чего невротик жаждет своими мечтами, страхами, тревогами, конверсионными симптомами, косноязычием, шутками и искаженной речью, навязчивым поведением, стремлением к соблюдению правил и ритуалов. То, что было вытесненно, возвращается.

***

Прежде чем рассматривать фундаментальные фантазии невротической структуры, давайте отвлечемся на даосскую теории инь и ян.

По сути, инь – это организующее качество, а ян – анимирующее. Инь – это форма; ян – то, что ее оживляет. Применительно к человеческой психике инь – это структура языка, а ян – либидинальная энергия. Первозданное означающее – это место, где либидинальная энергия достигла пика и зацепилась за структуру языка, тем самым слившись с ней в бессловесную эпифанию. Лакан заметил по поводу эпифаней Джойса, что все они имеют один и тот же эффект: «бессознательное связывается с Реальным» (Лакан 2016, 134). Будучи субъектом психоза, Джойс столкнулся с необходимостью выковать свое синтоматическое решение для Реального дуккхи. Однако Джойс в этом не уникален. Каждый субъект сталкивается с феноменами страдания, непостоянства и отсутствия окончательной самости своей натуры, относящейся к существованию. 25

Эпифания мастера-означающего – это момент триумфа гнозиса над невежеством. Именно поэтому некоторые эпифании, такие как слова Будды, заучивались и перечитывались практикующими на протяжении тысячелетий. Даосская классика, буддийские сутты, суры Корана и стихи Библии относятся к тем же категориям первозданного , которое связывает бессознательные образования с Реальным, позволяя им тлеть и гореть, пока они не погаснут, «уничтожив свои аффекты» (Мун Буридатта Тера, 1995). Путь к миру завершается победой правильного гнозиса над фундаментальным неведением. Этот Путь необходимо соблюдать, поддерживать и доводить до конца путем развития. Таким образом, либидинальная энергия должна управляться и формироваться правильным гнозисом, во-первых, через запрет (заповеди нравственного поведения), во-вторых, через теорию (формирование Йи с помощью учений духовных традиций), в-третьих, через практическое применение (жизнь по заповедям и Дхамме) и, наконец, синтоматически, то есть путем применения классических учений к своей конкретной каммической ситуации и симптомам. означения

Многие люди в наши дни переходят к четвертой части, не обращая внимания на три предыдущие. Они хотят практиковать духовность так, как это им подобает, – так, кажется, утверждают представители нью-эйдж. Однако это не что иное, как удовлетворение прихотей своих приобретенных личностей, ведомых пороками ума. В то время как при классическом обучении стремящийся к духовным искусствам смиряется перед традицией и принимает практику как данность, честно выполняя ее. Он сдерживает свою либидинальную энергию и использует правильные источники из символического регистра традиций для формирования своего ума, который, в свою очередь, формирует Ци и со временем изменяет тело, очищая его от аффектов вытеснения. Очищенная система затем возвращается в Шэнь, открывая путь к прямому переживанию и познанию реальности. Таков традиционный подход к очищению.

«отличено от значения… характеризуется тем, что само по себе не обладает буквальным смыслом» (Лакан 1993, 156).

«Нормальная» невротическая структура предопределена гарантией S1, которую она дает, когда находится, как отсутствующее означающее, в поле Другого. Это позволяет субъектам участвовать в социальных конвенциях языка, несмотря на то, что эта структура является по сути беспочвенной системой, ориентированной вокруг – и пронизанной – Отсутствием. Если психоз обычно характеризуется заблуждением (заблуждениями), то Лакан заставляет нас рассмотреть, как «нормальные» невротики участвуют в заблуждении нулевого уровня, по сравнению с которым в психозе оцениваются как таковые (Полин 2019, 33). 24 заблуждения