Немного сдавливаю пульс,
И крови сладкой ярко-красной
Ее почувствовал я вкус.
Она бесцельно будоражит
И поднимает все нутро,
И я просил, чтоб это чувство
Скорее от меня ушло.
Но только жажда становилась
Все крепче с приходящем днем,
Ее ничем не смог прогнать я,
Как выжечь пламенным огнем.
И я хотел найти замену,
Охотился я на зверей,
Но только кровь намного слаще
У этих набожных людей.
И дьявол верх берет сурово,
И, искушенный, я сдаюсь,
Я преклонился к белой шее,
Но я по-прежнему борюсь.
От нее пахло, как от фиалки,
И в васильковые глаза
Смотрю и тихо покатилась
По бледной коже вниз слеза.
Оторвалась вдруг с подбородка
И ей упала на плечо,
И это место стало красным,
От мертвых слез ей горячо.
Она спросила, что я плачу,
Но не нашел я что сказать,
И вспомнил разговор свой с другом,
И смысл его стал понимать.
Я словно на пороге храма,
И разрывают здесь меня,
Мой белый ангел от Луизы,
И черный ангел от отца.
Я счастлив, что потомок рода,
И продолженье мог я дать,
И в то же время, что я создал,
Я не хотел вот так терять.
Я попросил, чтоб друг мой призрак
Помог мне выход отыскать,
Но он ответил, что мне в мире
От счастья больше не сгорать.
Ведь мы любви не знаем к людям
И не заложено у нас,
Чтоб стать любимыми мужьями
И это прожил много раз.
И я пишу своей Луизе
О том, что больше не люблю,
Меня забыть прошу скорее,
И ей свободу я дарю.
И как бы не было мне больно,
Решил закончить с ней роман,
Пускай подумает, что в прошлом,
Все это было лишь обман.
И дальше шли привычным ходом,
Своим потоком день за днем,
Луизу встретил одной ночью
С каким-то графом там вдвоем.
Они стояли, целовались,
Шептали нежно о любви,
Внутри меня проснулась ярость,
И дал напомнить зов крови.
Одним броском я впился в графа,
Опустошил его сполна,
