Евгений Сысоев – Праздник смерти (страница 5)
Я потянул его вниз – ничего не произошло. Пробовал перемещать вверх, затем в разные стороны. Все оставалось на прежнем месте. Это было бесполезным занятием. Когда я потянул его на себя, мой слух начал раздражать какой-то скрежет, доносившийся из камина. Я заглянул туда. Задняя стенка в нем исчезла, а вместо нее образовалась пустота. Найдя горелку, и, осветив это место, я обнаружил лестницу. Она вела по своим крутым ступенькам вниз. Черная пустота окружила меня. Я шел по кругу, спускаясь все ниже и ниже, скидывая в неизвестность скелеты летучих мышей и огромных крыс. Все было усеяно высохшими животными экскрементами. Я аккуратно их переступал, стараясь сохранить хоть отчасти свой внешний вид, освещая впереди себя путь едким огнем керосиновой лампы. Ступеньки привели меня в какую-то пещеру. Впереди виднелась дверь. Я потянул огромную круглую ручку на себя, и она открылась.
Осветив неизведанное, я вошел. На стене висели на толстых ржавых цепях массивные лампадки. Поднес огонь и они загорелись. Комната представляла собой естественную каменную площадь, словно вырубленную в какой-то скале. Но не это меня пугало. Страшно было от того, что там находилось. Посередине, на небольшом выступе, лежал огромный каменный гроб, закрытый толстой каменной плитою. Я попытался приподнять крышку, но не смог. Она была слишком тяжелой. Осветив крышку, я обнаружил вырубленный на ней какой-то странный символ. Он представлял собой форму креста и на конце полумесяц, обращенный кверху, чем-то напоминавший козлиные рога. У гроба стоял каменный стол. Не знаю, что это за камень, потому как ранее нигде такого не встречал. Изумрудный цвет его под светом огня переливался ярким перламутром. По бокам стола на высоких подставках стояли огромные черные свечи. Я не рискнул их зажечь, они навевали какое-то опасение. Но самое интересное, что я увидел – это то, что на столе лежала толстая книга. Пыли на ней не было вовсе, в отличие от остальных предметов, находившихся здесь. Я осветил ее. Она была довольно большого размера для обычной книги, почти в два раза, и очень походила на ту, что изображена на портрете в кабинете у дяди. На старинной кожаной обложке теснением отпечатаны два пересекающихся треугольника, развернутых в противоположные друг от друга стороны, помещенные в ровный круг. А ниже надпись MUAMMAL. В самом низу написано Silentium est aurum. Книга внушала страх одним своим видом. А от представления, что может быть в ней написано, просто сковывало дыхание, в глазах темнело, в голове возникал необычайный шум. Он резал меня острее всякого ножа. Мои ноги подкосились, и я оперся на каменный гроб, пытаясь взять себя в руки. На мгновение мне показалось, что в гробу возникла какая-то слабая вибрация. Но я гнал эти мысли от себя, ссылаясь на секундное помутнение рассудка. Мое боковое зрение что-то приковало к себе. Я взял горелку и осветил получше это место. В углу что-то находилось еще. Оно было размером с мой рост, а в толщину около двадцати сантиметров. На тот предмет была накинута плотная черная ткань. Что там спрятано? Одним движением руки я резко скинул плотный материал. На двух массивных опорах из дерева стояло закрепленное между ними черное зеркало. Оно было выполнено из черного обсидиана (я видел обсидиан раньше уже в своей жизни, поэтому точно уверен, что это он). По бокам оно идеально ровное, а верх и низ его выполнены в форме правильных треугольников. Все грани отшлифованы и отполированы. И непонятно, как все это могло здесь оказаться и для чего это все нужно. Меня это безумно интересовало и пугало одновременно. Чем более я изучал и продвигался дальше в своих исследованиях относительно прошлого, тем сильнее меня отталкивало назад, оставляя бесконечный хвост из множества вопросов и загадок.
Пламя лампадок с каждой минутой становилось все меньше и меньше. Мне следует вернуться обратно, чтобы взять масла и долить его в них, пока здесь снова все не поглотила темнота. Я подумал, что стоит взять книгу с собой. Я попытался ее сдвинуть с места, но не смог. Она словно была вырублена из этого каменного стола и составляла с ним одно целое. Я не стал больше пытаться. Становилось все темнее, и я поспешил покинуть это место. Мое непристойное чувство страха также не позволило мне открыть ее и ознакомиться с содержанием. В следующий раз, когда смогу немного подготовиться к этому. Я выбрался из всего этого мрака и не поверил своим глазам. Весь кабинет был покрыт сплошной паутиной. Все в паутине, каждая вещь, находившаяся здесь. Даже потолок. Борьба с этим у меня отняла много времени и массу сил. Когда все было закончено, я просто лег на кровать и через мгновение уже спал.
Во сне я видел, как лежу на кровати, закрыв глаза. Но могу перемещаться в пространстве. Словно сознание мое отделилось от тела и существовало независимого от него. Мое тело сплошным толстым слоем покрывали огромные мерзкие пауки. Они всюду ползали по мне и проникали через уши, ноздри и рот в мое тело. Я пытался снова вернуться в тело, но мне это никак не удавалось.
Когда я открыл глаза, была глубокая ночь. Это был всего лишь ужасный кошмар. Взяв в подвале масло для лампадок, я залил горелку и снова спустился в эту таинственную пещеру. Проделав подготовительные работы по освещению данного места, я зажег огонь. Зеркало, стоявшее в углу, снова было накрыто тканью, хотя я точно помнил, как сдернул с него черную ткань. Свечи, находившиеся в стороне от стола, были почти наполовину сожжены. А у стола были куски свежей глины. Это была земля с кладбища, земля с большим содержанием песка. Такую в городе я видел только там. Мистер Коулз, как мне тогда показалось, мог дать ответы на мои вопросы. Я немедленно отправился на кладбище.
В похоронном доме дверь, ведущая в тайные подземные ходы, вырвана вместе с петлями из стены. Я неуверенными шагами вошел внутрь. На стенах и полу длинные кровяные следы. По мере продвижения я все больше боялся картины, которая мне откроется, когда окажусь в самом конце.
Там была комната, перепачканная кровью. Вдоль стен стояли столы и полки с какими-то медицинскими инструментами, а посреди был стол, подобный тому, как в операционных комнатах. На нем лежало выпотрошенное напрочь тело. Все внутренности валялись на полу; кожа разодрана в мелкие лоскуты, а лицо не могло скрыть боли и ужаса предсмертного мига. Я не сразу узнал это лицо. Это был мистер Коулз.
Меня стошнило несколько раз подряд, становилось все хуже и хуже с каждой минутой пребывания в этом ужасном месте. Зашатавшись, я попятился назад, но наступил на что-то, поскользнулся и упал. Перед глазами лежало нечто похожее на печень. Кое-как поднявшись, быстро выбежал оттуда. Было необходимо заявить о случившемся. В течение двух часов кладбище было оцеплено людьми в синей форме. А через пару дней на моем пороге стоял полицейский и настойчиво барабанил в мою дверь. Детектив Хасло. Он рассказал, что нашел в доме убитого Коулза его дневник, в котором записан каждый шаг жизни убиенного. Коулз начал его вести с момента знакомства с моим дядей. Детектив не стал раскрывать содержание дневника, но настойчиво интересовался жизнью моего дяди. И еще эта книга. Муаммаль, что я обнаружил в этой пещере. Он спросил, слышал ли я что-либо о ней, или быть может, знаю о ее местонахождении. Я только пожал плечами. Когда появилась малейшая возможность завладеть дневником, я осуществил ее, подменив его на похожую тетрадь, лежащую на столе. Подмена осталась незамеченной, по крайней мере, пока. Мне уже не терпелось поскорее избавиться от этого назойливого полицейского. И я, сославшись на срочные неотложные дела, с большим удовольствием выпроводил его из дома, взял в руки дневник и внимательно начал его изучать.
Из этой адской рукописи Коулза, писавшийся им на протяжении тридцати семи лет, начиная с 1885 года, мне открылись ужасные вещи, которые до сих пор содрогают мою душу и не позволяют моему телу избавиться от леденящего пронизывающего пота. Коулз познакомился с моим дядей в марте 1885 года в его юридической конторе. После пары совместных долгих ужинов Коулзу удалось избавить моего дядю от тяжести многолетнего молчания, и он открылся. Дядя поведал ему, что случайно стал обладателем древней магической книги. Она уникальна и способна творить дьявольские вещи. Он утверждал, что может жить вечно, перемещаться во времени и воскрешать мертвых. Коулз вначале отнесся скептически и был убежден в том, что дядя душевно болен. Но он ему показал. Несчастный случай забрал жену Коулза в мир покоя и блаженства. Без ведома Коулза дядя вновь вернул ее к жизни. Но постоянно что-то шло не так. Они воскрешали ее около двадцати раз, но каждый раз бедная Хельга жила не более сорока дней. Затем она умирала, и Коулз с дядей вновь давали ей жизнь. По словам дяди, он никак не мог разгадать тайное значение шифра в одном ритуале. И из-за этого она не могла задержаться среди живых более данного срока. В конце концов, в 1912 году Коулзу это надоело, и он смирился с неизбежностью смерти. Он принял это как должное, и тело среди ночи аккуратно захоронили на кладбище. Это была история Хельги Коулз. Что касается пика роста необычайной смертности в городе, то и этому нашелся ответ. Коулз, имея коммерческую жилку, предложил моему дяде легкий способ обогатиться. Уже изрядно ознакомившись с книгой и разгадав большинство зашифрованных тайных знаний, они нашли ритуал вызова демона. Совместив этот и другой, они добились того, что демон был выпущен из ада и избавлен от огромных кандалов, державших его там и не дававших свободы. Они выпустили его на улицы города. Чтобы запутать и напустить страха на горожан, они начали распускать слухи по городу о каком-то проснувшемся древнем проклятье, что каждые шесть лет Дьявол выходит из преисподни и забирает души грешников. Здесь для Коулза открывался еще один способ обогащения. Отправив своего старшего сына в духовное учебное заведение и по его окончании пристроив в местный собор, Коулз младший совершал со всеми желающими сакральные мессы. Так он, якобы, спасал их от Дьявола. На самом же деле на двери домов, пожелавших спасти свою жизнь, он наносил тайный знак, запрещавший демону заходить внутрь. За эти года они отправили в могилы около десяти тысяч человек. Самым страшным был 1916 год. В этом году их эксперименты по воскрешению достигали чудовищных масштабов. Дело в том, что к этому году было достроено тайное подземелье в доме дяди. Теперь имелось удачное отдаленное место для продолжения своих зверских ритуалов. Копали же пещеру около десятка воскресенных недавно погибших людей. Когда те становились обессиленными и умирали, он воскрешал следующую партию. Очень практичный метод. Покойники уж точно никаких секретов не выдадут. Но все дальнейшие попытки воскрешения были безуспешны. К началу 1922 года здоровье у дяди становилось все слабее. Он изготовил этот огромный каменный гроб для себя и велел Коулзу после смерти оставить его тело в нем. Гроб был изготовлен из какого-то особого редкого камня, который внутри сохранял отрицательную температуру. Так тело должно было сохраняться максимально долго. До того момента, пока Коулз не разгадает этот зашифрованный смысл. И 3 июня 1922 года сразу после своей смерти он был помещен в свой новый временный дом.