Евгений Сурмин – Фактор роста (страница 71)

Исключение составляет только её рабочее место, отгородка в ширину кузова и в длину не более полутора метров. Одна стена вся в тумблерах и переключателях, а из мебели один стул. Хотя, нужно признать, об удобстве оператора, насколько это вообще возможно в таких условиях, позаботились. Над потолком висит вентилятор. А стул хоть и железный, но сидушка и высокая спинка имеют мягкую матерчатую обивку и обшиты сверху велюром. Так же у него имеются удобные дубовые подлокотники.

— Виктор Иванович, короче! Выводы! У вас три минуты.

— А давайте я скажу! — неожиданно влезла Коза.

Интересно кто больше удивился? Он, капитан Ивлев или сам майор?

— Время идёт, — но вот справился с удивлением первым Самойлов.

— Хорошо. Тогда как просили сразу выводы. Думаю, вы товарищ майор не сомневаетесь в нашей компетенции. Проанализировав данные, полученные во время последних учений, — Лапина с сомнением посмотрела на капитана Фомина, — Корпуса и проведя имитацию массированного налёта с разных направлений мы пришли к выводу, что конфигурация ФРС далека от оптимума. Можно сказать сейчас она с трудом вписывается в минимальные требования.

Для оптимизации необходим прежде всего персонал. По «Отсекателю» нужны ещё минимум два оператора, которые будут хотя бы способны следить за индикаторами. Сейчас, пусть присутствующие извинят мой французский, нам с Ленкой и носик попудрить некогда.

«Носик попудрить⁈» — не иначе вопрос был написан на лице Аркадия аршинными буквами и Самойлов, усмехнувшись, счёл своим долгом пояснить, что это иносказательное выражение подразумевает посещение уборной.

— Далее РЛС. Ещё две вахты по два человека, один из которых более-менее квалифицированный. Во время учений мы с Виктор Ивановичем работали на пределе, даже учитывая, наш совершенно уникальный индикатор кругового обзора.

И вообще! Вахты надо делать как можно короче. Шесть, а лучше, даже, четыре часа. Когда запустили имитацию налёта десяти эскадрилий с разных направлений у меня чуть мозг не вскипел и глаза слезились.

— Но это временно, максимум на несколько недель. Я уже созвонился с институтом. Жаль сейчас лето. Но мне обещали прислать группу студентов старшекурсников, — добавил капитан Ивлев.

— Хорошо. Я попрошу по своим каналам ускорить и проконтролировать.

— Да, спасибо, Виктор Степанович. Продолжай Тома.

Лапина кивнула и продолжила:

— Но самый затык у нас с радистами. Один на вахту нужен как дежурный. То есть уже трое минимум. И главное, если мы хотим сопровождать наши самолёты, нужен ещё один радист на каждый полк. Опять же, минимум один. Вспомните на учениях сколько операторов работало с Корпусом. И этих радистов, если они вдруг появятся, где-то надо разместить и обеспечить техническими средствами.

Сейчас, имея возможность отслеживать одновременно десятки целей, на связи с авиацией округа у нас сидит один человек. В целом всё. Ах, да!

Коза вытянулась по стойке смирно и приложив к совершенно бесячей рыжей шевелюре ладонь отчеканила: «Лейтенант Лапина доклад окончила».

— Тома, с непокрытой головой честь не отдают. А по существу доклада молодец. Думаю, чем сможет Мехлис нам поможет. Я свяжусь с Москвой с Кремлём. Но это время. А пока будем выкручиваться своими силами.

Аркадий Михайлович, вот вам ещё одна забота. Прошерстить дивизион и найти людей на все эти должности. Тома права без персонала удовлетворительной эффективности мы не добьёмся.

Дальше какое-то время Аркадий помнит урывками. Целый калейдоскоп разрозненных картинок, как он носится словно наскипидаренный по аэродрому, пытаясь одновременно выполнить все дела сразу.

Капитан Фомин сидел в одной из комнат штаба авиаполка и пытался начертить схему перемещений личного состава. С этими должностями операторов был сплошной геморрой и ни черта не выходило. Да ещё огрызок карандаша нуждался в заточке, а ножа, как на грех, ни в планшете, ни в карманах не оказалось.

А потом хоп: «Товарищ капитан! Товарищ капитан!» — и снова появился звук и словно вместо диафильма кино пошло.

— Чего тебе, оглашенный? — резонно задал вопрос Фомин заглянувшему в комнату красноармейцу.

— Товарищ капитан, товарищ майор просит вас, если не заняты, к ним подойти.

— Хорошо. Пойдём, боец. Показывай дорогу.

Аркадий практически не удивился. Нет, удивился конечно, но так, как-то вяло, наверно подсознательно чего-то такого от майора Самойлов и ожидал. Герой Советского Союза, орденоносец, да ещё в придачу депутат Верховного Совета. А вот интересно, депутат главнее генерала или нет? Сколько у нас депутатов Верховного Совета? Если судить по кадрам кинохроники из Кремля, то под тысячу человек точно будет. А сколько генералов? Пожалуй, по грубым прикидкам примерно столько же[83]. Да и депутат депутату рознь. Одно дело шахтёр там какой или доярка-стахановка. А вот товарищ майор, по глазам видно, сожрёт вместе с костями и не подавится.

Выходит Самойлов генерал-майор плюс просто майор? И что у нас получается? А получается у нас, что статус его примерно равен генерал-лейтенанту. Вот начальник Главного управления ВВС товарищ Смушкевич тоже генерал-лейтенант авиации. И тогда становится понятны и многие его поступки и почему, например, командиры авиадивизий округа к нему так относятся.

Но поводов удивляться у капитана Фомина было несколько больше, чем один иконостас его теперешнего начальника. Второй повод — расставленные кольцом парты, так что получался, своего рода, один большой круглый стол, за которым сидели восемь человек и два места пустовало.

Среди сидящих был сам майор Самойлов, капитан Ивлев в гражданском костюме и шесть человек явно лётчиков. Одно место предназначалось, судя по всему, для него. А вот второе. Да уж. Можно было бы догадаться, что без третьей причины никуда.

Коза, вернее лейтенант Лапина, в платье стилизованном под форму лётчика. Довольно строгое, но надо признать, мастерски пошитое и подчёркивающее все достоинства девушки. Даже, можно сказать, буржуазное какое-то платье, уместно на какой-нибудь заграничной кинозвезде, а не на советской девушке комсомолке.

И вот эта Коза. Да блин! Лапина в шикарном платье и с указкой в правой руке стояла у школьной доски и, судя по всему, что-то объясняла внимательно слушающим её лётчикам. Вообще переодеть спецов сильный ход. Кого комдивы будут слушать внимательнее — лейтенанта или красивую девушку учёную из самой Москвы? Риторический вопрос.

— А вот товарищи и командир дивизиона. Капитан Фомин Аркадий Михайлович, — не вставая, представил вошедшего майор Самойлов лётчикам, — садись Аркадий Михайлович и включайся в работу. Кто есть кто прочитаешь на табличках.

Только сейчас Аркадий обратил внимание на то, что на столах перед каждым из присутствующих стоит табличка. Что ж посмотрим кто у нас есть кто. «Виктор Иванович Ивлев» и «Тамара Константиновна Лапина» без званий и должностей, в общем-то логично. «Начальник Информационного центра Самойлов Виктор Степанович» для посвященных всё понятно, а заглянет кто посторонний так ему и не надо. Вот ещё вчера и он — Аркадий был таким непосвящённым. Далее комдивы. «Командир 9-й САД Савицкий Евгений Яковлевич». «Командир 10-й САД Белов Николай Георгиевич». «Командир 11-й САД Ганичев Пётр Иванович». «Командир 43-й ИАД Захаров Георгий Нефёдович». «Командир 12-й БАД Аладинский Владимир Иванович». «Командир 13-й БАД Полынин, Фёдор Петрович».

Так, а кто у нас Аркадий? «Командир фронтовой радиолокационной системы Фомин Аркадий Михайлович». Так же без звания. Посыл, думаю, всем ясен. Хоть и петлицы, и генеральские лампасы друг друга мы прекрасно видим, но все за этим «круглым столом» как бы равны. И генерал-майор Герой Советского Союза Полынин и вчерашний старлей Фомин.

Что ж такое ты собираешься с нами обсуждать, товарищ майор?

— Согласен с Евгением Яковлевичем, изумительная эффективность, — подождав пока капитан Фомин сядет, заговорил комдив 43-й генерал Захаров — но согласитесь, Виктор Степанович, за пару дней вот эта девушка вскрыла дислокацию всей авиационной группировки округа, полигоны, маршруты перелётов. Так просто не бывает.

Аркадий посмотрел на старающуюся не смущаться Лапину и его взгляд зацепился за схему, начерченную на доске. Пары секунд хватило, чтобы осознать, что он видит и треснуть мысленно себя по лбу. Надо первым делом не таблички читать и не петлицы рассматривать, а на доску смотреть. Вот жеж о чём они говорят.

В середине доски карта округа с окрестностями. Отмечена граница, отмечены города. По краям карты Вильнюс, Варшава, Минск. Снизу маленький Ковель. Ближе к центру Белосток, Барановичи. Два круга, один с центром на границе, похоже, как раз там, где они сейчас находятся. Второй, если прикинуть масштаб, имеет центр в точке километров на пятьдесят восточнее Белостока.

И круги эти, Аркадий уверен, имеют радиус 200 километров и показывают как раз дальность действия РЛС. Города тут значит для того, чтобы эту дальность и показать. Понятно почему лётчики так реагируют. Видеть, что в небе у немцев чуть ли не до Варшавы. Весь Белостокский выступ почти до Минска, да ещё у соседей примыкающие фланги.

И главное если у соседей пусто, то ЗОВО пестрит пометками. И если связать это с тем, что сейчас сказал генерал Захаров, выходит дислокация ВВС округа вскрыта достаточно точно. Да ещё места, над которыми проходят тренировочные полёты, маршруты перелётов. Так это выходит, даже если мы во второй позиции встаём, то всё равно видим, что по ту сторону границы происходит вдоль всего Белостокского балкона километров на 60 вглубь?