Евгений Степанов – Мёртвый анархист (страница 10)

— Вот и не порти его, — строго ответила Лика. — Инструменты в кладовке. Приступай.

— Ага! Щас! Делать мне больше нечего.

На шум из своей комнаты выглянула Настя и за руку потянула Юлю к выходу.

— Это надолго, — сказала она ей.

— Да, я уже поняла.

— Так. А вы куда намылились? — Лика посмотрела на девчонок.

— Да, мы это, — ответила Настя. — Пойдём, по лесу погуляем.

— Угу, — кивнула Юля. — Женя же шампиньонов не принёс. Вот, пойдём, поищем.

— Спрей взяли от паразитов? — Лика воткнула руки в бока. — Не хватало ещё, чтобы вы клещей там понацепляли! На голову что-нибудь оденьте, а то напечёт…

— Лика, — повысил голос Женя, чтобы перебить подругу. — Они уже взрослые и сами всё прекрасно понимают.

— Раз они с тобой дружбу водят, значит, ни черта они не смыслят в этой жизни, — ответила Лика и снова повернулась к девчонкам. — Далеко не уходить, а то заблудитесь. Лес вам не знаком. С деревенскими в контакт не вступать. Поди, разбери, что там у них на уме, когда двух девчонок увидят…

Пользуясь тем, что Лика занята девочками, Женя сделал осторожный шаг в сторону двери. Лика не обратила на него внимания. Ещё один шаг и ещё. И вот когда до спасительной двери наружу оставалось совсем немного, Лика резко повернулась к нему.

— Стоять! — крикнула она так, что чуть стёкла в окнах не повылетали. — Куда собрался? Кладовка в другой стороне!

— Да, на кой мне кладовка? — крикнул Женя в ответ. — Твои трубы, ты и чини!

— Твоё жлобство — твои косяки! — ответила Лика. — Дал бы больше денег, нашли бы более приличный дом. Не фиг было экономить.

Теперь девчонки воспользовались тем, что Лика занялась Женей, и быстро прошмыгнули в дверной проём.

Ругань и перепалка слышались ещё долго, пока подруги отходили от дома в сторону лесу.

— Во, разошлись, — усмехнулась Юля. Настя махнула рукой.

— Помирятся, — сказала она. — Вместе трубы починят и помирятся. Не первый раз уже.

Они свернули за кустарником и ступили на землю, свободную от высокой травы. Лес встретил их дробью дятла, переливом какой-то птицы, шумом ветвей сосен и своим неповторимым запахом. Смола, хвоя, трава, земля… Всё источало приятный и не забываемый аромат.

Девчонки всё глубже углублялись в лес. Боязни заблудиться у них не было. Они выросли рядом с лесом и много времени проводили в нём. А тайга везде одна. И каждый в ней найдёт свою дорогу. Если, конечно, умеет искать.

Неожиданно деревья расступились в стороны. Перед девчонками открылось большее открытое место. Кладбище, со всех сторон окружённое лесом.

Настя ошарашенным взглядом окинула территорию кладбища. Никаких ограждений не было. Покосившиеся кресты и новенькие памятники утопали в зелёном море травы. Оградки могилок блестели свежей краской и чернели ржавчиной.

Юля медленно шла по узкой дорожке между оградками и невольно водила взглядом по надписям и эпитафиям на памятниках. Настя шла следом. Обеим девчонкам было не по себе от такой находки.

— А Лика ничего мне не говорила, что рядом есть кладбище, — произнесла она.

— Как она нас натаскивала по прогулке по лесу, и про такое умолчала? Наверное, и сама не знала, — ответила Юля в полголоса. — Жуткое место.

— Ты не заметила? — неожиданно повернулась к ней Настя. — Птицы не поют.

Юля прислушалась. Вокруг действительно стояла мёртвая тишина. Ни одного звука не было. Даже лёгкий ветерок, тревоживший ветви деревьев совсем недавно, умолк. Ничто не нарушало покой этого места.

Юля поёжилась.

— Может, давай домой вернёмся? — предложила она.

— Да, — согласилась Настя. — Что-то расхотелось мне гулять.

Весь пол на кухне был измазан грязью. Мокрые следы уходили в направлении входа в подполье и исходили от него. Рядом лежал старый, покрытый слоем пыли ящик с инструментами, а сами инструменты валялись в беспорядке по всей комнате. Женя стоял у раковины и пристальным взглядом изучал трубу, поднимавшуюся из пола и уходившую в потолок. На высоте метра от пола в трубу врезался тройник, из которого исходила ещё одна труба в направлении смесителя на раковине.

Из комнаты выглянула Лика.

— Твою мать… — выдохнула она, увидев грязь на полу. — И на хрена ты это сделал?

— А на хрена ты мне отпуск испортила? — задумчиво ответил Женя, не смотря на девушку.

— Какой отпуск? Это бегство, а не отпуск. И пол тут совершенно не причём… был. На кой ты тут грязюку развёл?

— Ты мне не в отпуске отдохнуть не давала, не при бегстве, — Женя повернулся к Лике. — Вот приспичило же тебе этот трубопровод чинить. В прошлый раз пол Настя сломала. Теперь, бьюсь об заклад, ты на трубу наступила.

— Так, — строго сказала Лика. — Я тебе не дам волочь на Симу. Тогда ты своей жопой рухнул на пол и сломал половицу. А Сима чуть не убилась из-за тебя. И, вообще, ты тогда ничего не делал и сейчас не особо горишь желанием. Зато, как про клад услышал, вмиг полсада перелопатил. У себя в огороде так лопатой не махал, как там. А потом ещё и дом сжёг.

— Вот видишь, — усмехнулся Женя. — Дом всё равно сгорел. И на кой я бы тратил своё драгоценное время, если всё равно всё сгорело. И сжёг дом не я, а тот колдун.

— Зато ты его не остановил.

— Смеёшься, — повысил голос Женя. — Он мне тогда чуть голову не открутил. Я сам еле выжил. И ты ещё мне треснула непонятно за что.

— Вот и надо было бросить тебя там, а нам с Симой линять. Вот теперь приходится слушать твоё нытьё.

— Какое ещё нытьё! Ты себе вообще представляешь, какие тут коммуникации?! Это тебе не батарея в своей благоустроенной квартире. Вода тут не перекрывается. Надо искать коллектор и лезть в него. А где он? Знаешь?

— Доступ крови к твоему мозгу перекрывать надо. А то он кислород поглощает, а в замен ничего приличного выдать не может. Поставь хомут, и всего делов.

— Деловая какая! Хомут ей ставить. Ты на трубы посмотри. Их зубочисткой проткнуть можно. Сожмёт хомутом и всё, алес.

— Сам ты алес! Думай, что-нибудь. Воду перекрывать не вариант. Разве что ты сам пойдёшь лопатой копать. Хотя, тебе это не впервой. Тебе же только сказать надо, что там клад зарыт, и ты вмиг всё раскопаешь.

— Очень смешно, — скривился Женя в глупой улыбке. — Ещё и труба эта идиотская идёт наверх зачем-то. Вот на хрена надо было выводить водопровод на чердак? Вторую кухню на чердаке открывать собирались, что ли.

— А тебе какая разница? Убери её, если она тебе мешает.

— Да, мешает. А вот убрать, это ещё под вопросом. Спилить её можно, а как потом дырку на месте спила заклёпывать? Тут сварка нужна. Носком затыкивать не получится. Это тебе не сквозняк в окнах, а вода под напором.

— Ну, так придумай что-нибудь, — развела Лика руками. — Кто из нас мужик?

— Тьфу…

— Не плюйся в доме! — крикнула Лика и подошла к Жене. В этот момент в доме появились Юля с Настей. Увидев беспорядок, они остановились в дверях.

— Что это? — опешила Настя.

— Это наш мастер-ломастер протечь так устраняет, — всплеснула Лика руками.

— Нечего было бы устранять, если бы кое-кто не полез в подполье гробы искать, — рявкнул Женя в ответ.

— А ты что хотел? — Лика посмотрела на него. — Чтобы под домом яму вымыло, или сам дом развалился бы от сырости?

— Нет, блин! Я бы хотел, чтобы дом выбирали нормальный, а не требующий по сути строительства заново.

— Какие деньги, такой и дом! — крикнула Лика и ударила ребром кулака по трубе. Труба завибрировала, а с потолка посыпалась штукатурка. Лика отскочила назад, чуть не наступила на открытый вход в подполье, сделала шаг в сторону и, чтобы не потерять равновесие, попыталась опереться о стол. Однако ладонь просвистела в воздухе и задела лезвие большого ножа, ручкой лежавшего на самом краю стола. Нож полетел в сторону Жени, крутясь, как волчок.

Молодой человек не успел и шелохнуться, когда мощное лезвие вонзилось в его живот. Нож по рукоять вошёл в плоть. Женя только и смог, что чуть дёрнуть руками. Отвёртка из его правой руки полетела на пол. Он большими глазами посмотрел сначала на нож, а потом перевёл взгляд на Лику. Та смотрела на него, закрыв губы ладонями. Настя с Юлей вскрикнули от такого поворота.

— Лика, — произнёс Женя не своим голосом. — Я всегда знал, что ты дура…

Из его рта хлынула тёмно-аллая кровь. Он рухнул на колени, а затем на пол. Девушки стояли в оцепенении от ужаса.

Смерть друга потрясла всех. Лика была сама не своя. Несмотря на все ругательства и перепалки, они с Женей были друзьями. Никто из них не мог сказать ничего плохо друг о друге. И тут такая глупая смерть.

Настя с Юлей тоже были потрясены. Они старались успокоить Лику. Хотя и самим им было очень плохо.

Безжизненный взгляд Лики был направлен в чисто вымытый пол, блестевший в свете лампочки своей старой краской.

— Как-то не по-человечески мы его похоронили, — первой нарушила тишину Юля.