Евгений Степанов – Мёртвый анархист (страница 12)

— И ты туда же, — вздохнула Лика. — Короче, кроссовкам хана. Причём у обеих.

— Да, фиг с кроссовками, — ответила Настя. — Ты там, главное, зелье не разлей. На вторую порцию может ингредиентов не хватить. Где мы тут будем их брать?

Лика бросила взгляд на кастрюлю в руках Юли и невольно поморщилась, вспомнив запах.

— Нет, — сказала она. — Второй раз я вам кухню коптить этой гадостью не дам. Но Настя права, не роняй. А то всех покойников распугаешь.

— Не смешно, — ответила Юля.

Они прошли мимо крайней могилы на самом углу кладбища и проследовали по, еле заметной, тропинке к небольшой насыпи с самодельным крестом у изголовья. Три пары глаз с грустью посмотрели на могилу друга. Ещё вчера он был жив. А теперь только холм сырой земли возвышался над его последним пристанищем.

Лика тяжело вздохнула.

— На отшибе зарыли, — с дрожью в голосе сказала Юля. — Как собаку.

— Я же сказала, — ответила Лика. — Я всё исправлю.

— Нет, — твёрдо ответила Настя, отгоняя от себя грустные мысли. — Ничего исправлять не надо будет. Сейчас мы проведём ритуал. Женя встанет из могилы и пойдёт.

— Ну, да, — опомнилась Юля. — А как он встанет? Надо же было выкопать его.

— Что? — чуть не крикнула Лика. — Вот могилы потрошить я вам не дам. И времени много. Давно уже пора спать. Проводите ритуал, и идём домой.

— Только с Женей, — сказала Настя.

— Да, с Женей, с Женей, — отмахнулась Лика и отвернулась от девчонок.

Её взгляд упал на многочисленные кресты и памятники, освящённые лунным светом. Ночью кладбище было ещё менее приветливым и страшным, чем днём. Девушка невольно поёжилась. Детские страхи стали выползать из подсознания, рисуя монстра в каждом движении каждого листа и каждой травинки. Лика встряхнула головой, отгоняя от себя эти мысли.

Настя поставила сумку на землю и достала из неё книгу.

— Значит, так, — сказала она. — Повторим ритуал.

— Давай, — кивнула Юля.

— Ты выливаешь зелье на землю, идя по кругу. Я поджигаю благовония…

— Ой, блин… — вздохнула Лика. — Теперь ещё и эта одежда благовониями провоняет. Опять стирать придётся.

— Читаем «Отче Наш», — продолжала Настя. — Потом, значит, просим у ангелов помощи в защите от злых духов. Затем я читаю заклинание и зову дух Жени, приглашая его вселиться в своё тело. Потом благодарим духов и идём домой.

Лика усмехнулась и села на край большого пня рядом с могилой.

— Приступим, — Юля сняла крышку и положила на траву. Взяв кастрюлю, она стала пятиться назад, наклонив ту. Зелёное варево полилось на землю. Настя тем временем достала из сумки молитвослов, блюдце и мешочек с травами. Случайно её взгляд упал на Юлю.

— Ты что? — чуть не крикнула она. — Куда так много льёшь?! Не хватит же.

— Всё хватит.

— Тормози, говорю. Лей меньше.

— Отстань.

Лика с ухмылкой наблюдала за подругами. Что-то такое она и ожидала увидеть от ритуала, в который сама не очень-то и верила. А в это время на её шею совершил посадку большой лесной комар. Лика смогла его почувствовать только тогда, когда это насекомое вонзило свой нос в её кожу. Она наугад шлёпнула себя по шее.

— Вот, зараза, — выдохнула Лика, брезгливо посмотрев на останки комара на своей ладони. — Фигня китайская. Написано же было, что эта гадость два часа действует.

— Комары, что ли? — Настя не отрывалась от своей книги, читая текст заклинания пока только для разминки.

— Ни черта этот спрей от комаров не действует два часа, — ответила Лика. — Так что ускоряйтесь там. А то нас тут сожрут.

— Погоди, — ответила Настя с серьёзным видом. — Тут спешить не надо.

— Ой-ой-ой, — заёрзала Лика. — Какие мы деловые. Ещё комарам это объясни.

— Ну, давай-давай-давай… — застонала Юля. Настя посмотрела на неё. Из кастрюли уже падали последние капли.

— Блин, — выпалила Настя. — Говорила же, экономней лить надо. Не хватит.

— Всё хватило, — ответила Юля и подошла к Лике, вручив ей кастрюлю. — Покарауль пока.

Лика с глупым выражением на лице посмотрела на подругу и перевела взгляд на кастрюлю. Её лицо невольно сморщилось. Только Юля отвернулась, как Лика отправила кастрюлю в полёт в ближайшие кусты.

— Даже отмывать это не хочу, — сказала она. Но запах теперь стал преследовать Лику. Она поднялась с пня и подошла к Насте. Стараясь, как можно аккуратней, взять из тлеющей кучки стеблей один, она ненароком разрушила кучки душистых трав. Небольшая их часть высыпалась на траву. Настя недовольно покосилась на Лику.

— Что? — развела та руками. — От вашего колдовства только один плюс — комары поразбежались по углам.

— Лика, блин, нельзя нарушать порядок ритуала.

— Всё-всё, ухожу.

Лика вернулась на пень, а Настя с Юлей продолжили проведение ритуала. Благовониями был окурен весь круг вокруг могилы и сама могила. Настя прочитала молитву, запинаясь и путая буквы на старославянском языке.

Весь ритуал был проделан до его финальной стадии. Оставалось только прочесть заклинание из книги. Настя откашлялась и начал торжественным голосом читать, запнувшись на первом же слове. Зато её голос громом стал звучать в могильной тишине кладбища.

— Дура, не ори, — попыталась одёрнуть её Лика. — Это же кладбище, всё-таки, а не моя квартира. Убавь звук.

Но Настя на неё не обратила никакого внимания, продолжая чтение. Юля стояла рядом и боязливо оглядывалась по сторонам. Атмосфера таинственности и мистицизма околдовали собой девушку. Ещё и обстановка кладбища нагоняла на неё свой страх. Она переводила взгляд с книги на могилу и обратно. Настя читала, делая всё меньше ошибок и всё увеличивая скорость произношения слов. Последнее предложение она буквально прокричала и замолкла.

Наступила гробовая тишина. Лика смотрела на подруг усталым и каким-то безразличным взглядом.

И в этот момент где-то в деревне замычала корова. Лика усмехнулась.

— И? — насторожилась Юля.

Настя ничего не ответила. Она смотрела большими глазами на могилу, ожидая хоть какой-то реакции со стороны покойного, закопанного под полутораметровым слоем земли.

Лика вздохнула и поднялась на ноги. Она подошла к девчонкам и посмотрела на могилу. Настя стояла с расстроенным видом. Лика похлопала её по плечу.

— Ну, как же так? — чуть не плача, произнесла Настя. — Всё же правильно сделано.

— Ну, ничего, — сказала Лика. — Не получилось. Первый блин комом. Попробуем потом как-нибудь. Идёмте домой. Спать пора.

Она развернулась и пошла прочь. Настя закрыла книгу и повернулась спиной к могиле. Но тут же обернулась.

— Прости, Женя, — сказала расстроенным голосом. — Не получилось.

Юля взяла молитвослов, блюдце, испачканное сажей, и вместе с Настей они пошли за Ликой.

В этот момент за их спинами что-то зашевелилось. Настя обернулась первой.

Из могилы, прямо из земли показалась пятерня, с краем рукава кожаной куртки, в которой похоронили Женю. Он её сильно любил, поэтому, Лика сама надела на покойника эту куртку.

Книга сама выпала из рук Насти.

— Лика, — еле слышно произнесла она. Та вместе с Юлей обернулась на подругу. Обе увидели, как из могилы кто-то выбирается наружу.

Юля тут же лишилась чувств. Заваливаясь на спину, она стала падать в обморок. Но Лика вовремя успела подхватить её и вернуть в вертикальное положение.

— Что это? — Юля указала на могилу дрожащей рукой.

— Женя, — улыбнулась Настя. Лика же стояла с большими ошалелыми глазами, сама готовая лишиться чувств.

— Это как?.. — произнесла она не своим голосом.

Рука постепенно поднималась из земли. Человек выбирался из могилы, делая неестественные и резкие движения. Вскоре появилась голова. Комья земли падали с коротких тёмно-русых волос с редкой сединой. Женя напрягал видимые усилия, чтобы выбраться полностью из могилы. Но при этом не издавал ни единого звука. Его бледная кожа не имела ни одного пятна румянца, который обязательно должен был бы появиться при тяжёлых физических нагрузках.

— Ему надо помочь, — произнесла Юля, но сама не решилась подойти к могиле.