Евгений Сол – Безымянный фронтир. Том-1 (страница 1)
Евгений Сол
Безымянный фронтир. Том-1
Глава 1 Никто посреди нигде
Сознание пребывает в тумане и состоит словно из тысяч отдельных кусочков, которые отказываются складываться в общую картинку. Пролетит как падающая звезда. Вот, кажется, ответ, какой-то ясный образ, но он вновь исчезает. Как и многие другие. И тут же забывается за пеленой бессознательного.
«Дефрагментация» – возникает слово из глубин памяти и тут же исчезает.
Нетни времени, ни пространства, ни жизни, ни смерти. Лишь вечное плавание впустоте лёгкого намёка на бытие, отличающее меня от окружающей пустоты.
Азатем – небольшой толчок, отдавшийся по всему телу, вывел меня из состояния безмятежности. А заодно напомнил, что у меня вообще есть тело.
Сделавнад собой мучительное усилие, я попытался открыть глаза. Это было сложно, веки никак не разжимались и старались вернуть меня в прекрасное,спокойное небытие.
Первое, что я увидел – это звёзды. Яркие, чёткие, без малейшего намёка на мерцание.
«Я в космосе» - дружелюбно подсказало подсознание и ошмётки памяти.
Ине просто в космосе, а в совсем небольшой, тесной капсуле круглой формы. Не считая небольшого иллюминатора, за которыми были видны звёзды.Всё остальное пространство занимали закрытые полки с какими-то табличками, разглядеть которые не позволяло отсутствие освещения. А в центре всего этого был я, зафиксированный ремнями на ложементе.
«Одноразовая посадочная капсула для дальних полётов и колонизации фронтира», — вновь заботливо всплыло в памяти.
Проблемав том, что ничего другого в памяти не всплывало. Я совершенно не помнил, как тут оказался и зачем. Более того, я и своего имени не помнил. Кто я? Откуда я? Куда я лечу?
—Ты проснулся! – Раздался голос откуда-то сверху. Детский тонкий голос неопределённого пола – Вижу по твоим показателям. Так, смотрим сердцебиение в норме, химия крови в норме, мозговая активность… вроде бывсе органы работают как надо. Тебя не тошнит? Если да, могу ввести противорвотные.
— Ты кто? – Спрашиваю я.
— Кто мы такие и каково наше место в этом мире? Великие философские вопросы. Но если кратко: знаешь кто такие цифророждённые?
ИР: искусственный разум. Цифровая форма жизни.
— Понятно. Я разговариваю с компьютером.
—С твоим личным компьютером-помощником. Слушай, у тебя наверняка куча вопросов. Но если ты не против, я проведу небольшой тест, а потом будет инструктаж, который должен ответить на многие из них. Идёт?
— Давай попробуем, – согласился я.
— Сколько будет если сложить двадцать четыре и пятьдесят восемь?
— Восемьдесят два.
— Сто восемнадцать минус сорок семь?
— Семьдесят один.
— Отлично. Повтори слова в обратном порядке: карта, дельта, карман, ложка.
— Ложка, карман, дельта, карта.
— Сколько дней в году?
—Стандартный год состоит из трёхсот шестидесяти дней месяцев и одной императорской недели в пять или шесть дней. На каждой планете есть свой местный, дополнительный календарь.
— Как называется язык, на котором мы разговариваем?
— Имперский. Он же общий. Иногда его называют архаичной формой: русский.
— Всё верно. Логическое мышление, память и концентрация не пострадали. Последний вопрос: как твоё имя?
Я порылся в своей памяти, пытаясь зацепить хоть какие-то воспоминания о своём прошлом: безуспешно.
— Не знаю. Я не помню. Почему я ничего не помню? Кто я вообще такой?
—Ответ на второй вопрос: понятия не имею. Я, как и ты, не имею личных воспоминаний. Моё рождение случилось буквально за несколько минут до твоего пробуждения. А насчёт первого вопроса: в моём брифинг-файле указано, что ты дал согласие на удаление личных воспоминаний.
— И зачем я это сделал?
— А это как раз есть в инструктаже. Я поздравляю тебя, ты являешься частью программы «прогрессор».
Прогрессоры, дикие миры, опасность, край мира, варварство – слова из памяти щедро всплывали в сознании.
—Прямо сейчас наша капсула находится на орбите планеты фронтира, включённой в группу реколонизации, – продолжал между тем ИР. – Ты её пока не видишь, но примерно через полчаса мы окажемся на её поверхности.Двигатели капсулы уже выполнили тормозной манёвр, ты как раз почувствовал это в момент своего пробуждения. Мы находимся в галактике «М - тридцать три». Это более чем два с половиной миллиона световых лет от главной имперской галактики Млечный путь. И семьсот тысяч световых лет от галактики Андромеды, которая сейчас активно заселяется Империей.
М – тридцать три. Галактика треугольника. Задворки цивилизации, жопа мира – подсказывало подсознание.
Далеко же меня закинуло.
— Где ближайшая имперская планета?
—В восьми тысячах световых лет отсюда. Во всей галактике М – тридцать три находятся шесть имперских миров. Точнее, это опорные пункты, но с обитаемыми планетами. У двух из них население превышает миллион разумных. Наша миссия была сформирована на одном из миров Андромеды. А эта капсула была запущена с ближайшего опорника. На сверхсветовой скорости мы летели сюда в состоянии сна почти семьдесят лет.
Я начал осознавать своё положение.
И это был ужас…
— На капсуле есть маяк или устройство сверхсветовой связи? – спросил я.
— Устройства связи – нет. Но есть аварийный маяк.
— И какова его дальность действия?
—По паспорту устройства: где-то двадцать – двадцать пять световых лет. Если сильно повезёт и не будет помех, то может добить до сорока. Но, какты понимаешь, это бессмысленно. В этих краях никто не летает, и даже если бы ты смог добить до ближайшего опорного пункта, лететь сюда на помощь к нам почти полвека даже самыми быстрыми кораблями.
— То есть, мы в полной изоляции?
—Боюсь, что так, – с грустью в голосе ответил ИР. – Поэтому ты и другие прогрессоры согласились на процедуру стирания памяти. Вы окажетесь в долгой изоляции на многие годы, возможно века, прежде чем вам удастся построить цивилизацию и наладить связь с имперской звёздной сетью. Это огромный стресс для разумного. Личные воспоминания порождают отвлекающиеи мешающие задаче рефлексии. По статистике, у прогрессоров со стёртой памятью шансы на успех почти на четверть выше. Здесь, в грузе капсулы, есть инструменты, припасы, оружие. Но главное – знания для того, чтобы создать полноценную цивилизацию и медицинский бот, который может поддерживать твою жизнь и омолаживать твоё тело при наличии ресурсов и энергии.
— А если задача – построить цивилизацию, то где взять людей?
—Нет, задача не «построить цивилизацию». Задача «спасти цивилизацию». Планета в списке на «реколонизацию». Это значит, что когда-то давно, примерно триста тысяч лет назад её уже пытались заселить. В архивах сохранилась только частичная информация. Это звёздная система жёлтого карлика, планете примерно три миллиарда лет, находится в зоне Златовласки. Сперва сюда отправляли дроны, которые засеивали океаны. На планете уже была примитивная жизнь, но терраформинг ускорили. Затем права на колонизацию выкупил один ныне вымерший род, точнее их довольно эксцентричный глава. Ему хотелось стать королём своего королевства где-то на задворках обитаемой вселенной. В те времена это было модно: каждый богач мечтал о своём собственном мире. А Империя потратила огромные ресурсы на субсидирование проектов дальнего расселения, надеясьрезко нарастить свою территорию. Результат оказался неудовлетворительный: даже в Млечном пути лишь четверть миров смогли сформироваться и стать звёздными номами. В Андромеде – менее четырёх процентов. Остальные вымирали или формировали зоны одичавших миров, которые находят до сих пор. Ну а в «М – тридцать три» не закрепился ни один мир. Почти сто тысяч лет здесь не было ни одного поселения и лишь пятьдесят восемь тысяч лет назад в галактике начали восстанавливать первые имперские опорники с прыжковыми вратами. А где-то семьсот лет назад беспилотные зонды добрались и до этой звёздной системы. Планета оказалась всё ещё пригодна для человека и наполнена жизнью. И, судя по всему, она обитаема разумными. На поверхности нет источников радиосигналов или промышленности. Но есть поселения, соответствующие позднему каменному веку или бронзовому веку. То есть обитатели этого мира деградировали до глубокой древности. Население – есть. Неизвестно вкаком оно сейчас виде: прошло триста тысяч лет, а первоначальное заселение могло сопровождаться изменением генетики поселенцев. Поэтому нет гарантии, что они генетически совместимы с тобой. Но в основе их генома – обычные люди, так что проблема воспроизводства решаема с имеющимися у тебя инструментами. Кроме того, в капсуле есть генно-инженерная лаборатория и запас яйцеклеток со стандартными коллекциями ДНК. Если даже местные обитатели окажутся по каким-то причинам несовместимы с тобой или ты не сможешь их использовать, то ты можешь вырастить собственных людей и запустить процесс естественного прироста.
Становилось немного понятнее. Задача – на многие века. Не просто вахтовая работа, а полное погружение в новый мир. На то, чтобы наладить связь, затем протянуть логистику, могло уйти очень много времени. И всё в дефиците. Если и удастся заказать капсулу со снабжением, то лететь ей – полвека. Миссия смертника. Как я вообще на такое согласился?
— Скажи, а каков расчётный процент выживания?
—Сложно просчитать, – ответил ИР. – Все миры разные, средняя цифра неприменима к твоему случаю. Тут слишком много факторов и рисков. У тебяидеальная планета: климат, атмосфера, обилие воды и ресурсов. Миллиардылет назад недалеко отсюда взорвалась сверхновая и насытила протопланетарное облако тяжёлыми элементами. Затем местная и привнесённая жизнь сформировала множество металлических жил, доступных прямо у поверхности. Планета молодая: состоит из многочисленных гор, долин и множества неглубоких морей и озёр. Есть один тёплый океан. Почвыдолин насыщены вулканическими породами и плодородны. Идеальное место для развития. Но, с другой стороны, агрессивная фауна и риски столкновения с местными. И, конечно, огромная удалённость планеты от ближайших имперских поселений, поэтому ни помощи, ни снабжения. А потерякапсулы равнозначна твоей гибели, так как без базы данных, медбота и моей поддержки ты обречён пополнить число местных дикарей и в лучшем случае умереть от старости или болезни. Честно скажу: шансы не самые высокие. На планету уже отправляли группы прогрессоров. Примерно каждые сто пятьдесят лет. Никто из них не выжил. Надеюсь, с нашей группой будетиначе.